Не ешьте что попало, Или Как не влюбиться в ректора

22.1

Уставшие и изможденные универсальные маги медленной гурьбой втянулись в академию и разошлись по своим пристанищам, лишь отмахнувшись от отличавшихся особым любопытством адептов, интересовавшихся подробностями ректорской практики. Без сил завалившись на кровать, Аделаида вытянула натруженные ноги и мученически простонала, ощущая невероятную слабость, охватившую все тело. Когда резерва остается очень мало, это сказывается в первую очередь на состоянии мага, как физическом, так и моральном. Истощение, усталость, вялость — прелести опустевшего резерва и наказание за неосмотрительно чрезмерное использование силы.

Бесцельно разглядывая потолок, девушка стала ощущать, как дремота стремительно захватывает ее в свой кокон, обволакивая и отгоняя на задворки сознания мысли о согревающей ванне. Из последних сил она стянула с ног сапожки, едва избавилась от сырой от снега курточки и до самого носа закутавшись теплым одеялом, мгновенно провалилась в спасительный сон. А когда проснулась, то увидела, как по стене сползали пятна малинового заката. Зевнула и вяло привстала, ощущая невыносимый голод. А вот и вторая стадия наказания собственного организма за недальновидность — жуткий голод. Хотелось спать, но есть таки сильнее.

Превозмогая усталость, подошла к зеркалу, находившемуся справа от широкого шкафа, который ей нынче приходилось делить с леди Адельвейн и в следующую секунду в комнате раздалось ужасающее:

— Боги! Что это?

Опухшее ото сна лицо, залегшие под глазами отчетливые черные пятна, резко контрастирующие с неестественно бледной кожей, а венчали образ этакого второсортного умертвия растрепавшиеся волосы, представляющие собой своеобразное птичье гнездо. А прибавить ко всему следы грязи и копоти на лице, так получилась весьма таки живописная картина. Красота неписанная!

— Ты чего кричишь? — из ванной выглянула мокрая голова леди Адельвейн с зубной щеткой во рту. Она изучающе ее оглядела, впечатлилась и тихо присвистнула. Неожиданно спросила: — Можно я тебя щелкну?

— Что?

— На память!

Под испепеляющим взором леди Тристан, соседка поспешила ретироваться, но перед этим предупредила, что столовая сегодня работает аж до десяти часов вечера. Неслыханная щедрость, если учитывать, что в обычные дни после восьми адептов туда не пускали даже под слезными мольбами и причитаниями о скорой гибели с голоду.

Циферблаты настенных часов показывали целых восемь часов вечера. Времени у Аделаиды было более, чем достаточно, но терзавший ее голод был неумолим, потому пришлось в срочном порядке умыться, причесаться, соорудив на голове высокий хвост и тяжелым шагом посеменить в обитель прелестных кушаний и свежеиспеченной снеди. От витавших в столовой чудных ароматов желудок тут же свело от голода и он издал характерный звук. Игнорируя косой взгляд стоявшей рядом первокурсницы, Аделаида направилась к раздаточным столам. Возгрудив на поднос обилие любимой еды, она оглядела зал в поисках знакомых лиц. В целом, адептов в столь поздний час в столовой было мало, аристократов с детства приучали не злоупотреблять пищей после шести, что постепенно входило для многих в привычку. Годом ранее, до появления в стенах академии лорда Дартиаса, Аделаида если и причисляла себя к рядам воздержанцев, то нынче предпочла успешно о том позабыть. Она в первую очередь голодный универсальный маг, истощивший собственный резерв и уже потом благородная леди.

Заметив у столика у окна сокурсников, что уткнувшись в тарелки, активно поглощали обильные порции, недолго думая, Аделаида поспешила к ним. Возгрудила поднос и уселась рядом, поприветствовав всех вялой улыбкой. Пришибленные адепты на разговоры не отвлекались, ели молча и быстро, не стесняясь идти за вторыми порциями. И лишь после того, как первый голод был успешно утолен, за столом стали завязываться короткие беседы.

— Нейтон, слушай, — это было имя адепта Эллески. Обращался к нему Кай, помешивая серебренной ложкой наваристый суп. — Ты нас всех удивил сегодня.

Названый адепт загордился, смутился и невзначай бросил:

— Сам от себя не ожидал. Это случилось неожиданно. Знаете, когда силы на исходе и казалось бы это конец, а нет, во мне как будто бы открылось второе дыхание. Никогда не ощущал себя более могущественным, чем тогда на поле битвы.

— Но как? — озвучила всеобщий вопрос Аделаида.

— Я вам расскажу, — адепт Эллески неожиданно перешел на шепот. — Вы только не распространяйтесь.

Сокурсники согласно и быстро закивали.

— Я говорил с ректором на эту тему. Сразу после практики он позвал меня в свой кабинет, — воодушевленно стал рассказывать возбужденный адепт. Ему явно не терпелось поделиться впечатлениями. — И знаете что говорит? Говорит, что его теория верна, мол, во мне стала просыпаться магия предков.

Не сдержавшись, кто-то прыснул в кулак. На рассказчика уставились скептически.

— Что за глупости? — развела руками Камилла Астер.

— Правду вам говорю! — судорожно воскликнул Эллески. — Так и сказал! Слово в слово! Сами знаете, ректор человек видный, словами на ветер не бросается.

— Получается ты теперь великий маг? — насмешливо поинтересовался у него адепт Ратори.

Эллески ощутимо приуныл.

— Если бы, — его голос сочился разочарованием. — Магия отправилась в спячку сразу после того, как помогла мне справиться с харрагами. Но! — он едва не вскочил. — Ректор сказал, что со временем и усилием тренировок я смогу призывать магию на постоянной основе. Буду почти как лорд Дартиас!

Сокурсники подозрительно на него косились, явно не спеша доверять пустым словам. Магия предков? Вздор ведь! Но воодушевленный адепт все продолжал и продолжал, постепенно переходя на восхваления, казалось бы, его нового кумира в лице Эминара Дартиаса.

— Зря мы его боимся. На самом деле, он хороший мужик!

— Ну тебя! Я когда его вижу, у меня сердце в пятки уходит, — пожаловался Ратори. Остальные согласно закивали, полностью с ним соглашаясь.

— Он изверг.

— И тиран.



Киана Хаш

Отредактировано: 18.10.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться