Не ешьте что попало, Или Как не влюбиться в ректора

29.2

Аделаида честно прождала три дня, мерзла в холодных стенах Арвинской академии по любезности жадной администрации, днем прогуливалась по заснеженному саду, вечерами регулярно посещала библиотеку, докучая пустыми разговорами госпоже Лойде, ворчливой библиотекарше, на четвертый день попросту не пустившей ее в хранилище знаний и пыльных фолиантов. Киара на разговоры не щедрилась, так и сообщила, что слышать ее не хочет, потому приходилось развлекать себя всеми возможными путями. Не поверите, даже на кухню разок нагрянула, да только едва завидев ее на пороге, знакомая повариха разразилась такой бранью, что пришлось в срочном порядке улепетывать, сверкая пятками.

Тогда она и решила, что пора брать ситуацию в свои руки. А что ж делать еще оставалось? Подождала и хватит, ректор Дартиас не объявился, а значит настало время решительных действий. Как гласит народная мудрость: «Кто не рискует, тот не пьет эльфийского вина». Как выяснилось путем долгих и тщательных уговоров, место размещения ректорского поместья соседке взаправду неизвестно и после душевного перечисления объемного перечня причин срочной встречи с Эминаром Дартиасом, Киара попыталась стукнуть ее подручной подушкой, перед этим смачно выругавшись на фирменном тролльем.

— Сейчас восемь утра! Оставь меня в покое!

А кто ж виноват, что Аделаиде не спится? Уж точно не она! И как тут спать, когда все вокруг запутанно и непонятно?

— Где твоя гуманность? Я разве многого прошу?

— Да меня Диар за порог поместья не пустит с такой-то просьбой!

— Не делай преждевременных выводов. Во всяком случае, он же твой жених. Постарайся уговорить.

— Ты видимо забыла, что наша помолвка такая же фальшивая, как и твои чувства к ректору, так что, будь добра, дай поспать, — и на том она с головой нырнула под теплое одеяло с подогревом, не желая слышать возражений.

— Киара!

— Не пойду!

*  *  *

— Еще не поздно передумать, — нервно зашептала Аделаиде леди Адельвейн, когда они бок о бок пробирались по приметной зеленой тропинке к дверям большого особняка, откуда виднелась поблескивающая сединой голова старого дворецкого. Он встретил их приветливой улыбкой, от которой вмиг сделался на десяток лет моложе и пропустил в холл с высокими потолками, поддерживаемые толстыми резными колоннами. На стенах пестрела замысловатая роспись, какие сейчас пользовались большой популярностью у столичных аристократов. Помнится, Аделаида в одно время предпринимала попытки уговорить отца переделать родовое поместье под современный лад, да только все без толку — родитель был непоколебим и грудью защищал старомодные интерьеры особняка, доставшегося ему от прапрадеда.

— Добрый день, Роннвард, — дружелюбно поприветствовала милого старика Киара и они прошли в светлую гостиную с широкими окнами и тюлевыми занавесками. — Диар дома?

— Лорд Сальвателл у себя в кабинете, — ответил ей Роннвард и Киара заметно напряглась, нервно уставившись на Аделаиду, с интересом рассматривающую замысловатую люстру в виде бутона с невесомыми белоснежными лепестками. Заметив напряжение подруги, та ободряюще ей улыбнулась и показала большой палец.

— Ведите нас, дорогой Роннвард, — сказала, повернувшись к дворецкому.

Преодолевая широкие лестничные пролеты, крытые шелковым ковром, Аделаида пыталась сопоставить в голове вероятное начало диалога с архимагом. Прошлую свою грубость она отчетливо помнила и сердобольно о ней жалела. Вот чего ей стоило лорда Сальвателла к невесте пустить? Тогда бы не приходилось путаться в сомнениях и уповать на не злопамятность гордых архимагов. Но сделанного не воротишь, оставалось только сжать кулаки и состроить вселенское сожаление на лице. Благо при прямом участии ректора Дартиаса Аделаида этот немаловажный навык отработала на все сто, без подмеса всяких сомнений.

Оставив их у злосчастной темно-коричневой двери с дверным молотком с головой неопознанного, но весьма устрашающего существа, Роннвард гордо удалился по просьбе намечаемой хозяйки поместья, то бишь, леди Адельвейн.

— Стучи.

— А чего это я сразу? — возмутилась Аделаида, отступив от двери на широкий шаг.

— Тебе напомнить, кто тут главный зачинщик?

— Оно понятно — я, — отрицать не стала, — но жених, во всяком случае, твой. И даже не начинай, что ваша помолвка фиктивная. Не начинай, сказала!

— Киара, входи — послышалось знакомый голос из-за двери и препирающиеся девушки дружно вздрогнули от неожиданности. Переглянулись, а дверь — раз — открылась самостоятельно, явив им виды темного кабинета. Киара, будучи наиболее хлоднокровной, очухалась первая и гордо распрямив плечи, с независимым видом прошла внутрь, легко обогнув порог. Аделаида, недолго думая, метнулась следом.

Диар Сальваттел нашелся за широким столом, описывающим перевернутую букву «Т», молча взирающий на свою распрекрасную невесту, которая, в свою очередь, не переставала приподнимать подбородок и мастерски изображать скучающий вид. Аделаида покашляла, на долю секунды ощутив себя пятым колесом в телеге. И что происходит с этими двумя? Малые дети, ей-богу.

— Добрый день, лорд Сальвателл. Как я рада видеть вас вновь! — от слащавости собственного голоса Аделаиде захотелось неприятно сморщитьчя

— Я не верю вам, Аделаида, — мрачно процедил этот архимаг, переведя взгляд на нее и все сразу же стало понятно. Злопамятный оказался женишок, все помнит и забывать не собирается. На негативные эмоции не скупился и красноречиво сморщился. — Что вам двоим нужно?

Грубиян в чистом виде. Зря Аделаида лорда Дартиаса ругала, по сравнению с этим невежливым лордом, ректор очень даже культурный человек. Ладно, она — а чего это он с невестой своей так говорит? Разве это дело?

Киаре, как и ожидалось, подобный тон не пришелся по душе.

— Поделись адресом своего безызменного друга, дорогой женишок, — нахально присела на краешек стола, перекинув одну ногу на другую и с вызовом посмотрела своему ненаглядному в глаза.

Искры. Флюиды. Буря.



Киана Хаш

Отредактировано: 18.10.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться