Не искавшие приключений

Размер шрифта: - +

Глава последняя. Часть 1. Особняк "Темный плющ", или Дневник учительницы

 

Пока меня ждали на юге - почти у границы с Лютецией, наш дилижанс торопился на запад, туда, где пролив Ангустус сильнее всего оправдывал старо-эллирийское название - "узкий". Учительница, так долго уступавшая место машинистке, вернулась из ссылки, составляла планы практических занятий на побережье и пикников на пляже.
Когда-то давно, в прошлой жизни, я уже бывала с родителями неподалеку от городка Зеестранд. Местные пляжи оказались прекрасны. На местных рынках правили бал креветки и лобстеры, крабы и всевозможные моллюски.Улиток вообще продавали на каждом углу, как в Бергюзе - каштаны.
Для гурмана - мечта наяву.
Для приюта почти без покровителей... приговор, иначе не скажешь.
Потому что именно морепродукты нам светили на завтрак, обед и ужин, ведь в маленьком городке у моря это самая дешевая пища.

Благоразумие тут же завопило "А вдруг у кого-то из детей аллергия?!"  и предложило выпрыгнуть на ходу.

Леонора,ехавшая у меня на коленях, вдруг повернула голову почти по-совиному, слегка напугав.
- Не переживайте так! - строго сказала малышка, глядя прямо в глаза. - Все образуется!

Во время последней замены лошадей я отправила в элитную школу письмо с вежливым, но твердым отказом.
После этого стало невероятно легко. Можно было думать о детях, о Викторе, и совсем чуть-чуть - о том, какое лицо сделает канцлер Ландрийский, когда узнает о выходке неблагодарной девицы.
Он узнает, конечно же. И плевать: я больше на него не работаю, а Его Сиятельство больше меня не зачарует.

Он не похож на отца, теперь-то я понимаю. Ни-че-го общего! Подлая, все-таки, у него способность.

***

Зеестранд с его лютецианской застройкой остался позади, и я чуть слышно вздохнула с облегчением. Тощие, долговязые дома стояли тесными шеренгами: в каждом - пять этажей минимум, при этом  - хорошо, если три окна в ширину. Частенько - всего лишь два. Мысль, что приюту не достался ни один из этих вертикальных гробов, подняла настроение.


 
Радость сменилась удивлением, когда дилижанс остановился у огромных кованых ворот. Ограда под стать воротам вполне могла сдержать небольшое вторжение, возможно - даже с лемурийскими пушками.
Мы с Виктором переглянулись. Он вскинул вверх большой палец. Но, как бы Виктор ни старался, я заметила: он тоже был удивлен.
Никто не открыл ворота - пришлось потрудиться самим. Никто не встретил - пришлось просто идти вперед, туда, где нас ждал трехэтажный каменный особняк с пестрой черепичной крышей. Выложенная разноцветными ромбами, она походила на уютный плед, которым старик-дом укрылся, ожидая хозяев.

Каждую вторую секунду приходилось напоминать себе: новые воспитанники - не Тууфи, и способны позаботиться о себе сами. Сами донесут немногочисленные пожитки. Но я все равно обогнала их и открыла входную дверь, поторапливая детей: снова начался дождь. Виктор вбежал последним, уже успев промокнуть. Разожженный камин был в холле как нельзя кстати - для любого нормального человека. Меня же интересовало: кто разжег, и где бродит этот наш "благодетель". Оглядываясь с бо'льшим любопытством, чем даже дети, я принюхалась: воздух удивил чистотой. Немногочисленную мебель и люстры скрывали чехлы, но не было ни намека на пыль, одиночество и заброшенность. Каждый жилой дом пахнет по-своему. Уходит жизнь - уходит неповторимость. Либо у меня разыгралось воображение, либо дом и в самом деле выбрал аромат листа акварельной бумаги. Чистого листа, который ждал нас.

***

Загадочный "благодетель" вышел навстречу из-за двери, которая вела в крыло для прислуги. Тощая старая дама, похожая на экономку и вдовствующую королеву одновременно, окинула меня скептическим взглядом:
- Вы - не директор.
"Интересная форма приветствия."
Прежде чем Виктор хоть что-то сказал, ей ответил Отто:
- Это - наша учительница, директор - вон там, а еще - здравствуйте.
- Дети не должны открывать рот, пока взрослые не разрешат! - дама-вероятная-экономка не увидела Отто в упор. Реплика предназначалась Виктору. Отто предсказуемо записал что-то в тетрадь, ничуть не обидевшись. Я наблюдала за господином директором. Что вызовет у него это воплощение прошлого века - раздражение? Смущение?
Виктор усмехнулся:
- Меня предупреждали о вас. Передайте ключи и можете быть свободны.
- Ключи. У вас их нет.
Странная особа, похоже, любила констатировать очевидное.
- Как, в таком случае, вы вошли?
"Может быть, у старушки не все в порядке с головой. Как неловко-то... А я думала - она просто высокомерная грубиянка."

Пока я сочиняла деликатный ответ, кто-то постучался. И позвонил - весьма энергично. И подвергал двери за ручки.
- Я не запирал, - Виктор пожал плечами.
- Об этом и речь! - пафосно изрекла старушенция, идя открывать.

Из-под дождя в дом ввалились двое: высокий седой здоровяк и маленькая стройная женщина с короткой, почти мальчишеской стрижкой. Оба пренебрегли головными уборами и зонтами, предпочтя дорожные плащи. Оба несли вещевые мешки вместо саквояжей и чемоданов. Казалось, они только что вернулись из экспедиции. Подзорная труба у мужчины, сачок и арбалет у женщины выглядели отличным подтверждением этой версии.
- Бертран и Мишель Жоли', к вашим услугам, - сообщила дама с оружием. Ее спутник поцеловал руку мне, пожал руку Виктору, кивнул детям и экономке, все - за пару секунд. Никак не ожидала от него такой легкости и подвижности. После обмена приветствиями он достал из внутреннего кармана конверт:
- Наши рекомендации, господин директор. Супруга, - кивок в сторону Мишель, - естествознание и целительство, я - математика и астрономия. Снаружи - Барбара', она моется под дождем.



Дикая Яблоня

Отредактировано: 11.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться