Не к ночи будь помянута. Часть 1.

Размер шрифта: - +

25.

- Собирайся, мы едем на пикник.

- Я не поеду. Езжай один.

- Ты скоро одичаешь и будешь кидаться на людей. Поехали.

- Не хочу.

- Почему?

- Не хочу никого видеть.

- Там будет немного народу. Трое друзей, и всё. Весьма положительные люди, рекомендую. Тем более, одного ты уже знаешь. Так. Продукты я купил. Куртку твою положил. Возьмём ещё плед и одеяло. Лезь в машину, пока я тебя в багажнике не запер. Быстрее, нас ждут.

Ада села на переднее сиденье и поджала губы. Я прекрасно её понимал. Ох, уж это странное чувство, когда вылезать из норы неохота, но ты подсознательно ждёшь чужого пинка, как повода повидать, что под Солнцем делается .

Тимур позвонил вчера. Сказал, что я скотина, раз ничего не помню. Я, конечно, помнил, но в свете насыщенности последних событий перепутал числа. Потом позвонила Кира, и мы обсудили, кто что купит и во сколько соберёмся. Потом нарисовался Серёга. Он был уныл и недоволен жизнью. Я догадывался - почему, но в душу лезть не стал.

 Тридцатое сентября – Великий день, и это не обсуждается. Не важно, что у тебя тридцатого сентября. Лучше, если это выходной, но если родная страна упустила такое событие из виду, необходимо сделать его выходным. Если учёба – сбеги с уроков. Если работа – срочно ври и отпрашивайся. Если сломал ногу – ковыляй до такси на костылях. Тридцатого сентября нельзя жениться, рожать детей или помирать. Потому что ты обязан быть на заранее оговоренном месте в заранее оговоренное время. Время и место знают только четыре человека. Это только их число календаря. Остальные могут прилагаться по желанию, если никто не против. И так было четырнадцать лет и будет всегда.

На остановке стояла унылая длинная фигура. Серёга, кряхтя, втащил на заднее сиденье пухлый рюкзак и залез сам.

- Всем привет. Ну что, штукатур-маляр, набрала хоть пару килограммов?

- Она молодец. – ответил я за Аду. – Куда направимся?

Направились мы далековато и ехали часа полтора. В этом году место выбирала Кира, а на её вкус можно было положиться. То, что я увидел, превзошло все мои ожидания. На этот раз это было небольшое карстовое озеро, окружённое лесом, с заросшими рогозом берегами. Чёрные ели тонко вырисовывались на фоне жёлтых берёз и красно-рыжих осин. Ясное холодное небо отражалось в воде, и она сияла как холодный аквамарин.

От берега шли деревянные мостки на просмолённых опорах – отличное место, чтобы удить рыбу и нырять. А в прошлый раз, по моему неумному выбору, нам пришлось шлёпать по щиколотку в ледяной воде метров тридцать, при том, что сверху на нас нещадно лило не менее ледяным дождём.

- Вон их машина. – кивнул в сторону Серёга.

Я медленно поехал по берегу. Кира с Тимуром уже разгрузились и, по своему обыкновению, переругивались. Мне всегда казалось, что все стычки у них из-за того, что Тимур так и не смог перерасти сестру. Его это бесило, и он постоянно пытался поддеть её. А когда она раздражалась и начинала рычать, радовался, будто подбил муху из рогатки.

Они были не одни. Рядом с машиной стоял мальчишка лет семи, необыкновенно рыжий и на редкость ушастый, а рядом с ним - огромный ньюфаундленд с шикарной чёрной шерстью.

- Так не честно. – сказал Серёга, когда мы подошли. - У всех по фрику, а у меня не одного.

- Что ж ты свою не притащил? – сказал я тихонько, и сразу пожалел об этом. Серёга глянул по-волчьи и отвернулся. Так я и знал. Опять поругались и она укатила. Никак не угомонятся.

Кира подвела к нам ушастого мальчика.

- Это Дима, наш сосед. Его не с кем оставить. А это Лесси. Дима не смог оставить её.

- Чудесно. – сказал я. – А это Ада, прошу любить и жаловать.

 

Сначала мы развели костёр. Кира вовсю распекала Тимура за то, что он купил дрова.

- Конечно! Мы же деньги по ночам рисуем. Едем в лес со своими дровами. Ты  и бутеры с собой бери, когда в гости пойдёшь.

- Не обращайте внимания! Сестра у нас эконоооомная… из тех, кто гарнир в пакетике из кафе приносит. А что, утром разогреет - всё, глядишь, выгода.

- Заткнись, придурок. За костром следи. Уже штаны прожёг. Лохматый, как тебе Тимурина шляпа? Правда, как дурачок?

- Ты шикарен. – сказал я Тимуру.

- И брутален. Так что молчи, женщина.

Кира сплюнула в траву. Шляпа, честно говоря, была дебильная.

- Не обращай внимания, они всегда такие. – сказал я Аде.

Она стояла возле меня, тихая и словно оглушённая. Потом обернулась к Кире и Тимуру.

- Вы брат с сестрой? А у вас очень интересные глаза.

- О, Тимур, твои гляделки снова оценили! – весело сказала Кира. – Ада, только не вздумай им восхищаться. Он страсть, какой тщеславный.

Тимур снял шляпу и откланялся.

– Как тебе тут? – тихо спросил я.

- Очень красиво.

- В твоём возрасте подошло бы «классно» или «клёво». – шепнул я ей в ухо. И повернулся к Кире – Прекрасная Кирочка, ты ничего не забыла, как в прошлый раз?

- Всё при мне. – усмехнулась Кира.

- Так в чём дело, я не пойму? По-моему, пора. Эй, Серёга! Ты как?

- Усегда готов! Кира, место твоё, начинай. Мы жаждем лицезреть твои прелести.

- За всех не говори. – встрял Тимур. – Мне её прелести вот уже где. Скорее бы её замуж выдать. Да только кто возьмёт такую заразу?

Кира шлёпнула его по спине. Потом скинула куртку, стянула, не расстёгивая, блузку через голову, разулась, сняла джинсы и осталась в малиновом купальнике. Отблески огня и солнечные лучи заиграли на смуглой коже, на тугом стройном теле, на гладких волосах тёмно-шоколадного цвета. Я залюбовался её утончённой восточной красотой.

- Ну, чего пялимся? Мероприятие начинается! – Кира обвела нас взглядом.



Надежда Гусева

Отредактировано: 14.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: