Не мой выбор. Плен твоих глаз.

Глава 12. Плакучая ива и краш

Святые угодники, неужели всё закончилось? Давление и тряска прекратились. Уже минут пятнадцать я ощущала только едва заметное гудение под босыми ступнями. Встала я почти сразу, как только поняла: меня больше не плющит, не швыряет и не пытается размазать по ближайшей поверхности.

Счастье, конечно, сомнительное, но в моих обстоятельствах даже такое шло за радость.

От лёгкой паники я начала ходить по каморке. Туда-сюда. Туда-сюда. Будущее приближалось, неизвестность скреблась под рёбрами, а я никак не могла решить, что хуже: сидеть и ждать или ходить и ждать.

Оказалось — одинаково противно. Дверь открылась. В каюту вошёл Доусет.

Оглядел меня с ног до головы и протянул какую-то ткань неизвестной текстуры.

— Через десять минут мы совершим посадку на Аттере. Я хотел бы услышать ответ на своё предложение.

Я посмотрела на него, потом на ткань. Вот так, значит. С корабля — и сразу в судьбоносные решения.

— Извините, — сказала я осторожно, — вынуждена отклонить ваше покровительство. Я ещё не знаю реалий вашей жизни и пока остерегаюсь принимать какие-либо решения.

Сначала я не знала, как отказать, чтобы не обидеть и не задеть. Но, пользуясь его прямолинейностью, решила сказать как есть.

Доусет кивнул.

— Что ж. Моё предложение остаётся в силе. Если надумаете — сообщите через Драста.

И вот тут я слегка запаниковала. Совершенно одна. В незнакомом мире. Среди существ, для которых я в лучшем случае гостья, а в худшем — экзотическая самочка с коротким сроком годности.

— Вы что, так и оставите меня?

Да, он стал своеобразным якорем. Знакомым злом. А знакомое зло, как ни крути, пугает меньше неизвестного.

— Естественно, — ответил Доусет. — Вы являетесь гостьей астниеры капитана и его семьи. Посторонних в бростах не жалуют. Я провожу вас и отдам его семье на попечение.

Тут он сверкнул всё понимающей улыбкой.

— Но вы ещё можете изменить решение. Тогда вам не придётся переживать столь волнительные моменты.

Страх остаться одной исчез мгновенно. Его место заняла злость. Здоровая такая, бодрая злость на низкую манипуляцию чувствами маленькой бедненькой меня.

Стратег. [Ненормативная лексикa ]Не дождётся.

— Ничего страшного, потерплю, — сладко улыбнулась я.

Если бы до этого момента я ещё держала его где-то на шатком пьедестале вероятного возлюбленного, то сейчас сама бы этот пьедестал подпилила. Не люблю, когда мной играют.

Доусет моего выступления “на бис” не оценил. Просто кивнул и покинул помещение.

Я перевела взгляд на то, что держала в руках. Кусок ткани оказался чёрным плащом или накидкой — таким, какие, кажется, были в моде где-то в восемнадцатом веке. С глубоким капюшоном и плотными складками. Стоило только завязать тесёмки под горлом, как он полностью скрывал силуэт.

Навевало определённые ассоциации с Дальним Востоком. А когда я покрыла голову капюшоном, окончательно уверилась в существовании гаремов. Своеобразная паранджа европейской интерпретации.

Прелестно. Новая галактика встретит меня в образе “невесть кто, но приличная”.

Строго в оговорённое время ицтек вернулся, чтобы сопровождать меня в новое светлое будущее. Надеюсь, светлое.

Надлежало мне, видимо, скромно идти рядом с ним и не поднимать глаз от пола. Я, как послушная девочка, следовала почти по пятам, одновременно рассматривая серый пол, который слегка пружинил под ногами.

Правда, моего смирения хватило ненадолго. Краем глаза я заметила проходившего мимо инопланетника. Любопытство, как всегда, высунуло свой курносый носик наружу. Кроме Сета, демона и чужого хвоста я никого толком не видела, поэтому решила рассмотреть нового представителя местной фауны.

Не вовремя. В тот момент, когда мой взгляд упёрся в широченную спину, запакованную в нечто подозрительно похожее на водолазный костюм, мы как раз выходили на трап.

И тут я услышала рёв. Оглушающий. Мощный. Такой, что едва не заложило уши и не разорвало барабанные перепонки. А обзор открылся замечательный: заинтересовавшая меня спина мигом исчезла с поля зрения.

Я округлившимися глазами наблюдала, как тот самый двухметровый демон, которого раньше списала на галлюцинации, рвёт и мечет перед встречающей делегацией.

Святые угодники. Мне даже почти стало их жаль. Почти.

Фантазия услужливо подбрасывала картинки: из этого монумента ярости вырываются столбы пламени, фаерболы летят в головы неугодных, массовка красиво падает врассыпную.

Поначалу я даже немного разочаровалась, не увидев огня. Потом одёрнула себя. Маша, это не фильм 5D. Ты не в зале с попкорном и не в безопасности. Это твоя новая реальность.

— Это к-к-капитан? — спросила я, дёрнув желтоглазого за рукав.

Жутковато было, чего уж там.

— Да.

Лицо Доусета было хмурым. Очевидно, он услышал куда больше меня и услышанное заставило его задуматься. Но ответить всё же соизволил.

И это в гостях у этого мне жить придётся? Да у моей землячки явно не всё в порядке с головой, если она согласилась жить с ожившим вулканом. Неудивительно, что у неё сердце отказывать начало. Оно, бедное, просто не выдержало постоянной перекачки адреналина.

Ладно. Нечего запугивать себя раньше времени. Злится он не на меня — и то хлеб.

Чувство страха стало уменьшаться, когда гора чистой ярости решила нас покинуть. За капитаном последовали двое таких же демонов, пара демониц и эльфо-тролль. Женщина трогательно всхлипывала в беленький ажурный платочек.

Доусет подхватил меня под локоть и повёл вниз по трапу, решив присоединиться к процессии.

Под гнётом мрачных перспектив у меня даже желания не было осматривать космопорт. Единственное, что успела отметить: он был гигантским. Едва ли не величиной с футбольное поле, если не больше. Тут и там мелькал транспорт, двигались толпы существ, шум стоял плотный и чужой.

А в голове крутилась одна мысль. Что могло случиться, чтобы капитан так взбесился?