Не принц

Размер шрифта: - +

Дорога в ночь

Из светлого плена беспечного детства
Я улетаю и я не вернусь!
Из-под покрова сомнительной ночи
Я ускользаю туда где уже начинают рассветы
Показывать то, что скрывала безглазая ночь

Наутилус Помпилиус - Я не вернусь

Алена

- Он был зол, очень зол! Опять. Мне кажется, за последние двое суток я уже изучила все оттенки его ярости, ан нет. Теперь все по-другому. Если раньше его эмоции выдавали только глаза, а в остальном он казался абсолютно спокойным, то сейчас все иначе. Он вообще стал другим, как только мы вышли из аэропорта, как будто сам город на него действует успокаивающе. А теперь я его разозлила и понимаю, что есть и обратная сторона монеты. Теперь злость и ярость в каждом его движении, в каждом жесте и взгляде. В том, как он настойчиво и слишком крепко, почти причиняя боль, берет меня за руку, в том, как холоден его тон, когда приказывает мне не дёргаться, когда показывает мне дурацкие поддельные документы, по которым я оказалась неуравновешенной истеричкой с манией преследования. Его рука настойчиво и крепко ложится на талию когда мы покидаем участок, он напряжен, и я чувствую это всем телом, а ещё это ощущается как капкан, как силки, из которых мне уже не выбраться.

Он больше не разговаривает со мной, молча запихивает на пассажирское сидение своего внедорожника и сам пристёгивает ремень. Мы едем по городу, он молчит, я молчу. Это давит на меня.

- Влад - не знаю, зачем пытаюсь с ним заговорить, я просто больше не могу вынести этого напряжения

- Лучше молчи сейчас, маленькая. Лучше молчи. Меня не отпустило, для тебя это не очень хорошо - говорит отрывисто, как будто выдавливая из себя слова через силу.

И я верю ему, наверное, мне действительно лучше заткнуться, целее буду.
Мы едем по городу очень медленно, тащимся как черепахи. На дорогах ужасные заторы, так как снег снова начинает сыпать с неба белой пеленой, а дороги, кажется, не чищены совсем. И от этого Влад ещё больше злится, хотя куда уж больше.
Все резко меняется, как только мы выезжаем на трассу - несколько секунд - и мы уже несёмся на огромной скорости! Я не знаю, сколько в действительности у него на спидометре, но вкупе со снежной пеленой и тем, что дорога постоянно петляет, скорость кажется просто дикой. Влад как будто ждал этого момента, ждал пустой дороги чтобы, наконец отпустить себя. Хреновый, однако, способ выпустить негатив! Мы же разобьёмся к чертовой бабушке! Закрываю в страхе глаза, но это совсем не спасает. Чувствую каждый поворот долбанного серпантина, в который входит машина. Чем дольше мы едем, тем извилистей становится дорога. Постоянные перепады с горки на горку и резкие повороты. А он даже не собирается сбавлять скорость!

- Влад - зову его тихо, мне совсем не улыбается умереть в 19 на какой-то богом забытой трассе. Но он не реагирует, вот совсем. Ни одного признака того, что он меня слышит. Насколько ушел в себя? Или это полный игнор в наказание?

- Влад, хватит - снова зову, но реакции ноль. Только там же резко входит в поворот и выравнивает машину.

- Влад! - почти срываясь на истерику - пожалуйста, мне страшно! - прошу его, и поражаюсь на сколько все меняется после одной это фразы. Он дёргается и как будто приходит в себя. Моментально сбрасывает скорость, а потом и вовсе останавливается на обочине.

- Вот черт! - поворачивается ко мне, смотри как то странно, как будто с болью, а затем просто выходит из машины, не говоря ни слова.

Я вижу, как он отворачивается от дороги и достает сигареты. Он курит, смотря в пустоту. Без шапки, в расстегнутой куртке, он как будто совсем не замечает холода. А снег продолжает падать ему на плечи и голову, резко контрастируя с его черной одеждой и волосами. Черное на белом, тень, заблудившаяся в белой снежной пелене. Докуривает, но продолжает стоять и смотреть вдаль.

Открываю дверь и выхожу. Не знаю зачем, не спрашивайте. Я совсем не понимаю его, и ещё больше не понимаю себя. Какое мне вообще дело до того, о чем он сейчас думает? Какое дело до того, что на улице холодина, а он почти раздет? Зачем мне знать, почему он так напряжен сейчас, и что за спрятанную боль я прочла пару минут назад в его глазах? Почему я снова иду к нему, не боясь его непредсказуемой реакции? Он же псих натуральный! Но я его совсем не боюсь, и вот это странно.

- Пойдем! Здесь холодно - подхожу и касаюсь его плеча, ожидая реакции. Какой она будет? Это как подойти ближе к хищнику, на свой страх и риск. Вздрагивает и смотрит на меня так, как будто совсем не ожидал меня увидеть, точнее как будто на месте меня должен быть кто то другой. А потом вдруг протягивает руку и нежно касается моей щеки.

- Прости меня, маленькая! Я не подумал, что ты тоже боишься скорости. Как она. Вернись в машину, тут действительно холодно, еще простынешь.

- А ты?

- Я скоро приду, сейчас только выкурю еще одну. Мне надо, правда, надо – я ухожу в машину, оставляя его наедине с его мыслями. Почему тоже и кто она? Он возвращается примерно через минуту, просит меня пристегнуться и плавно возвращается на дорогу. Теперь он едет медленно, очень медленно. Мне кажется, на спидометре нет даже пятидесяти.

- Влад? Ты издеваешься? - я, совсем  не могу понять, что за крайности такие

- Почему?

- Это что за черепашья скорость? Сначала ты несешься как полоумный, а теперь ползешь как ученик в первый день за рулем.

- Но ты ведь сама сказала, что боишься скорости

- Я такого не говорила! И я не боюсь скорости. С чего ты взял? Нормальной скорости! Ты ехал как реальный псих! Конечно, я испугалась. Да любой нормальный человек испугался бы! Ты среднее положение между «ракета» и «улитка» знаешь?

-Как скажешь, принцесса - теперь он улыбается мне, и у него, черт возьми, очень красивая улыбка – скажи, если снова будет некомфортно, я вообще привык ездить здесь быстро, я тут каждый поворот с закрытыми глазами могу пройти и машину я полостью контролирую. Но тебе, наверное, и правда это кажется опасным с непривычки.



Нана Светлая

Отредактировано: 13.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться