Не смотри назад

Размер шрифта: - +

Глава 5

Глава 5

 

Али, сколько себя помнила, никогда не уезжала из столицы. Там прошла вся её жизнь от детских лет до нынешних. Школа, академия, работа.

Впереди ожидал чужой, незнакомый город. Бранстейн. Место, которое отняло у неё сестру и надежду на счастье.

От Роны пришло всего несколько писем. Коротеньких, лаконичных, написанных будто бы второпях на дорогой веленевой бумаге, блестящей и гладкой. В них сестра рассказывала о том, что живёт в большом особняке, прекрасном и величественном, точно королевский дворец, стоящем невдалеке от берега моря.

«Тут я самая настоящая госпожа, так что все уважают меня и выполняют любые желания, – читала Алита, спрятавшись за длинную тяжёлую занавеску в холле академии, где подоконники были наиболее широкими и удобными. – Ты ведь помнишь, как нас учили? Женщина не в силах поднять своего супруга до занимаемого ею в прошлом положения. Она лишь может опуститься до его уровня. Однако мужчина – совсем другое дело! Он, будто парус на корабле, поднимает за собой жену, какое бы низкое положение она ни занимала до брака. Теперь я убедилась, что это истинная правда, и не нам с нею спорить».

Прежде, читая эти письма, Али одновременно радовалась и тревожилась за Рону, теперь – искала в них что-нибудь подозрительное, могущее указать на скрытую за словами разгадку смерти молодой женщины. Жадно перечитывала, будто хотела отыскать ответ между строк и не находила его. Одно являлось очевидным – в Бранстейне что-то произошло. Ещё до того дня, когда, по уверениям, сестра отправилась к морю и не вернулась. Но что же именно и где та зацепка, за которую можно ухватиться и, следуя за ней, словно по дорожке из хлебных крошек, найти того, кто виновен в случившемся?

Сидя в вагоне поезда возле окна, из которого открывался дивный вид на луга и леса, Алита перебирала письма сестры, как драгоценные сокровища, а временами даже украдкой прижимала их к лицу, пытаясь уловить ускользающий запах ромашки. Последнее письмо, отправленное из Бранстейна, оказалось самым коротким из всех. Будто Рону что-то беспокоило, но говорить об этом прямо она почему-то не захотела.

- Чай! – одна из проводниц в форменном тёмно-синем платье и накрахмаленном фартуке поставила на столик перед пассажиркой высокий стакан в звякнувшем от движения поезда медном подстаканнике. Напиток на солнце казался янтарным. – Осторожно, горячий!

- Благодарю, - Али отвесила вежливый кивок и пригубила чай. Крепкий, чуть горьковатый. Хорошо, что без сахара.

- Нужно что-нибудь ещё? – осведомилась женщина.

- Нет, спасибо. Скажите только... До Бранстейна ещё далеко?

- Далековато. Он ведь на самой границе королевства, дальше только море, а за ним чужие земли. Отдыхать едете?

- Работать.

Собеседница не удивилась. Этим утром Алита выбрала простое закрытое платье немаркого чёрного цвета с зелёной отделкой, так что ничем не напоминала обеспеченную особу, не имеющую нужды в том, чтобы самостоятельно добывать себе пропитание. Поношенная шляпка, ботинки и чемодан с вещами также не выглядели богато.

- Хорошей дороги! – пожелала служащая и зашагала вдоль вагона. Али проводила ту взглядом. Ей, впервые отправившейся в дальнее путешествие, всё было в новинку – и мерный стук колёс, и обитые бархатом сиденья для пассажиров, и шумные коробейники, которые заглядывали в поезд на станциях, наперебой предлагая купить горячие пирожки, всевозможные сладости и свежую прессу.

Здесь ключом била жизнь. Всех влекла за собой дорога, долгая и непредсказуемая, волнующая, полная свиданий и разлук. Сквозь оконное стекло Алита видела, как спрыгивали с подножек дети, как озарялись улыбками лица встречающих, как тайком смахивали слёзы провожающие, а кто-то, не стесняясь, плакал в голос. Временами ей хотелось сойти с поезда, задержаться, а то и вовсе остаться в каком-нибудь маленьком городке с крохотным вокзалом и казавшимися такими уютными домиками. Но её нигде и никто не ждал.

Али в несколько глотков допила чай и спрятала письма, тщательно сложив каждое из них. Снова вспомнилось, как она радовалась, получая их, как опрометью бежала, завидев в окно почтальона, и сердилась на обязательную проверку корреспонденции девушек из академии. Воспитательницы прекрасно знали, что ей приходят послания от сестры, а не от какого-нибудь кавалера, однако всё равно самолично вскрывали письмо за письмом и лишь после этого отдавали тем, кому они адресованы.

После окончания академии никого уже не интересовало, кто ей пишет, вот только отправлять весточки стало некому.

На очередной станции в поезд села семья, состоящая из родителей и двух дочерей. Старшей, на вид лет пятнадцати-шестнадцати, очень не терпелось рассказать о чём-то другой, немного младше. Поначалу они лишь шептались, затем та заговорила громче, и Алита, не желавшая подслушивать, невольно разобрала прозвучавшую в разговоре фамилию.

- Младший Ристон – просто красавец. Увы, едва ли ему позволят жениться раньше кузенов. Впрочем, они тоже хороши собой, только старше, - добавило юное создание с мечтательной улыбкой и светлыми кудряшками, на укладку которых наверняка потратили немало усилий.

- Но ведь самый старший уже вдовец, - отозвалась младшенькая.



Светлана Казакова

Отредактировано: 24.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться