Не я - значит, никто

Размер шрифта: - +

6

Наш путь занял часов шесть, так что к полудню мы уже докатили до тех самых гор, которые на деле оказались не такими ужи далекими и не такими уж большими. Здесь мы заехали в маленькую деревушку и оставили у одного крестьянина и повозку, и лошадей.

- Главное, рта не открывай, - предупредила меня новая знакомая.

Крестьянин, завидев нас, поклонился, если меня глаза не обманули, именно мне.

- А то, что в карете, его не съест? – спросил я, кода мы пошли дальше.

- Конечно, съест, если он нарушит строжайший приказ дверку не открывать.

Недалеко от деревни было ущелье, очень хорошо скрытое от посторонних глаз за небольшой рощей. Ущелье привело нас к речушке, речушка – к водопадику.  

 Мы зашли в воду – дно оказалось вымощено камнем - и прошли сквозь водяную завесу.

За водопадом скрывалась целая пещера, частично затопленная. Бредя по колено в воде, мы вышли на подъем, пару раз повернули и оказались перед небольшой дверью. Весь этот маршрут был проделан без лампы или факела: ученица колдуна подсвечивала нам небольшим призрачным светлячком.

Дверь она открыла касанием – и мы оказались в прихожей, где на лавках сидели, опустив головы, десятки солдат, облаченных в доспехи.

Стоило нам ступить внутрь, как все они подняли головы и уставились на нас своими жуткими высохшими глазами. Я попятился, но чародейка потащила меня дальше.

- Не бойся, они не знают, что ты – не хозяин.

За «вестибюлем» оказалась винтовая лестница, мы поднялись по ней и оказались в довольно-таки обычном доме, главной фишкой которого был способ постройки: все жилые помещения были вырезаны в скале. Были и окна, закрытые специфическим матовым стеклом – чтоб не бликовали.

- Ну вот мы и в безопасности. Устраивайся, твои злоключения закончились.

Мою новую знакомую звали Альта вир Карлайл, она происходила из древнего благородного семейства Карлайлов и являлась последним «истинным» его представителем, в то время как нынешние Карлайлы, по ее словам, были самозванцами, убийцами и узурпаторами. Собственно, именно трагический поворот в ее судьбе, случившийся с ней еще в тринадцатилетнем возрасте, и отправил ее на темную тропу некромантии и чернокнижия. По очень счастливой случайности судьба свела ее с Рэйзелем лин Фаннардом, чернокнижником, к тому времени уже давно прослывшим самым ужасным из смертных, хотя многие сомневались – а смертен ли он?

Альта произвела очень двоякое впечатление. С одной стороны, она могла быть при необходимости циничной и безжалостной, как это свойственно высококвалифицированным некромантам, с другой – либо ей не чуждо что-то человеческое, либо она мастерски прикидывается.

В общем-то, мы быстро поладили. С самого начала она попыталась значительно ограничить мою свободу передвижения и попыталась угрожать, когда я воспротивился, но я проявил твердость.

- А то что, скажи на милость?

- Я ведь маг, - вкрадчиво сказала Альта. – Не заставляй меня делать тебе больно, ладно?

- Пф-ф! Напугала! Я два года провел в компании психопатки, родителей которой убил твой учитель! Знаешь, как я от нее натерпелся? Ты все равно не можешь сделать мне что-то непоправимое, потому что будешь за это отвечать перед своим хозяином. А вот я ничем не ограничен. – И достал из-за пазухи револьвер.

- Тише, тише, малыш! Успокойся. Где ты револьвер достать умудрился?

Я показал ей вензель на рукоятке:

- Он принадлежал дворянке-чернокнижнице, которая меня подпоила и заперла в клетке, чтобы использовать в своих ритуалах как жертву. Это было ее последней ошибкой. А ты меня где запереть хочешь?

- Однако же, малыш, да ты зубастый…

- О, ты думала, я из Цитадели сбежал случайно? Я все-таки тоже похлебку не шапкой черпаю.

  Так что мы договорились с ней полюбовно: пока ее хозяин пользуется моим телом в моем мире – я буду жить в его доме на его правах. Само собой, что стряпать мне должна тоже Альта.

- А то, знаешь ли, в Цитадели меня стряпать никто не учил!

Альта оказалась неожиданно уступчивой. К тому же, у нее был свой резон: живя в изоляции с чернокнижником, она, в детстве дворянка, была лишена возможности элементарно с кем-то поболтать, к тому же ее снедало любопытство, каков мой мир. По ее словам, существование других миров было лишь гипотетической возможностью, и эксперимент Рэйзеля, на самом деле – чистейшая авантюра.

Главной обязанностью Альты было хранение «эфирного маяка» - артефакта, который позволит Рэйзелю вернуться туда, откуда он пришел, и не заблудиться во множестве миров. Поэтому она тоже два года провела взаперти, только если раньше у нее просто не было особых причин покидать убежище, то теперь ей и вовсе было запрещено отлучаться без крайней необходимости. Так что в конечном итоге мы пришли к определенному консенсусу: устраивать новую борьбу тюремщика и узника ни в ее интересах, ни тем более в моих.

Чуть ли не в первую очередь, немного отдохнув и свыкшись с мыслью, что мне не надо больше постоянно чего-то опасаться, я искупал крысу. Чучундра, до того демонстрировавшая  чудеса сообразительности, при окунании в воду превратилась в обычную крысу и верещала, аки резаная, благо, хоть не кусалась. Я поселил ее в небольшой клетке, которая нашлась в чулане, и кормил всякими вкусняшками, а также таскал на плече. Крыса сразу как-то невзлюбила Альту и гневно фыркала в ее сторону.

От Альты я узнал очень многое об этом мире.

В первую очередь меня интересовало, кто такие дагаллонцы.

- Подойди к зеркалу, что ли, - кивнула Альта в сторону полированной платиновой пластины на стене.

С зеркала на меня смотрело лицо бледного белокожего подростка лет семнадцати, худощавого, с длинным, чуть вытянутым лицом, белыми платиновыми волосами и белыми глазами. Собственно, ответ на вопрос «за что не любят дагаллонцев» стал для меня очевидным, стоило мне взглянуть себе в глаза.



Влад Пек

Отредактировано: 07.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться