Неангелы: Девочка в домике

Глава 10. Чудеса и разбитые чашки

- Кира, - ровный тон, наигранный. Она чувствует это, как если бы замкнула полюс на его голове.

Девушка обернулась и открыла глаза, встретившись с серым холодным взглядом. Михаил морщился, как от зубной боли, глядя на нее, или просто знал, что за запах наполняет комнату? Конечно, своим поведением она доставила ему неприятности, заставила разыскивать себя по всему Лагерю.  Он злится, но при Наташе вида не покажет. Лицемерный гад.

- Иду, - лишних слов она говорить не будет, горечь слишком сильно сжала горло. – Спасибо за чай, - Кира улыбнулась и вышла из комнаты. Мужчина сдержанно попрощался с Наташей и безмолвной тенью устремился следом за девушкой.

Домой шли молча. Кира чувствовала себя нашкодившей ученицей, Михаил не считал нужным её  разубеждать.  Он злился.  Сразу на всех: на себя, на идиота-курьера, на Киру, на этот вонючий сад, на ситуацию в целом.

***
 - И что это было? – материя настроена на защиту, он спокоен. Совершенно спокоен. Абсолютно спокоен.

- Когда? – Кира решила ответить вопросом на вопрос – пусть позлится. Злить и так злого Михаила, вероятно, было опрометчиво, но если у неё сегодня официально день опрометчивых решений и безумных мыслей, то и закончить его нужно достойно, на высокой, так сказать, ноте.

- Прекращай концерт. Ты прекрасно знаешь, что ушла из дома не предупредив, бегала по улице под снегом в расстегнутом пальто, хотя тебе нельзя простужаться, встретилась с подругой и Творец знает, что ей наплела, вела себя странно. Все это ты сделала вместо того, чтобы поговорить со мной. Нормально поговорить, – последнюю фразу он произнес особенно выразительно, после чего подошел и вытащил руки, которые сидящая на диване Кира прятала под пледом, наружу. – Не шевелись, я вылечу, - уже более тепло сказал мужчина, аккуратно снимая пластырь с порезов. Кира молча за ним наблюдала, пытаясь каждое прикосновение положить на чашу весов, которая и так предательски перевешивала.

- Не надо, пусть так останется, – девушка мягко освободила свои руки, - как напоминание о моей глупости. Я должна была сразу позвонить тебе, накричать, устроить истерику и спросить о проекте, а не убегать.  Понимаю, что ты недоволен. Меня пришлось разыскивать, ты потратил свое время, которое должен был применить для более важных вещей.  Не сдерживайся, можешь отругать меня, я заслужила…

На этот раз пришла очередь Михаила удивляться. Он явно ожидал чего угодно, но не приступа самокритики. От себя он тоже много чего ожидал в этот момент, но все прогнозы и четко проработанные стратегии становились лишь пустыми словами, когда дело касалось Киры. Это была единственная закономерность, которую он смог вывести для себя в последние недели. Она не миссия. Она жизнь: постоянно изменяющаяся, бурлящая, внезапная и временами по-настоящему непредсказуемая. Здесь невозможно просчитать все переменные, даже самого себя.

- Иногда, Кира, ты такая дура…

Она не успела даже вскрикнуть от боли в руках и неожиданности, когда её рывком подняли с дивана. Девушка замерла, прижимаясь к нему, чувствуя успокаивающие поглаживание по спине и горячее дыхание.

- …я очень испугался, когда не увидел тебя дома. Бумаги разбросаны. Эта кровь в переулке. Потом шиповник и ты у окна, совершенно безумная. Сейчас я просто рад, что ты дома. Можешь начинать меня за это ненавидеть.  

Только что он снес все тщательно выстроенные стены,  логику и эти чертовы весы, куда девушка всю дорогу домой так тщательно раскладывала факты, чувства и мысли, которые касались двух главных мужчин в её жизни. Одного любимого, другого – назначенного по приказу. Невольно она снова начала сравнивать, горящее огнем тело тогда и мягкое тепло сейчас, невероятное желание поцеловать и нежность, заставляющую прижиматься сильнее…

- Хватит! – рявкнул Михаил и оттолкнул её от себя с такой силой, что Кира от неожиданности рухнула обратно на диван. – Когда ты прекратишь, наконец, нас сравнивать?  Я не он и никогда им не стану. Ярик успел первым, захватил тебя и навсегда стереть его из твоей жизни никто не сможет, кроме тебя самой. Я не веник, чтобы за вами убирать.

Кире невероятно хотелось начать оправдываться, но что-то застряло в горле, не дав сказать ни слова, да еще и поток слов, который мужчина не прекращал ни на секунду…

- Если тебе станет легче, я не планировал вламываться к тебе в спальню и насиловать, чтобы зачать ребенка. Этот проект – один из вариантов безболезненно покинуть Лагерь нам обоим. Придет время и мне нужно будет скрыться из-под надзора Ассоциации, именно поэтому я нашел автора этого проекта и хотел помочь ему пропихнуть его в Совете.  Так ты смогла бы вздохнуть свободно вдали от этих косых взглядов, а я разобраться со своими делами.  И, прежде чем истерить, в следующий раз смотри на даты. Мы планируем его не раньше, чем через три года. Ну и, повторю, это лишь один из вариантов. Есть и другие, в большинстве уезжаю только я, а ты остаешься здесь. Обещаю сосредоточиться на них, чтобы больше не травмировать твою нежную нервную систему…

- Миш, давай не будем сейчас сгоряча, - Кира поднялась с дивана и хотела приблизиться к мужчине, но столкнулась с преградой. Он  выставил против неё блок?

-  Уйди, черт возьми, Кира. Просто уйди, - Михаил устало закрыл глаза и почесал пальцами переносицу.  Ему нужно было подумать, побыть наедине со своими мыслями не под этим отчаянно виноватым взглядом. Блок рухнул, как только за ней захлопнулась дверь кабинета.

***
Утро выдалось странным с первой минуты.  Начать с того, что она не обнаружила на кухне традиционной чашки из-под какао. Обычно вечером, когда Кира не хотела или не могла присоединиться к Михаилу, он пил его один и все время забывал помыть за собой чашку. Девушка подозревала, что оставлял специально, чтобы побесить. Но кто его знает?



Татьяна Кошкина

Отредактировано: 11.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться