Небо и грозы Электрет

Размер шрифта: - +

-6-

 

Третье мертвое место. Как его люди могли пропустить такое? 

Хотя это как раз объяснимо. Эшемины старались лишний раз не приближаться к территории людей. Те ревностно относились к своим владениям, за столетия напрочь забыв, кто собственно подарил им эти земли и позволил на них поселиться. 

Третья воронка разместилась довольно близко к угодьям человеческих звероводов. Охоту в лесах эшемины контролировали строго, сами убивали только слабых и уже подраненых хищниками животных, чаще довольствуясь мясом домашней скотины. Толстые, откормленные сайки с гладкой толстой шкурой довольствовались объедками с человеческого стола, быстро росли, бурно размножались и были идеальными поставщиками мяса. Часть стада в своё время отдали людям, и теперь тысячи саек паслись за заборами около Животноводческой Сферы. 

Люди даже вывели разные породы этих животных - чем эшемины никогда не занимались, считая бесполезной тратой времени. У живущих около Города саек были разноцветные шкуры, мясо различалось по текстуре и вкусу, а с недавно родивших цедили молоко - были и молочные породы, один раз родив, они оставались в загонах отдельно от остальных, и дважды в день давали до трёх литров беловатой жидкости. Люди считали ее очень полезной. 

Тереган как-то попробовал. Долго плевался. 

Фелисия обошла по периметру очередную лесную плешь. Задумчиво хрустя сорванным по дороге заботливым эшемином розово-фиолетовым плодом - по вкусу он напоминал яблоко и клубнику одновременно - поковыряла носком сапога землю. Она была такой же темной и безжизненной на первый взгляд, но что-то отличало ее от предыдущих мест. 

Девушка приложила миниатюрный электрометр на запястье к середине воронки. Нахмурилась, потрясла прибор, снова приложила. 

- Здесь нет электричества. - ее голос звучал как-то жалко, будто она сама была в чем-то виновата. - На предыдущих мертвых местах был хоть какой-то остаточный заряд, безопасный для человека, минимально низкий, но был. Здесь пусто. Вообще. Ноль. И воронка меньше остальных. Могу сказать уже сейчас, без спектрометра - они прогрессируют. И их цель - минимальный взрыв при максимальной площади поражения. Они хотят уничтожить электричество в атмосфере. И пока что у них получается. 

Пятно света висело прямо над головой, будто его тоже вырезали циркулем, и на толстый срез облака отбрасывало кровавый блик заходящее солнце. До самой темной поры - сумерек, временем между заходом солнца и восходом лун - оставалось не больше пары часов. Надо было спешить. Фелисия хотела проверить жутковатую догадку. 

Четвёртое пятно нашлось еще дальше, чуть не доезжая до гор. Высокий, покрытый вечной мерзлотой хребет виднелся на горизонте даже сквозь густой частокол зеленеющих исполинов. Тереган никогда не заезжал так далеко от посёлка. Разведчики иногда бывали здесь, проверяя исполнение людьми договора об ограничении охоты и вырубки, но явно недостаточно часто. 

Уже почти стемнело, когда Сниир вынес его к очередной мертвой поляне. Привыкший за день к нехорошим ощущениям змей даже подобрался к самой границе. 

Все устали, проголодались. Бутерброды с вареной колбасой и зеленью, завёрнутые заботливой Уной, исследователи даже не заметили, как употребили. Змей пару раз ловил что-то в кустах, пока ждал пока они разберутся с замерами. Возвращался довольный, с окровавленной мордой, и чем-то увлечённо похрустывал. Фелисию каждый раз передергивало. Здоровенное пресмыкающееся давило на почти все имеющиеся у неё фобии одновременно. 

В вездеход несколько километров назад пришлось поставить запасной бак с топливом. Теперь его осталось в обрез - вернуться в деревню, потом дотянуть до усадьбы. 

Змей свернулся кольцами на самой линии, отделяющей жизнь от смерти. Тереган не стал даже спускаться на землю со своего насеста - просто сидел, ждал и наблюдал за Фелисией. 

Она, казалось, проводила ритуал. Древние шаманы эшеминов в былые времена так молили о прекращении дождей - шепча что-то земле, склоняясь к ней, пересыпая комочки пальцами. Девушка совершенно не боялась запачкаться. Он уже видел ее, измазанную в масле и кто знает в чем, позавчера, но не задумывался, насколько это не соответствует привычкам человеческой аристократии. С простыми людьми Тереган иногда пересекался на дежурствах - забредшие чуть дальше обычного дровосеки, дежурные охранники периметров, стража во дворце. Фелисия по привычкам была куда ближе к ним и эшеминам, чем к лощеным, стерильным аристократам, приближенным короля. 

Девушка копалась миниатюрным совочком в земле, собирая образцы. Тереган кипел, костеря про себя неизвестных злоумышленников, да и собственных подчиненных заодно - так опозорить его перед человеком! Какой-то рыжий инженер лучше него понимает, что творится в диком лесу!

 Отдалении раздался хруст и гулкий топот. Шаги были странные, сбивающиеся с ритма, будто кто-то прихрамывал, причём на четыре ноги одновременно. 

Эшемин насторожился, слез со Сниира и пошёл к Фелисии, которая явно вообще ничего не слышала. 

На мертвую поляну, ломая ветви и круша кусты, вывалился подранок горного хесуна. Мирное травоядное животное в обычной жизни, сейчас, с подгорелой, зияющей ранами шкурой, он был смертельно опасен. Изо рта с кривыми бивнями капала бешеная слюна, единственный уцелевший глаз налился кровью. 

Зверь замер на мгновение на границе мертвой поляны. Решив, видимо, что это те самые, что так жестоко обошлись с ним, он пошёл в атаку. 

Перед Фелисией мелькнули зеленовато-серебристые кольца. Собирая энергию для атаки, змей чуть светился, потеряв темно-синий тон и радикально посветлев. Сниир свернулся кольцами, как его более мелкие собратья, поджидая, пока противник приблизится на расстояние броска. Молниеносный выпад - и блестящее длинное тело обвивается вокруг раненого животного, рассчитывая повалить и обездвижить.   



Нинель

Отредактировано: 01.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться