Нечитаемое. Другие миры

Время истинной любви прошло

«Только поцелуй истинной любви пробудит деву», — вторит Зеркало в ночной тиши и разлетается на осколки с оглушительным звоном, похожим на трагическую симфонию. С руки Короля на мраморный пол капает кровь, оставляя алые кляксы. Он больше не может это слушать. Он терпел слишком долго.

Но волшебное Зеркало так просто не уничтожить.

«Только поцелуй истинной любви пробудит деву», — звучит из самого длинного осколка, вгрызаясь в уши, прокрадываясь в самую душу.

Деву не разбудит уже ничего. Дева будет спать вечно.

Потому что никакой истинной любви не существует, если бы она была реальна, прекрасная Лилиэль никогда бы не оказалась в хрустальном гробу, никогда бы не заснула вечным сном.

Король не может спать. Не может есть. В его покоях горят все свечи, освещая мрачное пристанище безутешного. Король ходит от стены до стены и обратно, ломая руки, шепчет что-то неразличимое в длинную спутанную бороду.

У Короля рушится Королевство. Его подданые голодают. Его гвардия не слушает приказов. Приближённые считают его безумцем. Возможно, они совершенно правы.

Когда-то Зеркало уже сделало своё роковое предсказание, разделив жизнь на две части, точно ударом топора. «Дева лишит тебя короны», — пророчило оно. Король, смеясь, завесил Зеркало бархатом, чтобы не говорило больше таких глупостей.

А теперь он только и может, что беспомощно вспоминать живую улыбку и колдовской голос, и ослепительное золото волос. Он — жалкий раб. Он ничтожен. Он ничто без своей короны, без своей казны, без трона и земель, без её любви, жаркой, как пламя костра.

Они встретились в лесу, где Король охотился на оленя, а Лилиэль собирала ягоды и пела. О Солнце, как она пела. Звуки её голоса плыли между деревьями и, будто стрела, пущенная умелым лучником, сразили Короля в самое сердце. Он спрятал корону и мантию. Слез с коня и пошёл к ней, как вином опьянённый, шатаясь.

«Ой», — вскрикнула она и замолчала.

«Только не прекращай петь», — мысленно молил он.

Они встречались в этом лесу, когда только могли, отринув все мирские заботы. Это была любовь, считал он тогда. О, как он заблуждался.

«Дева Лилиэль лишит тебя короны», — угрожало занавешенное Зеркало.

Король не верил. Он был околдован, зачарован, уничтожен и рождён заново.

А потом началась война, и войска Королевства отступали, горели деревни, умирали люди, самые лучшие. Король видел во сне, как с него слетает корона и рассыпается в прах, как его ставят на колени и хлещут по щекам, как сажают в темницу, где он медленно истлевает.

Король бился на передовой, не жалея жизни своей, но рана заставила его вернуться во дворец, где Зеркало не замолкало. Измученный болезнью, напуганный, загнанный в угол, он принял решение.

Древняя Колдунья согласилась помочь, достала из холщовой сумки зачарованный плод. Налитое яблоко блестело алыми боками, сверкало на солнце. Это смертельное орудие выглядело столь невинно.

— Ей будет больно? — спрашивал Король.

— Нет, сахарный мой, ничего не почувствует, просто уснёт вечным сном, — отвечала Колдунья.

И он сделал это. Сказал: «Кушай, душа моя». Сам же из своих рук накормил Лилиэль ядом. Она уснула легко, покойно. Её ясное лицо сохранило жизнь, как будто она прикорнула на мгновение и вот сейчас откроет глаза.

Для Лилиэль вырезали хрустальный гроб, который повесили между четырьмя дубами в том самом месте, где влюблённые впервые увидели друг друга. Её облачили в лучшее платье и уложили, скрестив руки на груди, уложили так, чтобы она всегда была обращена лицом к небу, к солнцу.

И вот теперь Король в одиночку бродит по земле, словно покойник, глядя на мир слепыми глазами, не видя ничего вокруг. Разве было это любовью? Разве когда любят, могут отравить и обречь на вечный сон?

Однажды в разорённое Королевство приезжает заморский Принц. Его белый конь нетерпеливо бьёт копытом. Алый плащ развевается на ветру. Он — герой, это сразу видно. Его мужественное лицо горит решимостью.

— Слышал я, что в вашем Королевстве спит вечным сном прекраснейшая из дев и разбудить её может только поцелуй истинной любви, — говорит он. Его корона блестит в свете свечей, в то время как у Короля вся потускнела, выцвела, стала бесполезной железкой.

— Это лишь досужие слухи, — отвечает Король.

Мысль о том, что чьи-то губы будут касаться губ Лилиэль, жалит тысячей пчёл. От неё больно, как будто открылась старая рана.

Принц не слушается, конечно же. Его сердце стучит для подвига, он ненасытен в своём порыве. Принц едет искать деву. Но поцелуй оставляет губы Лилиэль холодными. Истинной любви не существует.

Принц отправляется восвояси на своём белом коне. Он найдёт другую деву, чтобы спасти, другого злодея, чтобы победить. Не у всех героев получается с первого раза.

Хрустальный гроб всё так же висит меж четырёх дубов. Его ласкает солнце, на него садятся певчие птицы и поют свои песни, у него встречаются влюблённые, чьи чувства обречены.

Король мается. Король не живёт толком.

Войска противника подходят вплотную к городу.

Дворец живёт в осаде дольше, чем это представлялось возможным. Люди храбро переносят голод и жажду, живут в страхе, но не теряют присутствия духа. Король сходит с ума в своих покоях. От него ждут приказов.

В короткие и беспокойные приступы сна ему видится достойная смерть. Ему снится, как отрубленная голова катится по ступеням. Ему должно эту смерть принять.

Он должен был их всех спасти. Он больше не может спасти даже себя.

Король убегает из дворца ночью, не чувствуя стыда. Если он умрёт или окажется в темнице, то тайна Лилиэль исчезнет вместе с ним. Он не может этого допустить. Он давно уже не правитель — заложник своих грехов.

Тёмный лес молчит. Осколок зачарованного Зеркала за пазухой молчит тоже. Кажется, от Короля все отвернулись.

Король бредёт во мраке. Он изучил дорогу так хорошо, что дошёл бы до гроба не просыпаясь.

— Глупое Зеркало, девы больше нет, а короны я всё равно лишился. Что же ты молчишь?

— Глупый Король, — нарушает молчание Зеркало. — Ты и лишился короны из-за того, что страдал по деве вместо того, чтобы быть с ней, любить её, сделать своей женой.

— Но ты говорило…

— Что я предсказывало, то и сбылось.

В свете луны качается меж дубов хрустальный гроб со спящей девой.

Истинной любви не существует.

Истинной любви не существует, но…

… Но попробовать всё равно стоит.



Данила Москвитина

Отредактировано: 18.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться