Неделимые

Глава 15

- Врача вызывала? - Рита отрицательно мотает головой. - Вот молодец! Что ж ты дура-то такая, - зло молвит Егор и вытаскивает из кармана мобильный. 
Рита округляет глаза, возмущенная его обзывательством. 
- И не смотри так, дура - она и есть дура,- шипит мужчина, шагая в кухню. 
- Идиот, - бубнит себе под нос, укутываясь в одеяло. 
- Я все слышу, - возвращается уже с градусником, - на, меряй, - протягивает футлярчик Ритке в руки. - Семен Алексеевич? Добрый день! – усмехается, крепче прижимая телефон к уху. 
Как только Егор вновь выходит, Рита обеспокоенная его визитом, вскакивает с кровати, в голове яро чувствуются помутнение, а в горле извергается адское пекло. В пару шагов добирается до шкафа. Вытаскивает спортивный костюм. Не будет же она в ночной рубашке целый день ходить, да еще если Егор дома. 
Громко выдыхает, запихивая градусник под мышку. 
Тридцать восемь и пять. Прекрасно! 
На лице проявляется досада. Ну вот как ее так угораздило? Вчера же все хорошо было. Негодуя, девушка закутывается в одеяло с головой, и буквально через пару минут проваливается в сон, которому, к ее сожалению, дано продлиться не более чем полчаса. В дверь стучат, отчего Рита лениво открывает глаза. Щурится. 
В комнату входит мужчина лет сорока. Из-под джемпера проглядывается белый ворот рубашки, а на руке красуется ролекс. «Неплохо врачи живут», - усмехается про себя, внимательно разглядывая гостя. 
- Здравствуйте, Рита,- улыбается мужчина, усаживаясь на стул у кровати, - ну, жалуйтесь,- надевает очки. 
- Температура, горло болит,- слегка касается пальцами шеи, - кашель, чуть-чуть... 
- Ясно. Давайте посмотрим, что с вами,- тянется к чемоданчику. 
- Алексеич,- с весельем протягивает Егор, замирая в дверном проеме. Руки сжимаются в кулаки, отчего он убирает их в карманы брюк. Взгляд темнее, но всего на несколько секунд. Как по щелчку на лице появляется кривая усмешка, а глаза с интересом продолжают исследовать ее оголенный живот, медленно поднимаясь к груди. 
Рита вздрагивает и, словно одержимая, отскакивает в сторону, оттягивая вниз кофту. Щеки краснеют, а врач с интересом наблюдает за ее странной реакцией. 
- Выйди, - шипит Маркову, но тот, кажется, вовсе ее не слышит. - Егор! – повышает голос, а сама мысленно задается вопросом, какое на ней сегодня белье? Черт! Что за бред, о чем она вообще думает?.. 
Семен Алексеевич тактично кашляет, после чего невозмутимо обращается к Рите. Егор все еще стоит у двери. 
- Рита, у вас нет ничего страшного, обычная простуда. Три дня постельного режима. Вот список, - протягивает листок девушке, - купите лекарство и через три дня уже будете на ногах. 
- Спасибо, - кивает мужчине, испепеляя Егора взглядом. 
Марков ухмыляется, но даже шаг в сторону не делает. Мирно ожидает Алексеевича, вырывает у Риты из рук рецепт и только потом выходит, вместе с мужчиной. 
Рита закрывает лицо руками, присаживаясь на кровать. По телу пробегает волнительная дрожь. Щеки продолжают гореть, а сердце отбивать морзянку в бешеном ритме. «SOS!», - буквально вопит подсознание, а губы расплываются в идиотской улыбке. Душа разрывается от противоречий, а пульс, кажется, сходит на нет. Это все нервы, слишком много столкновений. Всю неделю, как на иголках, вечное присутствие этого мужчины выбивает почву из-под ног, когда она, напротив, привыкла крепко на них держаться. А может, в этом и проблема? Она всегда твердо стоит на ногах, возможно, стоит разочек оторваться от земли? «Нет», - шепчет внутренний голос, один полет, а костей потом во век не соберешь. 
Берем себя в руки! 
Егор щелкает выключателем и медленно направляется в кухню. До сих пор руки в кулаки сжимает. Даже из карманов не вытащил. С головой накрывает какое-то щепетильное состояние, оно ему незнакомо. Чувства перемешиваются и сливаются воедино, возбуждение сплетается с яростью, рождая адскую смесь. Ударяет кулаком по бару, после упирается в него обеими ладонями, опускает голову, переводит дыхание. 
Секундная пауза. А перед глазами – ее обнажённое тело. Хотя, что он несет, - там обнаженки-то и на приличное интимное фото не соберешь. Еще раз хлопает ладошкой о гладкую поверхность бара. Не соберешь, но в мыслях он уже все давно дорисовал. Проклятье! 
Кажется, недельное воздержание во всей этой суете явно не пошло ему на пользу. Достает мобильный и набирает одно слово: «Жди». 
Отправляет. Неважно сколько, но Леська будет ждать. До последнего и шагу не ступит, пока он не приедет. Выдыхает. С одним расправился, следующее – рецепт. 
Быстро пробегает глазами по списку, и, сфотографировав, отправляет водителю, сопровождая все это звонком с указаниями. Считай и со вторым справился. Мозг медленно отпускает чувства, словно возводит перегородку, и вот он вновь холоден и собран. Не зря многие подмечают, что у него словно переключатель срабатывает. Постоянно себя в руках держит, его сложно увидеть растерянным или подбитым на эмоции, у него их словно нет. Всегда холодная голова и прямой расчет. И это правильно, он не считает это недостатком, так проще и жить и работать. 
С такой волшебной кнопкой-переключателем, никогда не смешиваешь работу с личным, а это в его деле – залог успеха. Да и некогда было на душевные терзания себя растрачивать, нужно было действовать. В Америке, когда после учебы дело свое строить пытался, нужно было хватать, и всех, кто на пути стоял, отметать подальше. Всех - и приятелей, и любовь, и родных отчасти. Потому как с последними в те времена он общался два раза в год, и то если везло. 
А когда сюда вернулся, понял, что все, что было там - игрушки. Жизнь она здесь, в его кресле. Огромная империя с огромными проблемами, своры тварей, которые не прочь поживиться и развалить все, что его предки создавали десятилетиями. Вот где жизнь. Азарт, вечный мозговой штурм. Всегда нужно быть готовым к любому повороту и исходу. 
А если ты молод и недостаточно опытен, попадая в это пекло, хочешь-не хочешь, но меняешься, обстоятельства всегда гнут под себя. Ответственность и страх потери, страх, что недостоин, что разочаруешь, именно это толкает на поступки, на достижение определенных целей. И уже ничего нельзя изменить. Живешь, словно робот, и тебе это нравится, потому что ты и есть машина, которая по миллиону действий в секунду обдумывает, чтобы не прогадать и не просчитаться... 
Когда в первый день он зашел в свой новый кабинет, понял одно – война. Разворованные ресурсы, куча стервятников вокруг, и ни единой руки помощи. Вот в этот момент пришлось оставшиеся чувства куда-то слишком глубоко запрятать, просто чтобы выжить среди тех, кто совсем тебе не добра желает. Только и ждет твоего промаха. 
- Егор, - Рита раздосадовано помахала рукой перед глазами мужчины, но он, кажется, ее не слышал и не видел. - Егор, - повторила, слегка коснувшись его плеча. 
Мужчина медленно перевел на нее взгляд. Казалось, что она видела, как с них спадает занавес, который вновь позволяет видеть мир. 
- Чего? 
- У тебя все хорошо? – сцепляет руки в замок. 
- Вполне. Андрей скоро привезет тебе лекарства, - выдавливает из себя, словно до сих пор находиться где-то далеко. 
- Хорошо. Спасибо. 
Рита пробегает по Маркову взглядом, не понимая, что происходит и медленно шагает прочь. Не нравится ей его поведение, лучше спрятаться в комнате. 
- Ты куда? – раздается. Когда она уже доходит до лестницы. 
- Глупый вопрос,- губ касается улыбка. 
Егор отмахивается, находясь в ступоре какие-то мгновения. Рита также замирает, не отрывая глаз. 
На весь дом раздается дверной звонок. 
Девушка оборачивается на дверь. Марков делает тоже самое, а после неодобрительно смотрит на Марго, как бы говоря ей: «И чего стоишь? Иди, открывай!». Но она ошибается, мужчина шагает к двери, успевая по пути выморозить ее взглядом. 
- Иди в комнату, сам принесу твои лекарства, - цедит устало, махая рукой наверх. 
Рита усмехается, прикрывая губы ладошкой, слегка приподнимается на носочки и, обернувшись на девяносто градусов, шагает по ступенькам наверх. 



*** 

Жарко! Ей так жарко, что не спасет ни один кондиционер. Принятые лекарства еще не дали результатов, заставляя мучиться от недомогания и жара. 
Рита медленно, чувствуя себя желе, переворачивается на бок. Рука скользит под подушку, ее обдает прохладой. Такой неистовой, чистой и не хватающей сейчас прохладой. Голова раскалывается, а пальцы словно немеют. Кости ломит. Еще движение - и она рассыплется на части. 
В квартире тишина. Пусто. Все вымерло. Девушка устало смотрит в потолок – светло. 
Егор уехал пару часов назад, посоветовав на прощание звонить врачу, или его матери. Еще чего! Возможно, первому она еще и позвонит, если будет умирать, но вот Ирину Александровну ей совсем не хочется беспокоить, она же вмиг примчится сюда, бросив все дела. Хоть Рита совсем немного знает эту женщину, но и этого времени хватило, чтобы понять какой у той характер и отношение к самой Рите, она сделает именно так, тут и гадать не нужно. А ей совсем не хочется доставлять Ирине неудобства. 
Пока Рита плавится на раскаленной решетке ОРВИ, Егор приказывает Мише ждать внизу, а сам шагает в подъезд элитной высотки, где сам же снимает для Леськи квартиру. 
- Привет, - шепчет девушка, пропуская мужчину внутрь, на ней красуется короткая красная комбинация. Егор скользит по Олесе немного отстраненным взглядом, после чего шагает на кухню. 
- Я не люблю красный цвет, - достает бутылку минералки из холодильника. 
- Прости, - замирает у стола, стягивая с себя комбинацию, Марков усмехается, продолжая спокойно пить воду. 
- Так гораздо лучше. 
Леся улыбается, и шагает к мужчине. Руки девушки ложатся на широкие мужские плечи. Егор ставит бутылку на столешницу, притягивая Леську к себе, но тут квартирную тишину захватывает трель мобильного телефона. Олеся разочарованно вздыхает. Потому как знает, что он предпочтет ответить на звонок, для него всегда предпочтительнее те, кто ему звонит, нежели она.