Недоброе солнце

Глава 12

Лени

Мы стояли молча, глядя в иллюминатор. Нарин очень медленно, почти не касаясь, обернул свои руки вокруг моих плеч. А я замерла и старалась не шевелиться. Было и пугающе, и невероятно, до слабости в коленках, приятно. Видя, что я не против, валор сжал руки крепче, прижимая к своему телу. Позволила себе немного расслабиться. Это ничего. То, что было между двумя и в темноте — тайна. Точно знала, если захочу, Нарин и не намекнет об этом вечере.

Большие теплые ладони огладили мои предплечья. Мужчина уткнулся носом в волосы, шумно втянув воздух. По телу прошла волна удовольствия, вызвав нестерпимый зуд на коже.

— Я просто обниму. Ничего больше. Не бойтесь меня, прошу, — тихо и глухо прошептал Нарин в мою макушку.

Думаю, говорить, что я не боюсь, а млею от прикосновений, будет излишне. Когда-то во времена обучения мы придумали с девочками такой термин, как «пять сантиметров ласки». Это означало, что прикосновение приятно настолько, что ощущаешь его на пять сантиметров вглубь под кожу. Очень редкое явление. Вот в этот момент, только от одного движения рук, через одежду, мне показалось, что я получила свои «пять сантиметров ласки». Ладони огладили предплечья еще раз, вызвав повторную волну удовольствия. Я почувствовала, как по талии скользит хвост и вцепилась в него руками, которым не могла придумать применение до этого. Удивительная конечность обвила мое запястье.

— Вы дрожите, терри. Вам холодно? — промурлыкали мне в шею, и мягкие, теплые губы нежно коснулись мочки уха. Он неожиданности и нахлынувших ощущений вырвался сиплый вскрик, и я отдернула голову. Тело подрагивало, а объятия Нарина становились все крепче. Не смотря на собственные действия, даже вопреки им, невероятно, до покалывания в губах, захотелось почувствовать его поцелуй.

— Кажется, вас давно не обнимали, терри, — валор замер после моего движения, но не отстранился и не отпустил. Может, почувствовал мою нерешительность, или кто знает. Послышался протяжный, тяжелый вздох, опять всколыхнувший волосы на макушке, тело за спиной окаменело. — Мне стоит убрать руки?

Закрыв глаза и замирая от собственного поведения, совершенно непривычного и несвойственного, крепче ухватилась за хвост, прижав к груди, и выдохнула:

— Поцелуй, — захват на плечах стал почти болезненным. Мгновение постояв неподвижно, Нарин слегка отстранился, ослабляя объятия. Голос был серьезный. Капитан говорил медленно, растягивая слова.

— Вам придется повторить, терри. Мы оба должны понимать, что вы осознаете происходящее, а не просто поддаетесь моему напору. Вы должны повторить. Если, и правда, хотите.

Я затихла, стараясь побороть дрожь в теле. Глубоко вздохнула, чуть расправила плечи. Мне давали полное право решить. И я хотела поцелуй. Было необходимо почувствовать его губы. После прикосновений рук и реакции тела, я потом не прощу себе такого упущения. Меня давно, очень давно, не посещало подобное желание. Конечно, как у любого взрослого человека случались «ситуации», продиктованные гормональным состоянием. Только там и речи не шло о нежности и ласке. Скорее, вынужденная необходимость, а там уже как повезет выбрать партнера. Какие поцелуи? Смех один.

Губы зудели и требовали принять решение. Нарин, как назло, не двигал ни единым мускулом. Еще раз вздохнув, я громко и отчетливо произнесла:

— Мне нужен ваш поцелуй. Сейчас. Всего один. Я хочу.

Валор на грани слышимости хмыкнул и притянул обратно в объятия. Прижал на мгновение к груди и медленно развернул к себе боком, придерживая одной рукой за плечи и хвостом за талию. Вторая рука плавно, едва касаясь, прошлась тыльной стороной от виска к подбородку. Большой палец чуть коснулся нижней губы и слегка надавил. Синие глаза смотрели внимательно и решительно. Мне раньше казалось, с таким взглядом в бой идут, а не целовать собираются. Нарин чуть заметно улыбнулся и стал наклоняться к лицу. Мои глаза закрылись. Губ коснулось горячее дыхание с шоколадным ароматом. Прикосновение оказалось легким, мягкие губы едва дотронулись до моих и отстранились. Страшно возмущенная таким обманом я ухватилась за серую ткань рубашки капитана и потянула на себя. Ну, уж нет!

Раздался довольный хмык, и меня поцеловали. Мягкие, чуть влажные губы накрыли и слегка надавили, заставив приоткрыться. Сердце замерло, пропуская удары, тело само по себе крепче прижалось к мужскому, желая компенсировать разом все время воздержания и нехватки ласки. Поцелуй был настойчивым и медленным. Валор пробовал, ласкал, потягивал нижнюю губу, прикусывал, слегка задевая клыками. Широкая ладонь медленно скользила по спине, оглаживая от лопаток до поясницы и обратно, разгоняя тепло и будоража кровь. Голова кружилась, ноги мелко подрагивали.

О да, я не прогадала. Этот поцелуй запомнится надолго. С трудом отцепилась от серой ткани и слегка толкнула валора в грудь, пока голова еще хоть немного соображает. Нарин тут же отстранился. Взгляд был острый, проникающий. Внимательно оглядев меня, мужчина улыбнулся.

— Кажется, вам пора отдыхать, терри. Пока мы оба осознаем происходящее, — нежно проведя руками по спине и утянув хвост, Нарин разорвал объятия и отступил на шаг. Я была точно уверена, что его глаза немного светятся. Валор смотрел на меня спокойным, ласковым взглядом и слегка наклонил голову, изображая что-то наподобие поклона. — Спасибо, что не бросили меня одного.

Нерешительно переступив с ноги на ногу, я кивнула капитану и двинулась к выходу, огибая его по небольшой дуге.

— Спасибо вам, за… за компанию, — я шла быстро, стараясь все же не бежать. Было и немного стыдно за несдержанность и невероятно радостно. Я чувствовала себя аккумулятором, который после долго «голодания» получил неплохую порцию заряда. Хотелось подпрыгивать и смеяться. С остальным разберемся завтра.

Нарин

Селена была напряженной, зажатой, как пугливый зверек. Я не очень рассчитывал на успех, когда решил заключить ее в кольцо рук. В ответ на мои действия она совсем затихла, но негативного отклика я не заметил. Через какое-то время землянка немного расслабилась, слегка оперевшись на меня. Рискнув, медленно провел ладонями по ее рукам и вдохнул нежный будоражащий запах, перебитый ранее ароматом какао. Просто не сдержался. В ответ на мои действия по телу дарье прошла волна дрожи. Смесь восторга и трепета. Не желая, чтобы меня останавливали, тихо сказал: