Нефелим

10. Стазис

 …Медик изо всех сил старался удержаться от комментариев, но видно было, что сказать он хочет, и многое. Останавливали только высокий ранг нависшего над ним сикера да, возможно, природная тактичность, еще не убитая старшими курсами медицинской академии.
Фросторм же и так знал, что совершил глупость с непредсказуемыми последствиями, и в чьем-то еще мнении не нуждался. Гораздо больше его волновало, можно ли теперь Оверлэю помочь, или перегрузка оказалась летальной. Корпус гонщика все еще сохранял свои цвета, но оптика не светилась, а электромагнитное поле едва ощущалось.
- У него слабая Искра, - наконец, нарушил молчание Сайриндж.
- Я вижу, - ровным голосом согласился Фросторм. – Прогноз?
- Неблагоприятный. Пока что.
Медик смутился:
- На самом деле, сэр, я не могу сделать никакого прогноза до тех пор, пока не буду достоверно знать, что вы с ним сотворили.
- Позволил подключиться к моей шине данных. Напрямую. Этого оказалось достаточно.
- Зачем? – не удержался Сайриндж.
- Была стратегическая необходимость.
- Стратегическая, - фыркнул медик.
Сикер примерно догадался, к чему тот клонит, но оставил сие без комментариев. Его мало заботило, что тот подумает – если бы беда случилась с Оверлэем во время интерфейса, на который он так непрозрачно намекал, Фросторм так бы медику и сказал. Но речь шла всего лишь о передаче данных, которая едва успела начаться.
- Через пять кликов после подключения произошел коллапс, - подытожил фиолетовый. – Этиология неизвестна.
- Есть одна гипотеза, - проговорил медик. – Но в Академии меня бы за нее, наверное, высмеяли.
- Значит она правильная.
- Не претендую. Видите ли, сэр, мне кажется, он просто не смог обработать то, что вы на него вывалили.
- Передача велась дозировано.
- Не сомневаюсь. Но скорость определяете не только вы. Он мог самовольно ускорить передачу.
Сикер закрыл оптику рукой. Уже автоматически, дабы не выдать багрового цвета, который она все чаще приобретала.
- Последствия этого мне неизвестны. При хорошем раскладе он рано или поздно справится с тем, что отхватил, и сам выйдет из этого псевдо-стазиса. Плохие же расклады многочисленны и разнообразны.
- Возможно ли снизить их вероятность?
- Меня беспокоит Искра. Я изучил те повреждения, о которых вы сообщили. Они необратимы.
- Да.
- Но в штатном режиме они его не беспокоят. Другое дело – теперь.
- Это не простой стазис, - догадался Фросторм. – Его процессор работает с перегрузкой, отбирая энергию у остальных систем.
- Верно, - немного потрясенно согласился Сайриндж. – Вопрос в том, сколько он протянет в таком форсированном режиме.
- Нужно поддержать Искру?
- Желательно. Однако я не владею технологией, да и здесь не найдется подходящего оборудования. Ремонт Искры – сложнейшая операция.
- В полевых условиях невозможен, - процитировал Фросторм то же учебное пособие. – Однако мы здесь не о ремонте говорим. Необходимо или снять часть нагрузки с его процессора, или добавить энергии голодающей Искре. Первое, как показал опыт, невозможно. Остается второе. Вот я и спрашиваю – осуществимо ли это?
- В принципе, да, - Сайриндж посмотрел на него. – Вы можете это сделать.
- Как?
- Очень просто.
Медик перевел взгляд на раскрытую грудь Оверлэя. Слабое сияние пробивалось из миниатюрной камеры Искры. Большинство внутренней оснастки было из сверхлегких сплавов.
- Соедините ее со своей.
- Хорошо.
- Учить не надо?
- Технология известна, - отрезал сикер.
- Тогда я постою рядом и посмотрю, чтобы никто не сунулся сюда и не начал давать советы.
Сайриндж напряженно рассмеялся над собственной шуткой, а Фросторм принялся открывать кабину.
- Как я пойму, что достаточно? – спросил он.
- Обычно об этом сами говорят. В нашем случае ответ будет: не знаю. Слушайте, чувствуйте, анализируйте. Потом обязательно мне расскажете. Когда весь этот бардак закончится, я займусь прикладными исследованиями.
- Когда же он закончится, - мрачно повторил Фросторм, осторожно поднял Оверлэя и прислонил к своей груди. – Начинаю, Сайриндж. Если что-то пойдет не так, я на тебя рассчитываю.
- Рассчитывайте, - великодушно разрешил медик и с видимым усилием оторвался от созерцания баррикады из коробок.

…Мир был другим.
Фросторм смотрел на него и не узнавал.
Было странно видеть вместо упорядоченной системы всполохи образов – яркие и практически бессмысленные. Не поддающиеся анализу. Бесполезные.
Он даже не мог понять, что воспринимает оптикой на самом деле, а что – всего лишь чужие воспоминания и мысли. Кажется, он увидел и самого себя – огромного, окруженного черно-лиловым ореолом, с пылающей красным оптикой. Разве он стал таким? Или это тот десептикон Скайварп, с которым лишь однажды встретился в бою – и то, даже не в бою – ведь удрал, молниеносно, изобретательно, но удрал.
Все двигалось очень быстро – гораздо быстрее, чем мелькали далекие звезды во время учебных космических полетов. Такой была настоящая скорость? Он не знал ее, не хотел знать, пусть и не боялся. Просто не любил, отторгая, как чуждое.
В ней так легко отстать и потеряться.
Теряться он не хотел.
Ни в глубоком космосе, которому нет ни дна, ни края, ни здесь, в этом чужом переполненном образами месте.
В таком случае, ему придется лететь быстрее.
Трансформации Фрост, если она и случилась, не почувствовал. У него не было систем, чтобы отследить работу механизма. Да и механизма у него тоже не было.
Очертания мира становились отчетливей. При стыковке уровнять скорости, это он помнил хорошо. Теперь, когда мчался быстрее своей крейсерской, он начинал воспринимать все правильно. Устанавливался баланс. Равновесие. Гармония.

…За крыло его дергал определенно не Сайриндж. Некрупному медику просто не хватило бы сил рвануть так, что сикера едва не опрокинуло на спину. Фрост даже почувствовал боль. Он развернулся – излишне быстро, едва успев подавить позыв к контратаке. Ранвэй стоял над ним, сложив на груди манипуляторы.
- Фросторм, я жду объяснений.
Фиолетовый попытался подняться.
Не успел. Бывший инструктор беспощадно пнул его ногой в раскрытую кабину. Сикер тяжело повалился на спину. Наверное, его лицевая пластина выражала вполне уместный в такой ситуации вопрос, но отвечать на него Ранвэй не стал. Он еще раз ударил его – на этот раз в бок, после чего развернулся и ушел, бросив:
- Приведи себя в порядок. Жду через три клика.
Проводив инструктора застывшим взглядом, Фросторм подтянул колени к все еще открытому грудному отсеку, перекатился на корме и сел. Хотя боль была острой, повреждения оказались пустяковыми. Их, можно сказать, вообще не было. Инструктор знал, как бить, чтобы привести в чувство. Или унизить.
Фросторм ничего не мог понять. Его воспоминания перемешались. Он точно знал, что пытался проанализировать записи с орбиты, потом подключил к делу Оверлэя – подключил в прямом смысле, и это закончилось для гонщика перегрузкой процессора. Потом они с Сайринджем придумали, как поддержать его слабую Искру, а после того сикер почему-то мчался по какому-то неправдоподобно яркому миру, пытаясь догнать неведомо что. И судя по всему, догнал. Где бы ни были теперь медик и Оверлэй, рядом их не наблюдалось. Зато откуда-то взялся Ранвэй и устроил ему дисциплинарное взыскание в традициях старой школы. Фросторм не припоминал, чтобы за инструктором ранее водилась склонность к рукоприкладству, но времена были тяжелыми – каждый менялся, и каждый – по-разному.
Но нужно было встать и идти. Вероятнее всего, на разнос. С легкой досадой сикер поднялся и пошел к командирской нише.
- Ожил? – жестко спросил Ранвэй.
- Да, сэр. Разрешите объяснить…
- Без надобности, - отрезал офицер. – Что бы ты ни сделал, это сработало. Я бы дал тебе еще поваляться с открытой моторкой, но времени нет. Мы выступаем.
- Что?
Он запоздало устыдился своей несдержанности, но Ранвэй не обратил на это никакого внимания.
- Твой приятель-гонщик примчался ко мне и сказал, что знает, как всех спасти. Когда он сказал, я сперва не понял, как мы с тобой вообще могли это проглядеть. Наверное, действительно был необходим именно взгляд наземного. Мне-то и в процессор не пришло, что нам всего лишь нужен корабль!
- Корабль? – потрясенно повторил Фросторм.
Инструктор был на сто процентов прав. Даже он, никудышный летун, но все-таки летун, и мыслит исходя из того, что у всех есть крылья. Дальше них он посмотреть и не смог. А Оверлэй смог.
Оверлэй?
- Он в порядке, сэр?
- В полном, - хмыкнул Ранвэй. – А твои методики как всегда оригинальны.
Фросторм хотел было спросить, чем он в таком случае заслужил пинки и дерганье за крылья, но офицер опередил его с ответом:
- Сайриндж не мог тебя добудиться. Пришлось мне делать это по старинке.
- Ясно, сэр. Вы сказали, мы выступаем?
- Да. Медики и Кранч соберут раненых и приготовят к транспортировке. Наше с тобой дело – захватить один из барражирующих на орбите транспортников и посадить максимально близко к убежищу. Если получится – загружаем раненых и взлетаем. Чем быстрее это будет проделано, тем позднее пустят по нашим следам погоню. В случае если и эта фаза операции завершится удачно, мы стартуем с Кибертрона и берем курс на любую из исследованных звездных систем.
- Мы полетим вдвоем? – уточнил Фросторм.
- Да. Ты видишь здесь еще каких-нибудь сикеров?
- Нет. Но в абордажном бою нам может потребоваться помощь.
- Предложения?
- Я носил Оверлэя в отсеке для образцов. Мы можем взять пару крепких негабаритных ботов, устойчивых к перегрузкам.
- Хорошая мысль. Шахтеры для нас тяжеловаты, а вот ремонтники вполне подойдут.
- Когда выступаем?
- У тебя брийм на сборы. Проверь оружие, подбери себе бойца и вооружи его как следует.
- Будет исполнено!
- И еще, Фросторм, - Ранвэй остановил бросившегося было выполнять сикера. – Найди своего друга. Он полетит с ранеными, и может статься, вы с ним больше не увидитесь.
Фросторм не стал спрашивать, почему. Было ясно и так. План был настолько безумным, что вполне мог и сработать. Но их с Ранвэем выживание не гарантировалось. Даже если они захватят корабль и приведут его на базу, такую крупную цель трудно не заметить. И еще труднее будет ее оборонять эскорту из двух истребителей, если Мегатрон спустит на них своих асов.
Но они все-таки попробуют.
 



Зоя Старых

Отредактировано: 28.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться