Нефилим

Размер шрифта: - +

Глава 2. Особенности национального трудоустройства

 

* * *

(12:36 am)

После бессонной ночи как-то само собой потянуло на боковую. Нам благоразумно не мешали проспаться до полудня (скорее всего, просто пожалели), но как-то отвыкнув от хорошего обращения, я подозревал, что даром кормить никто долго не будет. Нехватка средств для поддержания собственного существования казалась наиболее подходящим и очевидным стимулом, чтобы подтолкнуть желающих взяться за придуманные и заложенные квесты. Или же задонатить в игру какую-либо сумму и жить более или менее беззаботно, пока она не закончится.

В большой избе спало вповалку еще несколько моих товарищей по несчастью. Конечно, кое-кого уже не было – наверняка оказались ранними пташками и, пришедши к тем же выводам, что и я (разумеется, за исключением знания механики игры, поскольку этот мир для них являлся первой и единственной реальностью, которую они знали), уже поспешили зарабатывать в поте лица хлеб наш насущный. Огонь в очаге уже прогорел, и хотя в комнате было тепло, однако всё же немного темновато, на отодвинутом в угол грубом деревянном столе были сложены какие-то вещи. Не присматриваясь к ним, я вышел на улицу. Точно, полдень.

Дом стоял немного на отшибе, и в свете дня снаружи выглядел малость заброшенным. Казалось, будто с прежним хозяином что-то случилось, и теперь этот дом принадлежал как бы и всем, и никому. За сохранностью его в деревне следили, как следили бы за любым другим общественным имуществом, однако вовсе не вкладывали в него души так, как в свой собственный.

Я присел, потрогал пальцем облупившуюся грязно-белую краску на крылечных ступеньках, из-под которой в особо выщербленных местах проглядывала белая с синькой, совсем уже другого оттенка, и предположил, что прежний жилец, для которого этот дом был действительно домом, покинул его около четырёх-пяти лет назад. Ну, плюс-минус.

По дороге, ведущей от деревни мимо этого дома и в сторону леса, шли трое крепких бородатых мужиков в широких, явно на размер больше, коричнево-зелёных рубахах, и с заткнутыми за пояс топорами. Вместе с ними шагал мой старый знакомец Гунд. Мужики с сомнением посмотрели на меня и прошли мимо, не останавливаясь, а вот Гунд вполне охотно остановился поболтать.

– Эй, Шэд! – он обратился по имени, когда почти поравнялся со мной, и до меня оставалось не более шага. – Ты подсобить хочешь? – и весьма выразительно хлопнул себя по карману, где тут же звякнули медяки. Да, откуда-то на его тельняшке появились карманы, однако я точно помнил, что когда у меня был закрыт доступ к инвентарю, у него тоже ничего подобного не было и в помине. А вот теперь, смотри-ка ты, появились.

Игровая условность, или уже успели где-то пришить? На второе не похоже, выглядят старыми.

– А что дают? – правильно истолковав слово «подсобить», поинтересовался я.

– Кров, жратву, инструмент, и по медяку за каждую связку дров, дотащенную в деревню, – ответил он, загибая пальцы, как по-заученному – ни дать, ни взять вербовщик с плаката «А ты записался лесорубом?», как будто бы еще у похитителей лагурского тиса на всю жизнь не нарубился. – Однако инструмент нужно потом вернуть. Или выкупить...

– Я эти брёвна видеть уже больше не могу, – честно признался я.

– Ну, можно было бы ещё к кожевнику податься, но только я в его работе, если честно, совсем не разбираюсь, – вздохнул Гунд. – И потом, здесь же платят.

Он ещё раз глубоко вздохнул и медленно, то и дело оглядываясь на меня, как будто бы надеялся, что я передумаю и решу присоединиться, поплёлся за уходящими лесорубами, уже почти скрывшимися за поворотом.

И я передумал.

– А в каком ремесле ты разбираешься? – догнав его, я пошёл рядом. Здоровяк немного оживился, сразу видно, что рад, когда есть с кем языком почесать.

– Я в кузнечном немного смыслю, – признался он. – Я до того, как в море податься, у нашего кузнеца больше года подмастерьем проработал. Потом, правда, выгнали. З-з... за пьянство. Но между тем, кое-что ещё помню. Как мехи качать, как за молот браться...

– А чего тогда к кузнецу не подался?

– Ну так нет его, – простодушно ответил Гунд и развёл руками. – К дочке в город на свадьбу уехал, только послезавтра вернётся. А есть уже сейчас хочется.

И откуда он здесь столько уже узнать успел? Такой болтун – это просто находка для шпиона, любые секреты без мыла разведать сможет.

– А ска... – тут я наступил босой ногой на какой-то сучок или острый камешек, скрывшийся в пыли, громко чертыхнулся и запрыгал на одной ноге. Гунд с сочувствием глядел на меня, и от этого я чувствовал себя ещё более неловко. Вот повезло же человеку, у него подошвы словно бронированные, идёт себе по грязи, по пыли – и в ус не дует. Я же, как дурак, буду ходить теперь без одного хита, пока он не восстановится.

Немного успокоившись, кое-что вспомнил и обозвал себя тупицей, совершенно напрасно пострадавшим из-за дырявой памяти – и достал из инвентаря стартовые сандали. Пусть хоть и без прибавки скорости, но подошву более-менее должны защищать.



Микаэль Шрайбер

Отредактировано: 05.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться