Нейросеть

Размер шрифта: - +

5

5

Выход из виртуальности был настолько мгновенным, что мне показалось, будто частички моей квартиры с электрическим гулом вылетели из ничего, собираясь как паззл.

Секундное торможение нервной системы, когда перестает восприниматься мир нарисованный, и подключаются органы восприятия мира реального. Со световой скоростью исчезают ощущения травяного ковра под ногами, неуловимо меняется запах зелени на гарь и вонь сигаретного дыма. Почему-то, к ним добавляются еще запахи крови и пороха.

Я осознал себя сидящим на табурете. Через ставший прозрачным щиток виртуальных очков угадывается дека на диване. Бесполый голос сообщает:

— Виртуальная сессия завершена. Внимание, на официальный почтовый ящик было направленно письмо от департамента полиции Сети зоны «О». В нем содержится просьба явиться в…

— Молчи, — шепнул я хрипло, и дека неожиданно с пониманием замолкает.

Что-то беспокоит меня. Такое чувство, будто что-то важное пропустил, словно пришел в гости, забыв выключить дома утюг. Это чувство мучительно, не дает покоя.

— Наконец-то, — произносит за спиной знакомый густой голос. — Я уже думал, что придется нам тебя вытаскивать оттуда силой.

При звуках этого голоса у меня перед глазами появляются серебряные черепа-коронки, заполненные холодным туманом глаза и антрацитовая кожа.

По спине скользнула холодная волна, несмотря на то, что сердце колотится с частотой ударов отбойного молотка. Пальцы коснулись виртуальных очков, моя спальня приобрела свой естественный цвет. И в тот момент, когда очки ложатся на разведенную клавиатуру деки, я понимаю, что пропустил.

Запах пороха. Макс! Его нет возле кровати.

В голове мгновенный взрыв возвращает меня в реальность.

Я вскочил, налетел на что-то черное, твердое и холодное. Мелькнули лупоглазые линзы на маске, фильтры противогазов. Мне в грудь ударило с мощью тарана, перед глазами взорвалось. Я ощутил, как ноги отрываются от земли, и я лечу спиной назад. В позвоночник больно ударило, пронзительно хрустнул пластик. Я обрушился на пол, отчаянно ловя ртом воздух, а сверху упал перевернутый стул и сломанная дека. Весело рассыпались по полу выбитые клавиши.

Меня скрутило на полу. Легкие горят, кажется, что уже никогда не смогу вдохнуть. Перед глазами пляшут огненные мухи, так, что я почти не вижу входящих в спальню людей в черной броне.

— Зачем ты его так? — доносится знакомый голос Вуду-Z. Несмотря на явный укор, в его словах нет и капли чувств. Безэмоциональный кусок льда.

— Сорри, шеф. Ща все исправим.

Две пары рук хватают меня за шиворот, мощно вздергивают, и моя задница усаживается на кровать. Я все еще скрученный от боли, но отбитые легкие уже стали пропускать внутрь воздух. Взгляд медленно проясняется.

Вокруг человек пять в черной глухой броне, в меня устрашающего вида автоматы. В инсектоидных линзах-масках отражается мое бледное лицо, мало чем уступающее по белизне постельному белью. Но я смотрю не в отражение, мне кажется, что на ботинках одного солдата кровь. И тогда мой взгляд смещается в сторону прихожей. Я снова начинают задыхаться.

Распластанный на полу перед выбитой дверью, Макс не шевелится. Под брюхом рыжего пса красная лужа, шерсть на спине свалявшаяся от крови вокруг ран. От сквозных выстрелов брызги крови даже на стене, там же несколько отверстий в бетоне. Глаза Макса закрыты.

Та злоба, что я искал в себе минуту назад, внезапно захлестывает с таким остервенением, что я теряю сознание. Атомная вспышка чистой, бесчеловечной ненависти выжигает разум.

Кто-то во мне рычит так, что я вскакиваю. Ближайший ко мне солдат пытается остановить, но, даже в тяжелом скафандре не выдерживает атаки и впечатывается в стену. Двое других подлетают с боков, закрывая проход в прихожую. Я бью, не видя ничего вокруг. Брызгает кровь, когда кулаки ударяют в стальную броню. Боли нет, и я не останавливаю удары. Солдаты отступают под напором, я готов рвать их на части. Только дайте мне сорвать броню, я буду грызть сволочей, тварей!

Удар, удар, удар, удар…

Ноги подламываются, когда прикладом мне бьют под колени. Даже падая, я продолжаю борьбу, на гофрированном пластике нагрудных пластин остаются кровавые канавки от моих ногтей.

Электрический разряд шокера проходит незамеченным в вихре моей ненависти, и тогда в ход вступают приклады и подкованные сталью ботинки. Пол рванулся навстречу, но боли от прикосновения я не чувствую. Только странную ритмичную дрожь, когда мое тело потрясают удары. Комната исчезает в кровавых вспышках…

 

* * *

— Простите, шеф, перестарались.

— Перестарались они…

— Шеф, вы ж сами видели, он бешеный…

— Ладно, отставить.

Лежа на полу, я смотрю на мертвого пса. Внутри все выгорело, настолько, что я даже не понимаю того, что вижу. Просто картинка лежащего в луже крови пса.

Смотрю одним глазом, второй закрылся, в разбитой глазнице я чувствую горячий ток крови. Она повсюду: из раскрошенного на части носа тоже хлещет, во рту солоно.



Николай Трой

Отредактировано: 14.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться