Неизвестные. Часть 4. Сказочная ложь

Размер шрифта: - +

Глава 1

 

За окном беззвучно пульсировали мигалки полицейских автомобилей. На кухне толкались копы, весь дом кишел ими и напоминал стандартную сцену из детективного сериала. Мы угодили в криминальную сводку новостей. Мортелль - небольшой городок, и насильственная смерть мага являлась шумным событием, достойным колонки в газете и минутного репортажа на местном канале. Будто в замедленной съемке мимо проходили люди в форме, безучастно косились на наше горе, словно для них это был заурядный рабочий день, ничем не отличающийся от других. Бездушные вспышки фотокамер разрывали мой крохотный мир на части в загустевшем пространстве кухни. Я ничего не слышала, не хотела слышать. Биение сердца гулким стуком отдавалось в висках, в ушах шумела кровь, дышать было тяжело. Как сквозь вату доносились голоса, прорывались тихие рыдания Мишель, и все вокруг двигались неспешно, будто мухи в сиропе. Сестра почти успокоилась, лишь расширенные зрачки говорили о том, что она пребывала в состоянии шока. Джош усадил ее на стул и укутал в плед. Он опустился на корточки и обнял колени Мишель, сурово поглядывая на детектива Брейнта, чиркающего что-то в блокноте. Джон задавал вопросы касательно смерти Моники и не щадил ни чьих чувств – он же, наконец-то, оказался в моем доме! Самовлюбленный мудак.

По другую сторону стола стоял Лукас. Он изучал пол в том месте, где до недавнего времени оставалось тело моей старшей сестры. Ее уже в черном мешке и на носилках погрузили в машину коронера. Так не должно быть. Это чья-то злая шутка….

Я окинула Лукаса потерянным взглядом, он почувствовал и выпрямился, посмотрел на меня. Костюм цвета мокрого асфальта безупречно сидел на его крепком стройном теле – отглаженный и чистый, будто с него только что сняли бирку. Мы встретились глазами, и лицо Лукаса вытянулось, на нем промелькнуло недоумение и сменилось грустью. Он словно мысленно обнял меня, заботливо обернул руками, но мне не было нужно его сожаление. От чувств к Лукасу, которые и прежде были скупыми, ничего не осталось, кроме неприятного осадка. Он все испортил своим недоверием, а это уже не исправить. Казалось, гаже невозможно себя чувствовать, но Лукас поджал губы с сочувствующим видом, и меня будто помоями облили. Отработанная, дежурная гримаса – наверное, перед зеркалом тренировался. Раньше он был другим – полностью изменилось выражение лица и то, как он вел себя со мной и при Брейнте…. Я мысленно хмыкнула. Его образ больше не выделялся из толпы, для меня он слился с безликой серостью полицейских, заполонивших дом. Слетелись со всего города, как стервятники на свежее мясо. Побросали обыденные дела, чтобы на эксклюзив поглазеть. И ведь они ничем не помогут! Истреплют нервы, вывернут историю нашей семьи наизнанку и изваляют в грязи, а убийца Моники так и останется безнаказанным.

Очнувшись от раздумий, я моргнула и снова увидела перед собой Лукаса. Теперь он даже хмурился иначе, смотрел с долей надменности, стальной коповский взгляд сквозил горечью и обидой. Никак не простит - да ехидны с ним. Тяжело вздохнув, он повесил соболезнующее выражение на лицо. Я отвернулась, не желая больше видеть эту до тошноты лицемерную маску, больше не верила ему. Лукас прогнулся под Брейнта после нашего разрыва, сделал свой окончательный выбор. Я тоже определилась и, как никогда хотела оказаться поближе к Бену.

Он стоял напротив окна чуть поодаль от Джоша и Мишель и пристально смотрел на меня. Лицо его оставалось сосредоточенно-пустым и красивым, но в глазах читалось сомнение. Бен боялся, что я подозреваю его и больше не подпущу к себе. Но он ошибался. Мое сердце разрывалось от почти болезненной любви к нему, и, казалось, ничто уже не пошатнет уверенность в его искренности. Я глядела на него и больше никого не замечала, а между нами будто разверзлась пропасть. Размытые лица копов - белый шум, медленный ветер, обтекающий нас, как горная река камни. Бен был совсем близко, в паре метров, но я не могла дотянуться до него, стояла и смотрела, не в силах оторваться. Сердце пустилось вскачь, подталкивая, подойди и прижаться к нему.

Память - коварная штука. Стоило подумать о Бене, как на коже возникло ощущение его прикосновений, окутало ароматом кожи. Сейчас не время... Я шагнула к нему, переступила холодную туманную пропасть и протянула руки. Он принял их и положил себе на плечи. Его ладони оказались на моей спине и прижали к груди, заставили почувствовать твердость тела и мерный пульс. Больше он не казался безразличным и спокойным, на меня хлынули его мысли, и в голове загремела сила. Как это могло произойти?! Кто посмел нанести подлый удар и омрачить нашу жизнь?!

Я согревалась в его объятиях, тая от ощущения любимых рук. Никто не заставит меня поверить в то, что Бен мог совершить это убийство! Никто не убедит в том, что среди дорогих мне людей предатель, хотя все говорило об обратном. Я не хотела верить, но уголком сознания понимала - правда окажется жестокой.

Бен прижался щекой к моему виску, уткнулся носом в волосы. Я прильнула к нему и закрыла глаза, стараясь не думать о том, что вокруг десятка два копов обнюхивают каждый дюйм дома. Стояла и словно проваливалась в сон, положив голову Бену на плечо. За окном неспешно сыпались пушистые хлопья снега, улица выглядела безлюдной и нереальной, как и все происходящее. Природа замерла, почуяв беду, сочувствуя нашему горю. А снег все падал и падал…. Ему некуда спешить, но я хотела бы остановить время.

Сзади почудилось движение, я отстранилась от Бена, чтобы обернуться, и иллюзия рассыпалась. Звуки накатили внезапной оглушительной волной, едва не сбив с ног. Я очнулась и завертела головой, посмотрела на Бена. Он все так же стоял у окна и смотрел, между нами было несколько метров. Мне все привиделось! Прерывисто вздохнув, я нехотя повернулась. Меня сверлил взглядом детектив Брейнт, и пришлось взять себя в руки, чтобы устоять перед ним и не выглядеть подавленной. Темно-серый строгий костюм с отсрочкой, сдержанный и практичный – выдают их им что ли?! - голубая рубашка и галстук в сине-белых цветах с геометрическим рисунком. Серые глаза светились, подчеркнутые цветом одежды, отчего казались еще более холодными, безразличными. Мерзкий тип, обладающий на редкость правильной, до безобразия нейтральной внешностью. Отточенная вежливость, а под ней - параноидальная нетерпимость магов и всего, что с ними связанно. Гипертрофированное чувство собственного превосходства над нами. Кусок дерьма в дорогом костюме и с манией величия.



Katrina Sdoun

Отредактировано: 07.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться