Некрасавица и Нечудовище

Размер шрифта: - +

Часть 10.

Утром я ожидала головной боли, спутанных мыслей и эмоционального разлада. Этого не было. Было ясность и чёткое осознание всего, что произошло вчера. Я была напугана своей симпатией к нему и тем, что возможно я нравлюсь ему тоже. Я позорно сбежала. Хотя возможно это было правильно… Там под воздействием собственных эмоций я бы не смогла все обдумать и прийти к этому осознанию, что я хотела бы услышать признание и предложение от Армана. Если я ему нравлюсь, пусть обозначит свои намерения. Если нет, то и говорить тут не о чём. Мне он может сколько угодно нравится или не нравится, пока он не сделает этот шаг, мои излишние эмоциональные всплески и переживания только напустят тумана и собьют обоих с толку.

Также я ожидала, что тётушка будет снова сердита после нашей вчерашней ссоры, однако она весело шутила обо всем на свете и даже, обняв меня, извинилась за вчерашние слова. Я была весьма обрадована этим. Настроение стремительно улучшалось, ведь меня ужасно расстраивала ссора с моей любимой тётушкой Лорейн. Мне совершенно не хотелось слышать от неё обидные и неприятные слова, и говорить ей их тоже.

После обеда, когда я, устроившись в гостиной, в кресле читала очередную книгу, изредка глядя в окно, раздался стук в дверь. Тётушка прокричала из кухни, чтобы дверь открыла я, так как у неё руки в муке. Отложив книгу на кофейный столик на резных ножках, я оправила невидимые складки на платье и подошла к двери. Там оказался Мэни, в руках его были цветы, букет полевых цветов. Букет, как и он сам, был мокрым, но очень красивым. Сердце сжало тоской и жалостью к нему… как ему сказать?

- Добрый день, Эйни. Это тебе. - Он, ёжась на пороге, протянул мне букет. Я с улыбкой приняла его, хотя это и намочило и платье, и манжеты на рукавах. А я этого ужасно не любила… Это было неприятно. - Я давно не видел тебя. Все в порядке? Как ты себя чувствуешь?

- Все в порядке. Спасибо за цветы. Ты хотел что-то ещё?

- Нет, я просто… проходил мимо и решил тебе занести их.

Он снова улыбнулся мне, переминаясь с ноги на ногу. Он сунул покрасневшие руки в карманы, и в этот момент я поняла, как же он нелеп сейчас. Мнится на пороге, этот костюм, снятый со старшего брата, отросшие волосы, давно не бывавшие у цирюльника, слишком длинные штаны и вообще весь он стал в моих глазах в один момент таким несуразными и непонятным, что я даже вздрогнула. В этот момент я поняла, что ни за что не готова стать его женой, даже если он будет обожать меня, целовать мне ноги и землю, по которой я хожу. Нет. Это будет не муж, а истинное страдание для меня и да, я возненавижу его лютой ненавистью. Буду ненавидеть на всех светских приёмах, когда он будет также не уверен и нелеп, даже в костюме с иголочки, когда он будет ворчать на франтов, когда будет вот также заискивающе улыбаться мне снова. Эти мысли придали мне решительности.

- Мэни, - я постаралась произнести его имя очень решительно, но очень мягко. -  Я обдумала твоё предложение и готова дать тебе ответ.

Он замер, как кролик перед удавом, словно его заморозили, и уставился мне прямо в глаза.

- Прости, я не могу согласиться стать твоей женой. Я не подхожу тебе.

Мни закрыл глаза и выдохнул.

- Вот как…

- Прости.

- Нет, все в порядке… - Он развернулся и, даже не попрощавшись, побрёл по дороге, пиная камушки и сутулясь. Внутри меня было жалко его, но я поступила правильно. Я знала это. Я чувствовала. Я не смогла бы его вынести в качестве мужа, и в качестве отца своих детей тоже. Я поморщилась, проводив его взглядом и прикрыла дверь. Нет… лечь с ним в постель? Нет-нет-нет.

А с Арманом?

Я остановилась у зеркала и снова спросила у себя это мысленно? А с Арманом? Я примерила этот образ на него и прислушалась к своим чувствам. Не было отторжения. Было беспокойство, любопытство и испуг от незнания, что там вообще будет, но эта мысль мне даже была приятна. Я улыбнулась своему отражению. О да, Эйни, о да… Если ты уж кого-то выбрала, то явно не отвяжешься от этого в своей голове. Я прошла дальше по коридору и поставила на кухне в вазочку букет цветов. А затем, наконец-то, вытерла руки.

Интересно, а Арман вообще может быть отцом? Или то, что у него такая особенность, не даёт ему способность размножаться?

 Я потрясла головой, отгоняя подобные мысли.

- Кто это был?

- Мэни.

- Это его букетик?

- Ага, - я снова оглядела этот невзрачный подарок. Мне было приятно, конечно, но корзина с белыми цветами мне нравилось куда больше.

- Что-то в этот раз скромно, а?

Тётушка Лорейн отбросила косу на спину и, смазав руки мукой, продолжила месить тесто на большом столе.

- В каком смысле?

- Ну тогда вон какая корзина была, пришлось по всему дому её в вазы расставлять, ещё соседке отдала, порадовала её…

Соврать или сказать правду? А вдруг она снова обидится… не стану.

- Ммм, да…

Я покосилась на одну из тех самых ваз, что держали в себе часть белых цветов. Я подошла к ней, медленно огладила нежные и мягкие лепестки. Его руки… он так держал мои пальцы, перебирал их.



Ритуля Довженко

Отредактировано: 18.11.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться