Некромант, козел и я

38.

- Попытайтесь, - провозгласил декан таким голосом, будто я его предала, а сейчас слезно вымаливала прощение.

Я выступила вперед, голова моя была опущена, будто мне было ужасно стыдно от всей этой ситуации. Я мяла в руках край мантии, стараясь не смотреть в глаза декана Атакора.

- Понимаете, - не смело начала я, делая паузу, точно не могла подобрать верных слов. – Когда мы с вами вчера расстались, после оранжереи. Я сразу же пошла обратно, в блок…

Произнеся это, я почувствовала, как декан слегка напрягся. Еще бы, ведь я только что призналась в том, что мы вчера были вместе, поздней ночью. И только одной темной богине известно, чем мы так занимались, а тут был не только Бенхар, но и Демиан. Декановское кресло вновь скрипнуло. Мужчина поставил локти на стол и скрепил пальцы в замок, всем своим видом давая понять, что не упустит ни одной детали из моего рассказа.

Ну а я не стала заставлять любопытных светлых ждать. Вывалила на них все. Как было нужно. С чувством. Страхом. Непониманием того, что произошло. Мне нужно было разжалобить их. Убедить светлых в том, что мы не опасны. Я заставила себя вспомнить самые ужасные моменты, чтобы все выглядело как можно правдоподобнее.

Легенда моя была проста. Она была правдива. Но разве что приукрашена моими всхлипами да вздохами, которые заставили бедного тонкочувствующего мужчинку, в лице декана Элиаса Атакора, подняться с кресла и подойти ко мне. Чтобы обнять.

Соседушка тоже выглядел весьма обеспокоенным. Но в глубине его взгляда явственно читалась угроза. Стоит декану и Демиану отвернуться, как Бенхар кинется меня душить. Хотя... для Майкла, думаю, что это нормальное состояние. Для нас с ним это было вполне себе нормально. Ну, по крайней мере, было до того, как мы двое попали… сюда…

Я вновь всхлипнула, приникнув к несчастному доверчивому декану, и прошептала в его рубашку тихое:

- Это было ужасно. Призраки. Они были повсюду. А... те люди в мантиях... они...

Перед глазами вспыхнула яркая картина той ночи. Духи, что цеплялись за ноги когтистыми лапами. Сырая трава. Пронзительный холод. И страх, что если призраки решила надо мной подшутить и скинуть прямо на голову светлым магам. Если еще и не на костер. И лицо той девушки, привязанной к костру.

Все внутри сковало от осознания своей беспомощности. Дочери темной богини, демоницы, говорят они. Безграничный магический резерв. Хитрый ум и упрямство. Но на деле... Нас перестали истреблять только потому, что поняли, как нас можно использовать. Никто в этом мире нам не помощник. Только мы сами. Как было раньше. Как будет всегда. Мы должны заботиться о друг друге...

Я стиснула зубы на мгновение. Твержу про ковен. Про верность. А сама... бросила всех, уехала в университет. Увидела, как на моих глазах умерла одна из сестер и ничего существенного еще не приняла. Прошло уже столько времени. Я лишь отправила эту дурацкую птицу, которую перехватили.

Слезы обожгли глаза. Только выступив, они впитывались в рубашку Атакора. Тот понимающе гладил меня по голове, не перебивая, давая мне высказаться. Или у него были другие причины, чтобы молчать.

В любом случает. Нет ничего лучше, чем сказать правду. Даже если Атакор причастен к сожжению ведьмы. То он не сможет убить нас до ритуала. А до него мы сумеем что-нибудь придумать. А если не причастен, во что я очень хотела верить, то он сам лично вызовет мою мамочку и гвардию сюда, чтобы разобраться во всем этом... деле.

В общем, на глазах у всех Лисандра Луиза Аншей превращалась в обычную тряпку, которой вытирают пол. Нет, меня действительно, напугала вся эта ситуация с духами. Но я бы никогда не позволила себе жаловаться и рассказывать, как мне страшно. Самое противное, что я ничего не скрывала, но при этом пыталась солгать. Не декану, но Майклу. Хоть я и миллион раз на дню говорила себе, что мнение Майка не имеют значения. Но...

Все же, я некромантка, а эта профессия далеко не для слабонервных. И если ты не умеешь держать себя в руках или начинаешь рыдать при виде злого духа, то ты фиговый некромант и тебе лучше уйти и не занимать чье-то место. Мама, Мелисса, бабушка все как одна твердили, что мне нечего делать там. Мое место... Но я не слушала. Не поддавалась никому. Ни семье. Ни парням, моим одногруппникам. Не преподам. Я верила, что могу быть той, кем захочу. Хотела доказать не только себе, но и всем вокруг, что даже если на мне весит клеймо ведьмы, то это не значит, что быть ведьмой моя судьба... Однако сейчас я сомневалась в правильности своих убеждений. И вообще, во всем том, что казалось, было для меня важно.

Но вот сейчас я стою, распинаясь пред Атакором, рыдаю... как обычная слабачка. Я опустила взгляд, чувствуя, как с ресниц сорвалась капля слез. Пусть это и было правдой. Все, что я сейчас описывала, но это было нужно нам для дела. Ведь не зарыдай я, Элиас Атакор вряд ли бы проникся историей. Так что, неважно, Лисси, неважно. Слезы сейчас спасают не только тебя, но и Майкла. А ради этого можно и показать свою слабость.

Я снова уткнулась лицом в широкую, твердую грудь декана и громко всхлипнула. Сейчас я сама себе напомнила Милиссу и ее короля. Сестра чуть, что прячется за него, точно он стенка. Без него и шагу ступить не может. Но... меня передернуло. Я плотно сжала губы, отгоняя все эти мерзкие ощущения. Ведь в объятиях Атакора было комфортно. Казалось, что он меня защитит. Разберется со всем этим ужасом. И будет обнимать меня до тех пор, пока я не забуду о той кошмарной ночи.

Так. Это просто дурацкие чувства. Дала немного слабины и пожалуйста. Они повылезали из всех щелей. Благо, хоть рассудок вернулся быстро.

Я постояла еще немного рядом с деканом. Он гладил меня по спине, успокаивая. Затем приказал Демиану принести мне чая с ромашкой и строго обратился к Майклу:

- Почему вы ко мне не пришли?

- Мы вам не доверяем, - ответил без капли сомнения соседушка, отчего я чуть не поперхнулась. – Ваши маги сожгли ведьму, а не наши. Мы не могли с уверенностью сказать, что вы к этому не причастны. Простите, но, увы, это правда, - добавил Майкл столь же ровным и бесстрастным голосом. Готова поклясться, что мой соседушка встал в свою угрожающую позу. Ноги на ширине плеч, а руки скрестил на груди и смотрит так, ледяным взглядом. Представила и жутко стало. Он встает в нее, когда очень зол или пытается очень сильно кому-то что-то доказать. Сейчас, наверное, Бенхар на меня злиться. Договорились же никому ничего не рассказывать. А я...



Анна Фейн

Отредактировано: 13.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться