Непослушный

Глава 6

   Егор.

   - Какого лешего ты опять меня позоришь?! - яростно зарычал отец, как только вошёл на кухню.

   Из динамиков тихо играла музыка, пока я сидел за барной стойкой и собирался ужинать пиццей, заказанной на дом, потому что моя мать не умела готовить. Она считала, что истинной леди заниматься домашними делами не обязательно, а её стервы-подружки вообще говорили, что это позорно. Поэтому, чтобы не заморачиваться, я заказал доставку и уже предвкушал, как буду жевать кусок теста с двойной порцией мяса и сглотнул, но предположил, что отужинать мне удастся ой как не скоро.

   - Что ты имеешь в виду? - безразлично поинтересовался я, чудом оторвав глаза от своей прелести.

   - То есть, это не единственное, о чём я должен волноваться, - отец обогнул меня и достал из нижнего шкафа открытую бутылку коньяка, затем снял с подставки прозрачный стакан и со звоном поставил его на стол. Открутив крышку, он плеснул себе жидкости и быстро опрокинул в себя, а потом продолжил, - С каких это пор ты, дорогой сынок, стал язычником? - обращение он саркастически выделил, чтобы мне, наверное, стало стыдно, но вопреки его замыслам, я развеселился.

   Да, самым моим любимым приколом оказался этот, ведь для него я нехило постарался. Чего стоило уговорить на этот спектакль столько людей, ничем при этом не пожертвовав. Я чёртов гений манипуляции.

   - А что, ты против моей религии? - весело поинтересовался я, - Как же так?

   - Прекрати паясничать! - рявкнул отец, сбрасывая с плеч пиджак, а затем ослабил галстук на шее, и добавил уже тише, - Какого чёрта?

   - Да ладно, я ведь просто пошутил, - примирительно взглянул на него я, - Кто-то сегодня не в духе?

   Отец редко бывал таким злым и обычно реагировал на мои выходки нормально, а иногда даже посмеивался. Поэтому, сегодня я решил больше не шутить, чтобы не провоцировать папу на новый конфликт.

   - Инвесторы-суки выбесили, - выпалил батя, потянувшись к моей пицце, - Ты мне зубы не заговаривай, а отвечай, что это такое было? - по голосу было слышно, что он уже почти остыл, но отец сделал вид, будто это совсем не так.

   Я тоже оторвал себе кусок и, наблюдая, с каким удовольствием папа пережёвывает «пищу богов», откусил там, где побольше мяса.

   - Да новая училка просто прикопалась, вот я и решил её пранкануть, - наконец ответил я, - Сама - сопля зелёная, меня учить вздумала.

   Ещё и нажаловалась, зараза!

   - Доиграешься, Егор, - он поднял укоризненный взгляд, - Ты смотри маленьких пранкеров мне не наделай раньше времени.

   - Батя, - хмыкнул я и поднял голову, а как только наши взгляды схлестнулись, мы оба весело рассмеялись.

  Отец всегда говорил, что я слишком на него похож, а поэтому должен хоть немного себя контролировать. И я поумерил свой пыл к выпускному классу, да вот только новая училка спровоцировала, так что я не мог оставаться в стороне.

   Мы оба молча ели, с одинаковым удовольствием смакуя каждый кусок, и я усмехнулся, ведь отец обычно ест в ресторане, а фастфуд при мне никогда не ел.

   - А что за учительница? Какой предмет она ведёт? - вдруг поинтересовался папа.

   - Пфихология, - ответил я, толком не прожевав пиццу, и услышал приглушенный смешок с другого конца стойки.

***

   Андрей Юрьевич, посидев какое-то время с сыном на кухне, отправился в свой кабинет и долго размышлял над тем, как бы преподать сыну урок.

   Он был умным, обладал великолепной памятью, и именно в этом была его проблема. Егору часто бывало скучно на уроках, ведь всё, что им рассказывали, он уже знал - его трудно было чем-то удивить. Учителя вечно потакали ему, вместо того, чтобы воспитывать, и Лизавенко-старший убедительно попросил директора докладывать ему обо всех, даже незначительных, промахах сына. Именно поэтому новая учительница, которая не стала молчать и нажаловалась на Егора директору, обрела уважение от Андрея Юрьевича ещё до знакомства. Подхалимство и особое отношение он не любил и даже презирал.

   На следующее утро Андрей Юрьевич отложил встречу с заказчиками и лично отправился в школу, чтобы встретиться с классным руководителем сына и узнать от неё про новую учительницу.

   - Ой, а она что-то натворила? - вытаращила глаза Тамара Дмитриевна.

   - Нет, я к ней по другому вопросу. Так что, не могли бы вы дать мне её контакты? Ну, или хотя бы имя, чтобы я сам нашёл её.

   - А она как раз сейчас в учительской, давайте я вас провожу, Андрей Юрьевич, - заискивающее выражение лица женщины его раздражало.

   - Не нужно, я помню куда идти. Спасибо, - ещё минута разговора с этой подхалимкой - нет уж, извольте.

    Зайдя в небольшую комнатку, в которую втиснули не меньше десятка письменных столов, он увидел лишь одну девушку, одиноко сидящую в самом углу, возле окна.

   - Здравствуйте, мне нужна Акулина Дмитриевна. Это вы?

   - Ээ, да это я, - немного неуверенно ответила девушка, затем опомнилась и добавила, - Здравствуйте.

   - Меня зовут Андрей Юрьевич, я отец Егора Лизавенко, - мужчина прошёл дальше, а в голове Лины крутилась мысль о том, что ей трындец, ведь мажорчик всё-таки нажаловался папочке.

   - Что вы хотели? - учительница оторвалась от своих дел и немного стушевалась, когда Андрей Юрьевич назвал имя сына. От него это не ускользнуло, но девушка встала и смело на него взглянула, заработав себе «плюсик» в его глазах - таких же как у Егора. Карие глаза со смешинками молодой человек унаследовал от отца - такого же нетерпеливого, взбалмошного и любящего посмеяться, человека. Мстительностью, кстати, тот тоже пошёл в него.

   - У меня к вам деловое предложение, - заинтриговал Акулину отец Егора, - Я хочу, чтобы вы стали репетитором моего сына.