Неприкаянные

Глава 1

Пробуждение было тяжелым. Похмелье. Я с трудом приподнялся и сел на край кровати, нащупывая на полу тапочки, которых не было. Но, как оказалось, они и не требовались – я уже был обут в грязные туфли с подранными носами. Я встал, пошатываясь подошел к окну. Распахнул шторы. Комнату залило ярким солнечным светом. Я обернулся и начал пристально изучать окружающее меня пространство.

Одним словом — бомжатник. Вдоль левой стены от двери стояла кровать, по которой я сразу определил, что нахожусь где-то на территории бывшего СССР. Это была обычная односпальная железная кровать с металлической сеткой. Такие в основном встречаются в общежитиях, больницах и казармах. На сетке лежал видавший виды матрас. Ни подушки, ни постельного белья не было.

Рядом с кроватью, ближе к окну, стоял старый шкаф. Одна дверца была сорвана с петель и стояла просто прислоненной. Напротив — письменный стол, на котором лежала засаленная газета с остатками какой-то еды, нож-бабочка и переполненная окурками пепельница. Увидев ее, я механически пощупал себя по карманам. Есть. Из нагрудного кармана рубашки извлек смятую пачку с единственной сигаретой и спички. Закурив, я бросил пачку и потухшую спичку на пол к груде пустых бутылок и пошел в туалет. Санузел был совмещенный. Справив малую нужду, я бросил недокуренную сигарету в унитаз и нажал смыв. Бычок закружился в водовороте, но выдержал и остался на плаву. Я глянул в зеркало и подмигнул своему отражению: «Ну что, привет, Валера».

Память начала потихоньку возвращаться ко мне. Валерий Антонов. 42 года. Урожденный москвич. В разводе. Дети – две девочки, которых уже не видел года три. Считает, что младшая дочь не от него. Беспробудный пьяница. Эх, люди, люди – у вас же одна короткая жизнь. Зачем же вы, в большинстве своем, так нелепо ее проживаете.

Из прихожей донесся бой часов. Полдень. Ого, с кукушкой! Как ты, Валера, только еще их не пропил? Ну конечно, еще просто не успел.

Память услужливо подсказала, что часы Валере достались только вчера. В поисках макулатуры и стеклянной тары он шарился в мусорных баках, на дне одного из которых и лежали эти часы. Конечно, они были сломаны, но Валера, в прошлой жизни инженер с высшим образованием, одно время работавший часовщиком, сразу понял, что перед ним настоящий клад. Он аккуратно уложил их в старый армейский вещмешок, без которого никогда не выходил из дома, и погрузил его за спину.

Внешне они были в неплохом состоянии — деревянные часы, производство Германия, середина прошлого века. «Какая удача, отремонтирую — будут как новенькие. В ломбарде не меньше чем за 10 штук возьмут», — примерно так размышлял Валера по пути в приемный пункт, волоча за собой нагруженную собранным вторсырьем тележку.

На вырученные деньги он купил две бутылки самого дешевого портвейна, пачку сигарет без фильтра и плавленый сырок. По пути забежал в аптеку и на оставшуюся с магазина сдачу приобрел пузырек боярышника. «На утро будет, подлечиться», — пребывая в наилучшем расположении духа, думал он.

Придя домой, Валера выпил стакан вина и, не закусывая, принялся за работу. Часа через три изрядно захмелевший мужчина откинулся на спинку стула и радостно заулыбался. Тишину квартиры разорвал задорный крик кукушки.

Валера встал из-за стола, взял часы и повесил их на гвоздик в прихожей, где когда-то висели столетние французские часы марки LeRoi с боем, доставшиеся ему от бабушки. Он до сих пор переживал их утерю. Нет, Валера не пропил их. Как ему казалось, он скорее бы почку продал, чем те часы. Их вынес кто-то из случайных собутыльников, с которыми он заливал горе в первый месяц после развода. Именно после пропажи бабушкиных часов Валера перестал пускать в дом посторонних, хотя выносить у него из дома было уже нечего. Пил он чаще всего в одиночестве, но, когда удавалось разжиться на более-менее крупную сумму денег, всегда проставлялся мужикам со двора, чтобы в неудачные дни иметь возможность примазаться к их компании.

Подтянув за цепочку гирю часов до верха, Валера завел механизм, еще секунду полюбовался и прошел обратно в комнату. Взяв со стола бутылку с остатками портвейна, мужчина залпом выпил все содержимое и кулем, как был, в одежде и обуви, свалился на кровать. Засыпая, Валера представлял, как он завтра будет тратить вырученные за часы деньги на качественную выпивку, вкус которой был уже позабыт. Но грезам Валеры не суждено было сбыться. Потому что в его теле назавтра проснулся Я.

Кто я? Я — это я. У меня нет имени, и никогда его не было. Я не знаю, когда я родился, и не знаю,гг могу ли умереть. На протяжении многих тысячелетий каждый новый день я просыпаюсь в новом теле — носителе. Я помню все, что помнит о себе и своей жизни человек, в которого я вселился, и управляю его телом до тех пор, пока не усну, потеряю сознание или не умру. Как только тело переходит в бессознательное состояние, для меня наступает следующий день.

Сегодня я индеец племени пенобскоты из штата Мэн на северо—востоке США, завтра я депутат государственной думы Российской Федерации. Я не знаю, почему я попадаю именно в того или иного человека. В этом нет никакой закономерности. Я могу несколько дней прожить в разных людях в одном небольшом поселке, а могу столетия не попадать в один и тот же крупный город.

Одно я знаю точно: я никогда не попадал в одного и того же носителя дважды. У меня нет пола, я живу как в женщинах, так и в мужчинах, в соотношении примерно 1 к 5. Редко, но бываю и в детях. Носители назавтра помнят, что они делали, но они не знают, что ими управлял я. Многие подвиги ничем не примечательных людей были совершены именно мною.

Я постоянно нахожусь в поиске развлечений. Мне скучно жить. Существует такое понятие — экзорцизм, процедура изгнания бесов. Так вот, бесов не бывает. Бываю я. И меня не изгнать смешными обрядами — нужно просто вырубить носителя, отключить ему сознание, и наутро он снова проснется самим собой.