Неприкаянные

Глава 6

Любой человек, проснувшийся в незнакомом месте, испытывает огромный стресс. Организм моментально просыпается. В кровь выплескивается мощная доза адреналина. Мозг охватывает кратковременная паника. Он спешно анализирует информацию, поступающую от органов чувств. Увиденное, услышанное, унюханное, ощущенное осязанием за доли секунды складывается в общую картину. Человек вспоминает, где находится и как он сюда попал. Чувство тревоги и страха постепенно рассасывается.

У мужчины, который сидел за кухонным столом и задумчиво смотрел в пустоту, утро началось с такого вот стресса. Он проснулся сегодня в собственном доме, но это место не было ему знакомо. Потому, что в его теле — теле Пола Адамса, фермера из штата Орегон, сегодня очнулся тот, кто последние двадцать лет называл себя Новиков Анатолий. Вид у него был встревоженный. На столе перед мужчиной стояла тарелка, на которой лежала аппетитно выглядящая жареная нога индейки. Она так вкусно пахла, что Толик невольно сглотнул слюну. Затем, вооружившись ножом и вилкой, он отрезал кусочек сочного нежного мяса и отправил его в рот. На вкус оно было еще более восхитительно, чем на вид. Позавтракав, мужчина прошел в свой кабинет и удобно расположившись в большом зеленом кожаном кресле, закурил трубку.

На столе зазвонил телефон, но Толик не спешил брать трубку – на сегодня все рабочие дела Адамса отменяются: Новикову нужно было решить свои.

Толик прокручивал в голове каждое мгновение вчерашнего дня. Он следил за Валерием Антоновым, которого планировал убить, с того самого момента как тот с часами под мышкой вышел из дома. То, что тот сам пришел на кладбище и остался там после его закрытия он посчитал провидением свыше. Это место идеально подходило для ликвидации цели. Толик зашел в сторожку охранника, вырубил и связал его. Затем переодевшись в его форму выпроводил с территории кладбища всех посетителей кроме Антонова и закрыл ворота.

Вот подошел к Валере. Вот завязался откровенный разговор – он рассказал свою жизнь как на исповеди. Все шло гладко. Толик встал и как только собрался одним ударом убить свою жертву, он вдруг... умер. Отчего мог умереть здоровый сорокапятилетний организм, который за всю свою жизнь даже простудой не болел? Ответ напрашивался только один – его убили. Но как? Толик был уверен – Антонов на кладбище был один. Со спины к нему бесшумно не мог подойти никто – сзади него была огромная чугунная кинолента – памятник Пуговкину.

Поразмыслив еще немного и не найдя ответа, Толик включил компьютер, стоявший на столе.

Пол Адамс только недавно стал фермером, до этого он сорок лет своей жизни посвятил гражданскому и ВМФ США. Он ушел на пенсию в чине адмирала. Но еще с тех пор, когда Пол был простым матросом на гражданском судне, у него сложилась традиция — вечером, исключительно перед сном, выкуривать одну трубку. Этот процесс быстро стал для него священным ритуалом. Правило «одна трубка в день, перед сном» не нарушалось уже почти полвека. Толик пренебрег этим.

Пока загружалась операционная система, он набил вторую трубку, трамбуя табак большим пальцем, и неспешно ее раскурил. Пол был из тех людей, кто считает, что курение трубки не в затяг практически безвредно, поэтому Толик, с удовольствием вдыхающий густой ароматный дым, в этот момент совершал настоящее преступление против своего носителя.

Он сел за компьютер и начал поиск нужной информации. На одном из новостных московских сайтов он нашел заметку о том, что вчера ночью на Ваганьковском кладбище из пистолета ТТ был застрелен охранник. Толик глубоко затянулся и мастерски выпустил три ровненьких кольца дыма в сторону экрана монитора. Эта заметка подтвердила его опасения.

Кому-то стало известно о его плане, и этот кто-то решил ему помешать. Но кому? Толик долгое время вел дневники-мемуары, которые на одно время попали в чужие руки. Ему удалось их вернуть и до этого момента он был уверен в том, что никто никогда его записи не читал. Они были выполнены с использованием словам, взятых из разных языков мира, которые уже тысячелетия не используются людьми. Но то, что с ним произошло не могло быть случайностью. Было похоже на то, что его записи были скопированы и расшифрованы. А что если и та заметка в газете, которая подтолкнула его к убийству Антонова была фейковая?

Анализируя произошедшее, становилось понятно, что Валера не просто поверил во все то, что Толик ему рассказывал, а он знал это изначально. Значит, его таинственный противник откуда-то знает и про его бессмертную, скитающуюся из тела в тело душу. Он не мог не восхититься профессионализмом Валеры. Тот выглядел как настоящий алкоголик бомж — трясущиеся руки, воспаленные глаза. Интересно, сколько дней он готовился, вживался в роль.

Но ведь были детали, которые должны были, но не вызвали подозрений у Толика: одежда у бомжа была дряхлая и старая, но чистая. Даже волосы были помыты. И дорогой коньяк. Откуда у бомжа дорогой коньяк? Видно, убийца берег здоровье и не решился пить паленку с простого магазина. Сейчас все казалось таким очевидным.

Подумав про коньяк, Толику захотелось выпить. А ну-ка, Пол, сейчас мы распотрошим твои запасы. Он подошел к бару-глобусу, стоящему в углу кабинета, и начал изучать его содержимое. Выбор пал на еще не початую бутылку кубинского рома. Это был подарок высокопоставленного чиновника, и Пол Адамс вряд ли когда-нибудь сам попробовал бы этот ром, ему эта бутылка была важна скорее как память.

— Хорош зараза! — от крепкого обжигающего горло напитка у Толика перехватило дыхание. Он налил в стакан еще немного рома и вернулся за стол. Напиваться сейчас было нельзя – на кону стояла Смерть, и Толик намеревался за нее бороться всеми силами.

Скитания Толика длились уже целую вечность. Он не врал, когда говорил, что существовал еще в те времена, когда жили динозавры, и прекрасно помнил, как они выглядели. Тогда на Земле действительно жила раса людей, о которых в современном мире ничего не известно. Они не были какой-то высшей расой, они были другие. Толик, даже если бы и хотел, не смог бы их описать: сегодня у людей нет просто таких слов, понятий и ощущений. Они были другими, но все же людьми.