Несказочные сказки, или Прощай иллюзии

Размер шрифта: - +

Глава 4.

Наутро у меня безумно болела голова. Я с трудом открыла глаза, восстановила ориентацию в пространстве, и, держась за стены, направилась на кухню. Казалось, дятел перепутал мою макушку с деревом, и долбил ее почем зря. Я растопила печь и присела на стул, массируя виски. За этим занятием меня и застала хозяйка.

 - Чего это ты тут сидишь? – шмыгая красным носом, осведомилась она.

- И вам здравствуйте, - морщась от нестерпимой боли, процедила я. С Вирой у нас были странные отношения – убирала в доме я, но переговаривались мы всегда на равных. По-моему, хозяйке это даже доставляло удовольствие. – Голова болит, вот и сижу.

- Понимаю, понимаю, - покивала хозяйка, прошлась по кухне и заглянула в пустую печь. – Сама тем же страдала, пока рассольчика не хлебнула. Что готовить будешь.

- Кашу, - буркнула я. – Хотелось бы блинов, но не представляю, как их в печи можно готовить.

Вира как будто меня не слышала, задумчиво кивала и улыбалась каким-то своим мыслям. Я насторожилась.

- Вы куда-то собрались?                

- Что? – встрепенулась хозяйка. – А, нет… А как ты поняла?

- Так вы трезвая, - честно ответила я. – И платье новое надели, хотя еще вчера я с трудом смогла вас заставить грязную одежду снять. Никак к мужчине идете?

- Какому мужчине? – Вира волновалась, но по вмиг заалевшим щекам я поняла, что попала в точку. – Я же замужем.

- А он женат?

- Нет, - хозяйка вздохнула, поняв, что выдала себя и шепотом сообщила: - Это священник.

- Да ладно, - ахнула я, на секунду забыв о головной боли. – А ему разве не положено в строгости себя держать и на женщин не смотреть?

- Положено, не положено, - разозлилась Вира. – А мне почем знать, что там ему разрешено – позвал рано утром за поле,  я и иду.

- Не обижайтесь, - развеселилась я. – Настраивайтесь на свидание – вон у вас какая романтика: на рассвете, за полем! – не выдержав, я расхохоталась. – Почему не в церкви?

-Ишь какая! – смущенная Вира шутливо хлестнула меня кухонным полотенцем. – В церковь зайти кто может!

- Так дело только в этом?!

Успокоившись, я спросила:

- Если муж ваш спросит, что сказать, куда ушли?

- Не спросит, - отмахнулась хозяйка. – Я его в последний раз интересовала аккурат за девять месяцев до рождения сына, а это без малого пять лет назад.

Я покачала головой.

- Вас не интересует, где проводит время ваш муж, его не интересует, чем занимаетесь вы – есть ли смысл жить вместе?

Вира посмотрела на меня, как на умалишенную.

- Интересно, а куда я, по-твоему, должна идти?

- Ну почему сразу вы? – я очень остро ощутила разницу в наших с Вирой взглядах. Поклонницей феминизма никогда себя не считала, но сейчас вдруг ощутила острую нехватку его в этом мире. – Пусть уйдет ваш муж. Ночует же он где-то? Вот пусть и останется у одной из любовниц навсегда.

- Ерунду говоришь, - отмахнулась хозяйка. – Вот он меня выгнать может – если со священником поймает, а я ему ничего не сделаю, пусть даже вся деревня во главе с этим же священником от него понесет.

- Но это нечестно!

- Честно-нечестно… Рассуждения у тебя какие-то странные. Пойду я.

- Идите, - кивнула я. – А зачем вообще заходили?

- Что-то сказать хотела, но забыла, - покаялась Вира. – Отвлекла ты меня.

Проводив хозяйку, я приготовила кашу и накрыла на стол. Хозяйский сын – Дерек, как всегда, быстро поел и убежал на улицу, захватив за собой кусок хлеба, завернутый в тряпку. До вечера теперь не придет. Первое время я переживала из-за того, что ребенок ходит целый день голодный, и помимо хлеба, заворачивала в тряпочку настоящие мини-обеды. Да что там, я даже деревянный контейнер почти изготовила, но новшества мои не прижились – Дерек неизменно приносил все вкусности домой, на улице съедая только хлеб.

Хилда ничего не ела: с тоской смотрела на кашу, но любая попытка засунуть ложку в рот, заканчивалась приступом тошноты. Я с жалостью взирала на это безобразие и, наконец, не выдержав, подсела к ней.

- Повитуха не даст тебе средство – ее попросила жена старосты.

Хилда криво усмехнулась и взглянула на меня глазами, в которых не было и намека на жизнь. Я даже вздрогнула.

- Я знаю. Да и поздно уже.

- Что будет, если ты родишь? Я просто вижу, как ты мучаешься – может быть, стоит признаться родителям? Не убьют же они тебя, в самом-то деле.

- Отец выгонит меня из дома, - покачала головой девушка, и сжала в кулак полупрозрачную ладонь. За то время, что я находилась в этом мире, она похудела чуть ли не в два раза. – Он совершенно не был рад дочери, но надеялся выдать меня замуж, и забыть о моем существовании, а теперь… - Хилда обвела рукой живот. – Теперь помимо меня ему придется содержать и моего ребенка. Как ты думаешь, отец согласится? Уверена, что нет.



Анна Батлук

Отредактировано: 21.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться