Неслужебный роман

Размер шрифта: - +

Глава 9. (продолжение 2)

Через полчаса Руслан уже сидел в тесной гостиной прокурора Антона Кирилловича Спицына. Друг выглядел уставшим и бодрился.

— Дядя Руслан, а вы мне когда танчики вернете?! - с порога озадачил восьмилетний сын Антона, Борька: Руслан взял у него диск с компьютерной игрой, а до сих пор не было времени ее даже на компьютер установить.

— Что, Борька, нужна сильно?

— А то! У меня Темка и Семен ее просили, а я тяну, получается, что жмотюсь. А это вы..

— Торможу, точно, Борька. Готов исправиться и завтра тебе завезу.

— Точно?

— Точно!

Теперь Борька терся у ног, то заводя быстроходный катер по паласу, то ввинчивая болт в табурет.

— Руслан, ты эту гадость компьютерную не возвращай подольше. Вон, парень хоть от экрана отполз, играми нормальными увлекся...

— Не могу, я же пообещал, что завтра занесу.

Кириллыч потер начинающую лысеть голову:

— Эх, придется самому подключаться... Так о чем хотел поговорить?

Руслан устроилась удобнее, достал из портфеля сложенный вчетверо листок, осторожно развернул и положил на стол перед другом.

Тот бегло прочитал текст, поднял глаза:

— Это всё?

Руслан молча достал из портфеля другой листок — на этот раз сложенную вчетверо черно-белую ксерокопию, положил ее рядом с первым. В комнату заглянула Наталья, супруга Антона, что-то хотела сказать, но, увидев лицо мужа, пожала плечами и вышла из комнаты, плотно заперев за собой дверь. Руслан слышал, как она сказала Борьке:

— Не мешай им. Пойдем, поможешь мне собрать на стол....

— А что они?

Наталья вздохнула:

— Работают.

Кириллыч внимательно смотрел на разложенные перед ним листки бумаги. Потер небритый с утра подбородок:

— И давно это у тебя?

— Это, — Руслан показал на первый лист, - с позавчера. Второй — вообще не мой, а моего клиента, американца, проходившего по делу Джона Маккензи...

— А, с похищением... Наслышан.

— Это хорошо, что ты наслышан. Скажи, у тебя тоже складывается впечатление, что это — дело рук не одного и того же мастера?

Прокурор встал, подошел к окну, широким движением отдернул занавеску и открыл окно настежь. В комнату ворвался свежий ночной воздух, густо перемешанный с шумом проезжающих по шоссе машин и визгом подвыпивших малолеток тремя этажами ниже. Кириллыч поморщился, пробубнил:

— Черт-те что...

— Антох...

Тот резко обернулся:

— Руслан, ты ж профессионал! Черт-те сколько лет работаешь! И что ты от меня ждешь? После того, как эта бумажка провалялась в твоем портфеле, на ней, может, и «пальчиков» не осталось никаких!

— На ней, может, и не было никаких отпечатков. Ты, будто, не знаешь, что такие посылки голыми руками не делают.

Кириллыч недовольно крякнул и вернулся на свое место. Тяжело и уперся в колени:

— Ты на кого конкретно думаешь?

Руслан пожал плечами:

— Да на кого угодно. На первой, если опустить нецензурщину, написано «Ты еще пожалеешь о том, что сделал». Что сделал? Вчера вот старушке сумку на седьмой этаж помог занести, лифт не работал. За это?

Кириллыч нервно выдохнул:

— Дурака не валяй!

— Кириллыч, бес его знает, правда. Но недавно пришло письмо этому американцу. «Я до тебя доберусь». И мне вот тоже. У него — из газеток буквы нарезаны, у меня — набраны на компьютере, распечатаны. Адреса на конвертах, ясное дело, не совпадают. Почерки — тоже. Теоретически, может быть просто совпадение. Тогда остается самый вероятный вариант — дело Золотаревой.

Антон, скривил недоверчивую гримасу:

— Да ну... Обыкновенные мошенники. Таких дел сейчас по Москве-Питеру за сотню рассматривается, под разными соусами, но смысл один — купили квартиру, а квартира тю-тю...

— Не знаю, что там в культурной столице, тебе виднее. Но по Москве в этих делах с подозрительной регулярностью фигурирует ЗАО «Родимич» то качестве представителя недобросовестного продавца, то в ряду предыдущих собственников объекта, то еще как... И все дела загадочно попадают в руки Ибрагимовой...

— Майе Филипповне?

— Ей самой.

— Из Тверского суда?

— Именно.

Антон наклонился чуть вперед, глянул остро и сурово на товарища:

— Лебедев, ты на что намекаешь?

Руслан повторил его движение, отозвался в том же тоне — агрессивно-недоверчивом:



Евгения Кретова

Отредактировано: 12.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language:
Interface language: