Neuro: Последняя игра богов.

Размер шрифта: - +

NEURO: Последняя игра богов. часть 2. Глава. Зернышко.

Майк Брукс хлестко ударил своим твердым, как камень кулаком, жену по лицу. Женщина вскрикнула и даже не успев схватиться за лицо, словно подрубленная упала на пол. Из разбитого рта хлынула тягучая кровь.

«Как свинья на бойне!» - довольно хмыкнул про себя Майк.

Прошлый раз, когда он ее ударил прямым в лицо, то вышиб, к своему восхищению зуб, прямо с первого раза. Сейчас же она успела увернуться и получила тяжелый удар его кулака в левую часть головы.

«Тупая шлюха!»

Бить он умел. В ранней молодости он частенько, когда напивался, дрался в барах в Фриско.

А сейчас Майк Брукс работал на нефтяных вышках в Мексиканском заливе и большую часть времени отсутствовал дома, а когда приходил на отдых, то основное время посвящал тому, что пил и избивал свою жену с сыном. Он считал сына недоумком и подозревал, что она его нагуляла пока он вкалывал не покладая рук, двадцать четыре часа в сутки, дырявя шельф для компании Shell посреди Атлантического океана. Поэтому он был уверен - эта тупая шлюха заслужила, чтобы он ее немного поучил. Но сегодня он не застал своего сына, она успела его спрятать.

Майк запрокинул голову и влил в себя большую порцию недорого Whyte and Mackey, потом как следует, размахнулся и с силой ударил лежащую женщину ногой под ребра. Что-то тихо хрустнуло, бедная Сэнди Брукс застонала.

- Тупая шлюха! Куда ты спрятала этот вонючий кусок дерьма? – рыкнул он и сильно покачнулся, едва устояв на ногах.

Майк еще влил в себя порцию виски. Несколько раз, пока не свело дыхание, остервенело, ударил ногой лежащую женщину. Потом повел осоловелыми глазами, попятился назад и с размаху плюхнулся в засаленное мягкое кресло. Он некоторое время бессмысленно водил отяжелевшей головой, уронил ее на грудь и отключился.

Сэнди лежала на полу, кровь стекала на доски пола, а дальше сквозь щель, между двух досок. Через эту тонкую щель было видно подпол, там лежал маленький мальчик лет десяти одиннадцати и испуганно смотрел на мать. Ужас застыл в его глазах, он сдавил свой рот двумя грязными ладонями и не шевелился - так сделать, ему сказала ему мама.

- Мое маленькое зернышко, ты мое маленькое зернышко, - тихо прошептала она, теряя сознание.

Кровь протекала сквозь щель, вытягиваясь толстой нитью, чуть замирала и отрывалась, превращаясь в маленький красный шарик, который падал на лицо мальчика. И так кровь постепенно заливала все его лицо.

Изидор Брукс проснулся от того что задыхался. Он всегда задыхался, когда видел этот сон. Судорожно хватая воздух ртом, он, пошарив на тумбочке, нащупал небулайзер, вставив его раструб в рот, несколько раз нажал на алюминиевый флакон, вдыхая смесь лекарства. Отпустило. Он облегченно откинулся на подушку. Мама тогда умерла, а он лежал, спрятавшись как «маленькое зернышко» в подполе и смотрел на ее красивое, но уже обезображенное побоями мужа лицо. А кровь медленно стекала и стекала, капая на его ладони, нос, лоб, заливала глаза. Он тогда пролежал до утра. Уже окончательно замерзая, как сквозь туман услышал голоса, шаги, крики. Его полуживого вытащил из подпола шериф Саливан. И начался его путь. Его отправили во временный приют для детей, а дальше через пару месяцев в свою первую фостерную семью. Его папаша угодил в тюрьму – шериф Саливан сделал все, чтобы он получил длительный срок, но через пару лет его убили заточкой в какой-то драке между заключёнными. Так Изидор остался один, как маленькое одинокое зернышко.

Мама всегда говорила, что он ее зернышко и ласково прижимала к себе. Но временные семьи тоже были разные. В одной из них он подвергся насилию. Это было изощрённое насилие с тяжелым сексуальным подтекстом. А так как он уже был приучен терпеть боль, и пряча страх глубоко в себе, он находил вымышленные способы забыть пережитое, поэтому длилось это очень долго. Но он все же не выдержал и устроил поджог, в пламени пожара сгорели его приемные родители, а он смог остаться в живых, спрятавшись как зернышко. После всех своих злоключений, став уже совершеннолетним, он вернулся в Диллон Бич в дом своей матери. Его взял на работу мистер Киган в свой продовольственный магазин, там он и работал. Изидор любил мистера Кигана как своего благодетеля, беспрекословно исполняя все его распоряжения. И мистер Киган был очень доволен своим тихим работником, а еще он был очень доволен, тем, что можно было платить этому недоумку меньше чем другим. Но он изо всех сил показывал свою заботу о несчастном мальчике, даже периодически давал ему продуктовые наборы из просроченных продуктов, естественно с большой скидкой и естественно вычтя их стоимость из небольшого жалованья своего работника. Но Изидор не роптал.

Он сел на постели, поставив ноги на прохладный пол.

«Зернышко, маленькое зернышко», - повторил он про себя.

Сегодня для него особый день он должен посадить еще одно маленькое зернышко. Прошлое зернышко никак не хотело расти, лишь испуганно мычало глядя на него обезумевшими от страха глазами сквозь тонкую щель между двух половых досок. Поэтому ее пришлось убить и посадить подальше от Диллон Бич, на пустошах Фаллон. Он не сомневался что новое зернышко именно то, что ему необходимо. Потому что она очень похожа на маму. Такая же красивая и у нее такая же улыбка, как у мамы, когда она не была избита.

Он увидел ее впервые почти шесть лет назад в магазине мистера Кигана, она была с тем высоким мистером, про которого говорили, что он работает в компании Хардиффа. Они дружили с мистером Киганом. Тогда Изидор был поражен тем, как она похожа на маму или скорее он очень сильно хотел, чтобы она была похожа на нее. Она не смотрела на него как на недоумка, как смотрят другие. У нее была улыбка и мягкость обхождения, как у мамы, поэтому она может стать новым настоящим зернышком, тогда решил он. Она тогда даже нечаянно дотронулась до него и на его фланелевой, в крупную клетку, рубашке долго оставался запах ее духов или дезодоранта, или геля для душа, или еще что-то, что она использует. Изидор несколько дней прикладывал к лицу рубашку и вдыхал аромат. Сейчас рубашка уже не пахнет. Он даже пытался хранить ее в целлофановом пакете в холодильнике. Ведь мистер Киган всегда говорил, что в них ароматы продуктов хранятся дольше. Но сохранить, надолго не получилось.



Dmitriy Shmokin

Отредактировано: 29.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться