Невеста Чёрного Ворона

Глава 23

Глава 23

Нас пытались взять штурмом. Трижды за эту зиму. Один раз в начале, и два раза уже под конец. Словно Коррину надоело стоять у наших ворот, и он надеялся, что вдруг ему повезет. Не повезло. Не так-то просто взять Небесную Нит. Почти невозможно. Только Эрнану удалось.

Вот только запасы еды подходили к концу. Вода у нас была, тут свой источник. А вот с едой – плохо. Еще немного, и все.

Еще немного, и люди начнут умирать с голоду.

Ко мне уже не раз подходили, просили открыть ворота. Сдаться или собрать все силы и броситься в бой… что тоже равносильно сдаче. У нас не хватит сил для битвы. Мы умрем. Но лучше быстро, в бою, чем медленно умирать от голода.

Я отказывалась каждый раз.

Но каждый раз отказывать было все сложнее и сложнее.

Возможно, это и правильно, лучший выход. Но я не могла. Я дала себе слово – ждать. До последнего. Эрнан вернется. Пока еще решаю я. И, значит, я не позволю открыть ворота.

В голове легкий туман. Полдень, но я едва вылезла из кровати.

Вчера я снова взяла у Флир лунную росу, рука дрогнула и я налила себе больше, чем надо. Теперь весь день сонная, голова раскалывается.

В бездну все!

Иногда хочется выпить всю банку и не проснуться вовсе.

Снова поднялась на стену.

Лагерь Коррина за стеной. Упрямая скотина! Сколько можно торчать здесь!

Я ненавижу его.

Только теперь, наконец, начинаю понимать, что такое ненависть. Когда-то я говорила, что ненавижу Эрнана. Но нет. Ненависть – это совсем другое. Ненависть опустошает, не оставляет сил, сжигает все.

Пепел в моей душе.

Не на что надеяться. Чудес не бывает.

Я ненавижу.

Коррину никогда не надоест, он не уйдет, пока не получит свое. Зачем драться, если мы сдадимся все равно?

Прислонилась лбом к каменной стене. Прохладная, чуть сырая, это помогает немного прийти в себя.

Но что толку?

Повернувшись, привалилась к стене спиной. Медленно сползла вниз, села.

Закрыла глаза.

Очнулась, от того, что кто-то тряс за плечо.

- Луцилия?

Лохан, конечно. Он переживает за меня. Сам за эту зиму исхудал едва ли не вдвое, постарел даже. Взгляд тяжелый, усталый. Он тоже понимает, что чуда не случится, и мы просто тянем время.

- Луцилия, что с тобой? Тебе плохо?

Я покачала головой.

Нет. Все хорошо. Ничего нового не случилось. Просто нет сил.

- Устала, - говорю я.

Он долго смотрит на меня, поджав губы.

- Может, пойдем, потренируемся? – и неуверенно улыбается. – Разомнемся, помашем палками?

«Махать палками» - это я так говорю. Мне все кажется, что то, как я это делаю, на бой похоже мало. Баловство… Палки. Но действительно помогает. Когда все тело болит – уже не до душевных мук. Отчего-то вдруг неуместно подумалось, что Флир бы в ответ предложила Лохану помахать палками иного рода, тоже помогает отвлечься, знаете ли. Ох… Боги! О чем я только думаю?

Лохан протянул мне руку, предлагая помочь подняться на ноги.

У него была такая широкая и жесткая ладонь, словно каменная. Крепкая. Лохан красавец и герой, верный и преданный мужчина, который всегда рядом.

- Идем, - говорю я. – А можно в этот раз не палками, а по-настоящему?

- Можно, - говорит он.

Холодная рукоять сама скользнула в ладонь.

- Нападай! – он все так же небрежно держал свой полуторный меч одной рукой, но в глазах уже мелькнули веселые огоньки азарта.

И я бросилась в бой.

Я рубила изо всех сил, давно уже не боясь его ранить. Он всегда успевал раньше, увернуться или парировать, и тогда и сталь звенела о сталь. Удар, еще удар!

Мне нравилось.

- Молодец! Давай! Не спеши. Двигайся, давай-давай!

- Защищайся! Я достану тебя!

Он смеялся.

И туман в голове постепенно рассеивался, и мне самой становилось весело и легко. Весь мир сжимался до нас двоих и наших сверкающих клинков. Словно песня.

- Не смотри на клинок, смотри в глаза! Давай, про ноги не забывай. Локти не расставляй! Теперь сверху! Молодец! Еще!

Можно было забыть обо всем. Следить только за собственным телом, за его руками, за мечом в его руках. И больше ничего.

- Ноги! Еще, вперед! Корпус влево! Давай, еще! – он не давал мне ни на мгновение расслабиться, и сам увлекся. – Еще! Молодец, Тиль!

Увлекся.

Собственное имя вдруг резануло слух. Я вздрогнула, и Лохан сам тут же понял свою оплошность. Остановился, и едва не пропустил удар.

Я опустила клинок.

- Простите, ваше величество, - сказал он.

- Все хорошо, - я попыталась сделать вид, что ничего не случилось. – Давай, продолжим?

Боевая стойка. Удар, еще удар.

Мы дрались все так же яростно. Но веселья уже не было.

Лохан молчал. Лишь изредка:

- Справа, ваше величество! Не торопитесь так.

Такая тонкая, невозможно тонкая грань…

Тиль.

Никто кроме Эрнана не называл меня так.

Еще только Оуэн в далеком детстве. Но больше никто и никогда.

* * *

Меня разбудили трубы.

Я вскочила. Сначала даже не поверила своим ушам. Что это?

Не как было, когда Коррин начинал штурм. Иначе. Издалека. А потом рядом, уже трубы Коррина. Но наступление они трубили иначе.

Я со всех ног кинулась к стене.

Что-то происходило там.

Лохан уже стоял на стене, напряженно вглядываясь, всем корпусом подавшись вперед.

- Что там? – на ходу окликнула я.

- Наши трубы! – в его голосе напряженное торжество.