Невеста Кристального Дракона

Глава 6. Проклятье и пророчество

Когда Кори и Дельдра вбежали с новостью, что девушка Ирина упала со смотровой площадки, Ральдарина охватил ужас. Он бросился в погоню, не раздумывая. Что бы он сделал с Дэнерином, если дрянной мальчишка погубил иномирянку?

Он чувствовал себя виноватым. Недоглядел. Позволил свободно разгуливать по замку, не предусмотрел опасностей и рисков.  Дэнерин принес ее обратно в замок, но Ральдарин не успокоился. Сбросить мерзавца с башни, а девчонку схватить в охапку, утащить в самый глухой угол замка, запереть там и никуда не выпускать. Окутать коконом магии, чтоб никто не добрался, не подверг опасности. 

Что с ним творится? Откуда этот страх? Откуда навязчивое желание укрыть и оберегать?

Да, от нее зависит судьба мира. Он, Верховный Дракон, привел ее в Коэлин и теперь несет ответственность. За жизнь иномирянки, за исполнение пророчества. Но что-то всколыхнулось в душе Ральдарина помимо этого.

Его безумно напугало, что лично он, Ральдарин, может больше не увидеть девушку. Словно обрел что-то безмерно ценное для себя и теперь боялся вновь потерять… Какая глупость!

Она – жалкая человечка, чужая в Коэлине. Чужая всему, чем жил Владыка Драконов. Он никогда не любил людей. Эта наглая, хитрая, жадная раса захватывала все больше и больше влияния. Люди упорно совершенствовались в магии. При этом не брезговали всякими техническими приспособлениями, опасность которых правитель драконов прочувствовал на собственной шкуре. В буквальном смысле.

В недавней приграничной стычке его ранил заряд баллисты. Как человеческие инженеры разработали орудие, способное причинить вред Кристальному Дракону – да еще самому Владыке! – Ральдарин не узнал. Он спалил клятую машину в тот же миг, с артиллеристами вокруг нее.

Последние несколько лет противостояние Азрайлена и соседнего княжества людей обострилось. Новый князь оказался невероятно сильным магом – такие уже веками не рождались среди людей. Он объявил, что его страна не станет платить дань драконам. И закрыл ее магическим барьером, который Ральдарин не смог пробить. А еще научился маскировать человеческую ауру под ауру шеами и стал засылать в Азрайлен шпионов. 

Так что люди стали для Владыки Драконов головной болью. И что за ирония судьбы: означенная Зерцалом спасительница магии – человек! Судя по всему, такая же ушлая, как все представители этой расы.

Ральдарин видел ее бегающий взгляд во время их разговора. Все люди одинаковы. Говорят одно, заверяют в преданности, якобы готовы помочь… А сами держат отравленный дротик за пазухой и выжидают момент, чтобы вонзить его тебе в глаз. Вот и она такая же. Кто знает, что за мысли вынашивала, обещая помочь его миру. Слишком неискренним был голос и взгляд.  

Нужно охранять ее, бдительно и неусыпно. От всего и всех. От шпионов человечьего князя. От глупостей Дэнерина. От других не в меру любопытных драконов. И от самой себя. Люди не только хитры, но еще и хрупки. Ничтожная случайность может оборвать их жалкую жизнь.

Ральдарин вырастил магией решетки на окнах ее спальни. Ему даже не понадобилось заходить внутрь для этого – достаточно усилия воли. Дверь тоже перекрыл магическим затвором. Теперь никому не проникнуть, а ей не выбраться без его дозволения.

Сейчас он так и стоял под дверью Ирины, никак не мог уйти. Почему, чего он хотел? Войти к ней? И что дальше?.. Неужели он хочет ее как женщину? Она не обладала  десятой долей притягательности кельми. Да и до дракониц с их жгучей красотой ей далеко. 

Тогда почему Ральдарин выжидает непонятно чего под ее дверью? Не как Владыка, а как слуга, ждущий господской милости? Почему вспоминает смущенный взгляд и пунцовые от стыда щеки, когда он подходил к ней, полностью обнаженный?

Она не смогла скрыть от него женский интерес, как ни пыталась. Ральдарин прекрасно знал, какое действие оказывает на женщин – какой бы расе они ни принадлежали. Кельми, драконицы, человечки, даже шеами – любая ощущала искру желания, пересекаясь с Владыкой Драконов.

Он к этом привык, воспринимал как должное и не обращал внимания на огонь влечения в их глазах. Если ему было нужно, он брал любую и удовлетворял свою прихоть. А потом выбрасывал из своей жизни и никогда не вспоминал.

А эта девчонка… Ральдарин помнил ее взгляд сквозь Зерцало, когда она оторвалась от книги и взглянула прямо ему в глаза, хотя не могла его видеть. Там не было привычного ему вожделения. Лишь устремленность к чему-то тонкому и возвышенному, непохожему на окружающий ее мир.

Отчего-то это было важно дракону и зачаровывало его. Хотелось увидеть этот взгляд снова. Но он не возвращался. Наяву Владыка видел лишь скепсис и недоверие в глазах Ирины. А теперь, после падения и его драки с Дэнерином, - страх.

Искры вожделения тоже проскакивали. Ральдарин мгновенно улавливал их. И отчего-то его это не оставляло равнодушным – как с другими женщинами разных рас, которых зажигало присутствие азрайла. В ответ поднималось его собственное желание. К невзрачной человечке. Как такое могло быть?

Он привык брать любых женщин и не знал ревности. Ему принадлежала каждая женщина, которую он пожелает. Ревновать было не к кому. А тут…

Стоило вспомнить, что Дэнерин нес ее по воздуху… что они касались друг друга, она ступала по его драконьему телу… В груди поднимался гнев. Хотелось снова обрушится на мальчишку, смять его, отшвырнуть в сторону… Чтобы наглец не смел больше прикасаться к человечке. Чтобы никто не смел, кроме самого Ральдарина.

До чего унизительное чувство. Он привык подчинять других своим желаниям. Он не шел на поводу похоти – просто брал все, что хотел. А здесь происходило что-то неподдающееся его контролю. Он не понимал и это его раздражало. 

Может, дело просто-напросто в его неудовлетворенности? Постоянная любовница Владыки, драконица древнего рода, неделю как уехала в родовое поместье по семейным делам. Все это время он воздерживался от женской ласки – не потому, что хранил верность. Просто был слишком занят… До вчерашнего вечера и появления кельми.