Невеста по ошибке. Укрощение строптивой (книга 1)

Глава 6

Дорогая мама, роди меня обратно, а? Ведь это не лезло ни в какие ворота! На и без того едва тлеющие угольки моей надежды вылили ушат воды.

Так. Кажется, я все-таки заплакала.

Я провела руками по лицу, смахивая слезы. Плакать буду потом. Над могилой Йонке. От радости.

Я не была кровожадным существом, любящим злорадствовать над бедами других, и уж тем более, прыгать от радости на чьей-то могиле. Но сейчас во мне боролись два желания: догнать этого поганца и приложить головой обо что-нибудь со всей дури, или все-таки смириться и подождать.

Победил второй вариант. Просто потому что только Йонке мог вернуть меня домой. Если только на меня с неба вдруг не упадет мешок с деньгами, и я не найму другого мага как-то минуя короля. Который еще не факт, что согласится на запрещенную магию.

Я подошла к окну и открыла его, впуская в кабинет холодный осенний воздух. Зима сюда еще не добралась, из чего я сделала вывод, что тюрьма находилась где-то на севере, ближе к горам. Только вот я не помнила, были ли там горы — мне было как-то не до любования ландшафтом. Как там, кстати, назвал ее Йонке? Хелльстрём, кажется…

Впрочем, какая разница. Просто надеюсь, что не придется туда возвращаться. Особенно в качестве преступницы. Не сомневаюсь, для самозванцев там найдется «теплое и уютное» местечко. Даже если такого нет, то для меня тер Алдерик расщедрится. Не нравился он мне, и все тут. Да и я, похоже, вызывала у него некоторые подозрения. Вон как рвался поговорить со мной, хотя, казалось бы, ему-то какое дело до меня? Предчувствие подсказывало, что мне еще не раз предстоит с ним встретиться. И хотелось бы мне думать, что моя чуйка просто дала сбой, но я уже так привыкла ей доверять, что просто не получалось сбросить со счетов.

Солнце уже село, и все, что, предстало моему взору — лишь смутные очертания. Луны видно не было, как и звезд. Только пустое, пугающее своей чернотой, небо.

Поежившись, я плотнее запахнула мантию и закрыла окно. Со всей этой неразберихой я даже забыла спросить Йонке, а была ли со мной моя сумка, или она осталась на скамейке в сквере. Ничего особо важного и пригодного для этого мира в ней не было, кроме спортивного костюма. Хоть какая-то одежда была бы на замену моих юбки с блузкой. Выглядела бы я в этом костюме и кроссовках еще более странно, чем в этом, но что еще можно было придумать?

Госпожа де Вир жила в этом замке. Значит, у нее должна быть здесь одежда. Если, конечно, она не прихватила с собой еще и ее. Но Йонке сбежал, бросив меня в полном одиночестве в этом огромном и пустом замке. Но пустом ли? По идее, должны быть слуги, только вот я не имела ни малейшего понятия, куда идти, кого звать на помощь. И стоит ли вообще.

Ходить по замку и кричать «Эй, есть кто живой?» — плохая идея. Потому что тогда была вероятность, что меня запрут в дом для умалишенных, или что тут у них для психов есть. По логике, я же для всех была госпожой де Вир, которая, наверное, знала здесь, если не каждый уголок, то хотя бы половину.

Я нервно усмехнулась, представив себе, как прошу кого-нибудь из слуг, если, конечно, еще найду хоть кого-то, проводить меня в комнату, а то, видите ли, запамятовала, где она. Точно примут за сумасшедшую.

От злости и обиды я пнула ни в чем не повинный стул, стоявший сбоку от окна и сцепила зубы, чтобы не взвыть в полный голос из-за ушибленной ноги. Никакого эффекта, как стоял на месте, так и продолжал стоять. Мда, в моем мире пни вот так стул — пролетит через всю комнату и разлетится на щепки от столкновения с ближайшей твердой вертикальной поверхностью. Чугунный он, что ли?

И очень похоже было, что я все-таки подхватила простуду: меня знобило, несмотря на тепловые кристаллы. Казалось, что я вообще не ощущала тепла от них. Или они просто уже «выдохлись», начали терять свои свойства…

Наверное, это было таким последствием перехода, плюс то, что мне пришлось, пусть совсем чуть-чуть, протопать по снегу в босоножках. Нет, я не обладала прям совсем уж идеальным здоровьем. Но Йонке в какой-то степени угадал — у меня был достаточно хороший иммунитет и болела я крайне редко. И совсем никогда — два раза подряд. А тут я совсем недавно, даже недели не прошло, как переболела в своем мире, а теперь еще здесь. Просто прекрасно. Интересно, как тут обстоят дела с врачами? Небось, начнут пичкать какими-нибудь отравами…

Тьфу, отварами, конечно. Если еще будет, кому пичкать.

Я подошла к двери, приоткрыла ее и осторожно выглянула наружу. Никого. Впрочем, кого я, собственно, ожидала здесь увидеть? Толпу прислуги, которая с распростертыми объятиями бросится встречать «беглянку»? Более вероятно, что в таком случае встречала бы меня недовольная армия слуг со сковородками, скалками и прочим кухонным инвентарем наперевес. На радушный прием я не надеялась, потому что это было бы странно, учитывая ситуацию госпожи де Вир. Йонке даже не удосужился просветить меня, что она вообще из себя представляет, как к ней здесь относились и чего стоит ожидать.

Единственный путь, который я знала, и то не была уверена, что правильно запомнила, это до входных дверей. И если я хоть что-то понимала в жизни богатых людей (ориентировалась, конечно, на свой родной мир), то это точно было не то место, где стоит ожидать случайного везения: прихода или ухода кого-либо из слуг. Но, в конце концов, кто-то же должен здесь убираться, в том числе и в холле?