Невеста Змея. Каменное сердце

2

До вечера я просидела в гостевой, перелистывая «Тайнопись Видения» и пытаясь сосредоточиться на прыгающих перед глазами буквах. Это выходило плохо, особенно когда рядом сидел Мильхейм, шелестя старыми бумагами. Завязать разговор мы даже не пытались, делая вид, что не замечаем друг друга. У Змея это получалось лучше – сидя в кресле и закинув ноги на подлокотник, он сосредоточенно читал рукописи. Вокруг его рук стайкой пролетали зелёные искры, а волосы живыми тенями скользили по плечам. С виду и вправду казался нормальным, а стоило рот раскрыть, так всё первое впечатление тут же исчезало безвозвратно.

В какой–то момент Мильхейм вдруг напрягся, и его брови чуть заметно вздрогнули, но так и не сошлись на переносице.

– Анна, как ты относишься к походам в ресторан? – вдруг спросил он, не поворачивая головы.

– Смотря по какому поводу, – настороженно ответила я.

Мильхейм усмехнулся со своего места, прежде чем ответить, чуть повысив голос:

– Выкинешь что–то из ряда вон выходящего – будешь иметь дело с Лионой. А она на приветствие щедра будет.

– Тогда предпочту не встречаться с ней, – раздался позади бархатистый голос.

Поразившись собственной реакции, я резко поднялась на ноги. Тяжёлый фолиант с глухим стуком полетел на пол, но я даже не обратила на него внимания, настороженно смотря в тёмно–карие глаза с голубым ореолом.

Дайон.

Он стоял на пороге гостевой, не сводя с меня поражённого и какого–то тёплого взгляда, от которого мне стало не по себе. И когда только успел прийти сюда?

Мильхейм, в отличие от меня, никак не отреагировал на появление брата, продолжая пролистывать записи, хотя расслабленным его нельзя было назвать. Но вот что странно – если Виктор и Мильхейм имели и в человеческой, и в змеиной внешности что–то схожее (чешуя почти совпадала с цветом волос, а глаза были и в той и в той форме одинаковыми), то Дайон был иным. Его пшеничные волосы и карие глаза никак не сочетались с сапфировой чешуёй и его именем – Каменный Змей. Он был похож на самого обычного человека.

Приглядевшись, я заметила, что Дайон так до конца и не восстановился – на щеке виднелась ссадина, неопрятно застёгнутая рубашка была помята, являя синяк на ключице. Не останови их старший брат, они бы дрались до смерти.

– Я хотел поговорить, – выпрямившись и сцепив руки за спиной, произнёс Дайон. – Не здесь, а, как уже правильно сказал Мильхейм, в каком–нибудь ресторане.

– А остались целые рестораны после сегодняшнего? – нервно поинтересовалась я.

– В Анре найдутся.

Я с сомнением взглянула на него, понимая, что кроме Дайона мне сейчас не у кого просить правды. А он, кажется, настроен куда более сговорчиво, чем тот же Мильхейм или Лиона. Может, попытать счастье? Сама же мечтала, что бы отец был жив, так смысл бежать?

– Ладно, – кивнула я, заметив облегчение в глазах Даойна, и добавила: – Но на этот раз без разрушения города.

– Обещаю, – вскинув руки и пытаясь скрыть улыбку, пообещал он.

Сидевший на жёрдочке лидерц издал короткий свист, распушив чёрные перья на хохолке и насупившись. Дайон перевёл взгляд на птицу, и голубые ореолы его глаз вспыхнули не то от удивления, не то от восторга.

– Давненько я лидерцов не видел… какой большой, – с придыханием прошептал он, вновь взглянув на меня, на этот раз с каким–то уважением.

– Вы вроде бы куда–то собирались, – напомнил Мильхейм со своего места, изогнув брови. – Ну так вперёд. А я, так и быть, погрею место.

Бросив на него недобрый взгляд, я подобрала с пола «Тайнопись Видения», положив её на стол и пройдя к Дайону. Запах корицы и кофе вновь защекотал лёгкие, заставив сердце с тоской сжаться. Так же пах Алех. Я как–то особо раньше этого не замечала, но тогда ночью… я словно и вправду прозрела.

– Прошу, – учтиво подставил мне руку Дайон, и поджав губы, я неуверенно взяла его за локоть, что бы тут же ощутить, как сердце устремляется вниз. Секунда, и мы уже стояли на одной из вечерних улиц Анры, впрочем, у меня тут же подкосились колени от столь быстрого перемещения. – Надо было предупредить.

– Надо, – не стала возражать я, подавив тошноту.

Выпрямившись, я взглядом обвела улицу, которая ещё пестрела флажками, гирляндами и фонарями. Правда, кое–где валялся битый кирпич, по всей видимости, упавший сверху. Поднимать глаза на Цитадель я не хотела, боясь, что увиденное ужаснёт меня. Как никак, а сражение двух гигантских змеев может и город с землёй сравнять.

Не спеша, мы пошли вперёд, встречая редких прохожих. До ушей долетали обрывки разговоров: про сегодняшнее сражение на соревновании и стычку двух братьев прямо на улице Цитадели. Слава Господарю, обошлось без жертв, хотя и были серьёзные ранения, вплоть до перелома костей.

Я ощутила, как напрягся Дайон, так же вслушиваясь в разговоры, но не подавая виду, что они частично касаются и его.

На одной из улиц я заметила чёрные формы патруля, с облегчением отметив, что среди них не было белых волос Виктора. Может, отсиживается у себя в кабинете, а может и вовсе в пещерах. Как бы там ни было, но видеть я его не хотела, особенно после этого поцелуя с Тсерой. Кто бы мог подумать, что каменное сердце Виктора всё ещё принадлежит нелапси, которая совершила с ним такое? А ведь я свято верила, что у нас с ним всё наладится. Верила, что являюсь только его невестой, а что в итоге? Старые чувства пробудились даже в сердце из камня.