Невеста Змея. Каменное сердце

6

Резко затормозив, я вскинула голову, безошибочно найдя источник столь знакомого аромата. Во рту тут же пересохло, а ногти впились в ладони. Однако я не содрогнулась от глаз цвета синевы и зелени, спокойно смотря на их обладателя, привалившего плечом к стене.

Виктор. Он был в своём чёрном плаще с расстёгнутыми квадратными застёжками, вспыхивающими алым в тусклом свете. И смотрел на меня почти не моргая. На его высоких скулах были отчётливо видны серебристые чешуйки, а волосы так и отсвечивали снегом и серебром.

– Я хочу поговорить, – спокойно произнёс Змей.

– Говори, – кивнула я.

– Не здесь…

– Лучше здесь. Я идти никуда не собираюсь, – оборвало его я, скрестив на груди руки. – Я жду.

На скулах Виктора показались желваки, и отпрянув от стены, он в два шага подошёл ко мне. Подавив желание отпрянуть, я как можно спокойней взглянула на него. Его взгляд, пройдясь по моему лицу, опустился ниже, замерев на шее. Я буквально ощутила удивление и напряжение, окутавшее Змея с головы до ног.

– Его нельзя было снять… – негромко произнёс он.

– Мне удалось. Не без чужой помощи, но всё же.

– Зачем ты это сделала? – подняв вспыхнувшие глаза на меня, произнёс Виктор.

– А ты думаешь, мне приносило удовольствие ощущать себя собачонкой в ошейнике? – вскинула бровь я.

– Это было ради твоей же безопасности.

– Нет. Это было ради тебя самого, – сухо ответила я. – Тебе было так легче, а не мне.

Виктор нахмурился, вновь взглянув на мою шею

– Кто его снял? – он не спрашивал – он требовал ответа.

– Хочешь найти этого человека и избавиться от него? Удачи, но не думаю, что у тебя это получится.

– И почему же? – усмешка мелькнула на бледных губах Виктора. – Я сражался с Корвусом и выжил, когда он сам чуть не рассыпался в прах. Кто может быть бессмертней Господаря, меня и Судей?

«Сосуд, которого избрал Девятый», – захотелось сказать мне, однако я вовремя промолчала. И вместо ответа лишь прохладно улыбнулась, давая ему время на отгадку, правда, вряд ли он найдёт ответ.

– Хочу спросить тебя кое–что, Виктор, – поменяла тему я, опустив руки и сцепив пальцы в замок. – Когда всё это закончится и Господарь отойдёт от дел, а ты займёшь его место, то что будет?

Он вскинул бровь, пытаясь поймать мою мысль.

– Ты оставишь всё как есть? – подтолкнула его я, хотя уже знала ответ.

– Оставлю всё как есть? Этот мир должен поменяться, пока не поздно.

– Поменяться? – переспросила на этот раз я. – И как же?

– Люди должны узнать, что Тёмное Искусство есть в этом мире. И есть те, кто его использует.

– А что тогда будет с обычными людьми? С пустыми?

– К чему ты это? – вскинул бровь Вик, снисходительно смотря на меня.

– Всего лишь вопросы, которые интересуют меня, не более, – сдержанно улыбнулась я. – Так что будет с пустыми? Люди узнают, что есть Тёмное Искусство, и попробуют завладеть им. Сделают так, что сами окажутся Судьями. Ты сам прекрасно знаешь, что этому нельзя давать сбыться, но если все узнают про наше существование, то такое произойдёт. И что дальше?

– Людьми всегда движет одно – власть и деньги. Я отберу у них первое и второе.

– Иными словами, сделаешь рабами, – перефразировала я. – Те, кто владеет Искусством, будут стоять выше этого, снисходительно смотря на тех, кто без Искусства.

– Когда–то всё было наоборот, – холодно напомнил Вик. – Ты не думала, что пора поменяться местами? Пора тем, кто прятался в тени, показать, что они сильнее. Сильнее намного, и способны подчинять себе даже в малом количестве. Деньги, связи и оружие когда–то кончаются, а Искусство вечно.

– Это будет рабство, Вик, – негромко заметила я.

– Возможно, по началу и да. Но после, с твоей силой, всё изменится. Поверь мне, – шагнув навстречу и протянув руку, мягко произнёс он.

– Не будет никакого «после», – резко отшатнулась я, чуть ли не гневно смотря на замершего в непонимании Змея. – Я не хочу такого будущего. Я не хочу обращать пустых в рабов ради тех, кто с Искусством. Может, тебе и кажется, что всё выглядит так светло и радужно, но уверяю тебя, это не так. Ты сам знаешь людей. Ощутив один раз власть, они не остановятся. И пустые до конца этого мира будут рабами.

Пальцы Виктора сжались, а ореол его глаз полыхнул серебром, заставив чешуйки на шее и скулах проступить отчётливей.

– Возможно, для пустых так будет лучше, – прошипел он. – Из–за них мир всё время на грани войны. Их надо приструнить, пока не стало поздно.