Невидимый свет

Новые люди. Новая я.

Проснулась я, когда яркое солнце безжалостно било в окно, ослепляя бессовестными лучиками света и заставляя вспомнить о времени.  
«Ни телефона, ни часов... счастливый я человек».  
Тимофея не было в комнате, но это уже не удивляло. Посидев с закрытыми глазами на краю кровати, я ощутила жуткую потребность в кофе. Направляясь к зеркалу, я только сейчас обратила внимание на белые стеклянные фоторамки, стоящие на деревянном комоде. Вчерашний вечер выдался слишком насыщенным, чтобы отвлекаться на посторонние предметы. На одной из фотографий был запечатлён Тимофей в компании девушки и парня. На вид они были старше его, к тому же и сам брюнет выглядел более юным, словно только окончил школу. Второе фото было сделано в спортивном зале. Тим в боксёрских перчатках и здесь был значительно моложе себя теперешнего. Удовлетворив любопытство, я пошла принять душ. 
Позаимствовав махровый халат в ванной комнате, свежая и бодрая, я спустилась на кухню и прямым курсом двинулась к кофейнику с кружкой в руках. 
— Добрый день. 
От неожиданности я подпрыгнула и, резко развернувшись, чуть не вылила содержимое кружки на себя. За столешницей на высоком стуле восседал молодой мужчина в светлой хорошо выглаженной рубашке и абсолютно безмятежно пил горячий кофе. Внешне он был хорош собой, точно киноактёр из боевика девяностых, и лишь мелкие мимические морщинки в углах глаз намекали на его возраст. 
— Э-э... добрый. 
— Вы, должно быть, Николь? — мужчина добродушно улыбнулся, и я кивнула. — Прошу прощения, я не хотел вас пугать. Меня зовут Феликс. Я хозяин этого дома, — приглашающим жестом он указал на стул рядом. 
— Приятно познакомиться, — я почувствовала облегчение, ведь этот человек не был связан с Аззаном и Еленой. Да уж, эти ребята не выходили из моей головы. Я расслабленно выдохнула и села напротив. — Я не знала, что вы возвращаетесь сегодня. 
Феликс поднёс большую кружку к губам и отхлебнул напиток. 
— Мы и сами этого не знали. Наши планы посетить несколько городов и насладиться отдыхом, к сожалению, перенеслись. Дочка приболела, и мы были вынуждены вернуться.  
— Что-то серьёзное? 
— Не стоит волноваться, обычное отравление. Но супруга решила перестраховаться. 
— Ясно, — протянула я, обдумывая, куда подевался Тимофей. В этот момент входная дверь шумно раскрылась и послышались приближающиеся шаги. 
— Папа! — девочка лет семи шустро подбежала и повисла у Феликса на шее.  
— Вот и мы, — на кухне показался сияющий Тимофей. Увидев меня, он удивился. — Ты уже проснулась? 
— Ага. 
Хозяин дома с улыбкой пояснил: 
— И мы уже успели познакомиться.  
Белокурая девочка обернулась, внимательно осмотрела меня голубыми глазами и протянула руку. 
— Привет, меня зовут Эллен, но можно просто Элли. 
Я аккуратно пожала маленькую ладошку и представилась в ответ: 
— Николь, но можно просто Ника. 
Девочка задумчиво покосилась на Тима и снова повернулась ко мне. 
— Ты жена Тимофея? 
Явно не ожидая такого вопроса, Тим закашлялся, а я так и зависла с глупой улыбкой на лице, не зная, что сказать и как реагировать. Брюнет проворно подхватил малышку на руки, слегка подбросив в воздух.  
— Совёнок, ну и вопросы ты задаёшь, — смущённо улыбаясь, произнёс парень. Эту неловкость, кажется, почувствовали все присутствующие, кроме ребёнка, естественно.  
Феликс очень вовремя прервал неудобную паузу, заметив кого-то в проходе в кухню: 
— Аида, дорогая. 
Все обернулись, и в комнату вошла, хотя нет, скорее, вплыла красивая молодая женщина, на вид — ровесница Феликса. Короткие светлые волосы были зачёсаны назад, удачно подчёркивая тонкие аристократичные черты лица. Гибкие руки, плавные движения завораживали своим изяществом.  
— Добрый день, — незнакомка улыбнулась идеальной улыбкой и посмотрела на меня. — Меня зовут Аида. А ваше имя известно. Николь, так ведь? 
Мне оставалось только вежливо кивнуть и добавить: 
— Приятно познакомиться.  
— Взаимно, — сверкнула голубыми глазами женщина, но мне почему-то казалось, что её слова прозвучали неискренне. 
Доброжелательный Феликс, который, по-видимому, души не чаял в жене, чмокнул супругу в щёку и обратился к Тиму: 
— Какие у вас планы на сегодня? 
Тимофей неопределённо пожал плечами и, что-то обдумав, посмотрел на меня. 
— Мы в город съездим. Погуляем. 
Так как я абсолютно не имела понятия, о чём он говорил, я робко улыбнулась в ответ. 
— Хорошо, — промолвила женщина, горделиво вздёрнув подбородок, — но мы ждём вас к ужину. И будьте добры, без опозданий.  
— Окей, — коротко бросил парень. 
— До вечера, — попрощалась я. 
Когда мы поднялись в нашу комнату, я упала на пружинистую кровать. Тимофей повторил за мной и аккуратно положил голову мне на живот.  
— Это было неожиданно, — протянула я. 
Если на минуту задуматься, то планы на совместные каникулы рухнули, так и не начав реализовываться, ведь дом больше не в нашем распоряжении. Хотя, наверное, я слишком многого хотела — мы сюда вовсе не отдыхать приехали. Что делать с Аззаном, пока неизвестно. Поездкой сюда мы лишь выигрывали время.  
— Я и сам не знал, что они приедут. С утра проснулся и в окно увидел, как Феликс паркуется у дома. 
— Они такие же, как ты? — перебирая тёмные короткие волосы, поинтересовалась я, будто это обычный будничный вопрос.  
— Да. 
— А девочка? Элли? 
«Больной она совсем не выглядела. Сомневаюсь, что вернулись домой они из-за её недомогания», — почему-то подумала я. 
— Она их дочь, рождена на Земле. Она человек.  
— Ты тоже человек, — подметила я. 
— Я не об этом, — устало выдохнув, брюнет поднялся с кровати.  
Перевернувшись набок, я опёрлась на локоть, положив голову на ладонь. 
— А я об этом. Не забывай это, пожалуйста. 
Тим бросил на меня слегка отстранённый взгляд, но я точно знала, что парню приятно слышать подобное. Для меня он в первую очередь человек, мужчина с большой буквы и только потом чудо небес и всё такое.  
Через час с небольшим мы отправились в город. Тим показывал мне свои любимые места в Кисмет — как оказалось, он бывал тут не так уж и редко. Одним из них была большая парковая аллея. Здесь росло много красивых цветов, высаженных в форме замысловатых узоров, а ветвистые деревья создавали приятную прохладную тень. Нежное солнце пробивалось сквозь густую листву и создавало иллюзию солнечной паутины. Взрослые и дети катались на роликах, велосипедах, самокатах, лихо проносясь мимо нас. Отовсюду слышались шумные разговоры, громкий заливистый смех, и это всеобщее восторженное настроение передавалось нам, как по цепочке. Аромат сладкой ваты и молочных коктейлей витал в воздухе, возвращая меня в самое детство, когда во время беззаботной игры соседский мальчик Лёша был моим мужем, а кукла Вита — нашей общей с ним дочерью, когда все коленки в зелёнке, но это никого не волновало, ведь классики уже нарисованы на асфальте и ждут, когда ты начнёшь прыгать, забавляясь с собственной тенью. Тимофей позаимствовал у подростка скейт и наворачивал вокруг меня круги, дурачась как ребёнок. Я тоже успела попробовать свои силы и чуть не пропахала носом землю — спасла быстрая реакция брюнета. Мы то хохотали, то коротко целовались — и никто не обращал на нас никакого внимания, даря ощущение полнейшей свободы. Незаметно для себя мы вышли к большому каменному фонтану — главной городской достопримечательности и излюбленному месту здешней молодёжи. Чуть поодаль виднелось старенькое, но довольно внушительное по размеру здание с вывеской «Катана». Тимофей слегка замялся, глядя на него, по-видимому, сомневаясь, захочу ли я туда зайти. 
— Ты хочешь заглянуть сюда? — мягко намекая, спросила я. 
— Тебе там будет неинтересно, — смутившись, пробубнил Тим. 
— А что это? 
— Это клуб. Мы туда раньше пацанами ходили. 
— Пошли, я хочу посмотреть, — понятия не имея, на что соглашаюсь, я потянула парня за руку, всем своим видом демонстрируя неподдельный интерес. Его горящие глаза быстро помогли мне принять решение. Правильное или нет — время покажет.  
Внутри здание выглядело совсем иначе — более современно и немного гранжево. Его заполняли различные металлические конструкции и вертикальные стойки. Мы прошли в самый конец, к дальней двери и попали в просторный светлый зал. Спёртый воздух мигом ударил в нос, и я увидела несколько квадратных площадок посередине. Кругом валялись спортивные маты, а боксёрские груши и мешки были подвешены к потолку. Тут и там в спаррингах стояли потные мужчины и женщины. Вокруг одного из рингов собралась приличная толпа. До нас доносились одобрительные возгласы и слова поддержки, но временами слышались и ругательства. Лишь протиснувшись между людьми, мы сумели разглядеть, как двое мужчин яростно дрались перед зрителями.  
«Клуб? Тим имел в виду бойцовский клуб, что ли?» — мои глаза непроизвольно расширились. 
Народ радостно загудел, когда рефери поднял руку одного из бойцов, тем самым объявляя победителя. И тут же все потеряли интерес к происходящему и быстро разбрелись по залу. Я кротко глянула на Тимофея — он выглядел взволнованным и поразительно счастливым, точно малыш, встретивший живого Санту. 
— Эй, чувак! Это ты или у меня глюки? 
Я и Тим синхронно обернулись на мужской голос. Уверенной походкой к нам приближался габаритный мужчина лет тридцати пяти с бородой и выбритыми висками, в коротких спортивных шортах и с голым накаченным торсом, полностью покрытым татуировками. Это он только что был на ринге в роли судьи. Бугай подошёл к Тимофею, и они по-дружески крепко обнялись. 
— Сколько же мы не виделись? Чёрт, да ты вообще не изменился! — мужчина эмоционально махал руками, и эта его излишняя импульсивность меня слегка настораживала. — Тебе сколько лет? Сорокет?  
Я вопросительно вылупилась на Тима. Он бросил на меня виноватый взгляд и, нахмурив лоб, ответил мужчине: 
— Типа того.  
«Что?! Очередная тайна?» — сердито подумала я, закатив глаза и сложив на груди руки.  
— Выглядишь как пацан! Реально, чувак, лет на пятнадцать моложе, — тут мужчина заметил меня — скромно хлопающую от изумления глазами. — Тимон, ты с подружкой? Позвольте представиться, Клим. 
— Ника. 
Качок приветливо улыбнулся и вновь обратился к заметно разнервничавшемуся брюнету: 
— Какими судьбами сюда занесло? 
— Мы проездом здесь. Просто гуляли и решили заглянуть. 
— Ты ещё занимаешься? — Клим шутливо ударил кулаком по плечу Тима. 
— Нет, давно бросил. Дел много, да и работа. 
— Брось, чувак, ты и сейчас любого уделаешь, — весёлое лицо повернулось ко мне, — знала бы ты, Ники, какой он был «машиной» на ринге. 
— Ника, — раздражённо поправила я. 
— Ага, — всё, что он сказал на моё исправление. — Давай, Тимон, вспомним былое. Простой спарринг, не бой до крови, как и раньше, — настаивал мужчина, что явно было не по душе Тимофею — он недовольно сверлил качка глазами.  
— Я буду твоим соперником, — неожиданно в разговор встряла смуглая девица лет восемнадцати с мелкими косичками по всей голове.  
— Чего? — выгнув бровь, уточнил Клим. 
— Я буду его соперником на ринге, — девушка ткнула пальцем в сторону Тимофея. 
Повисла напряжённая пауза, когда она встретилась взглядом с брюнетом. Мне она совсем не нравилась и её поведение тоже. Что за наглость вообще? Где её манеры? 
— Я не дерусь с женщинами, — с холодом в голосе небрежно бросил Тима. 
— Так и скажи, что испугался, — эта сучка с вызовом смотрела на моего парня, и я чувствовала, как побагровели от возмущения мои щёки. 
— Саша, не ёрничай, — снисходительно обратился к ней Клим. — Ты новичок. А твоя завышенная самооценка и чрезмерная самоуверенность не дадут преимущества в бою.  
— Струсил, короче, — развязно фыркнула девица, махнув рукой в сторону брюнета. 
От её наглости меня затрясло, как в лихорадке. Казалось, я превратилась в чайник, стоящий на плите и который вот-вот яростно закипит. Она знать не знала моего любимого мужчину, но открыто и бесцеремонно его провоцировала! У меня у самой вдруг зачесались руки, и я сжала кулаки, так что ногти впились в кожу ладоней.  
— Со мной дерись, — вырвалось у меня. 
На лице Тима смешались удивление и ужас, и он уставился на меня, не моргая. Единственный, кто был просто в восторге от данной идеи, так это Клим. Его глаза засветились неприкрытым азартом. 
— Ники, крошка, да ты боец! 
Оценивающе осмотрев меня с ног до головы, Саша равнодушно пожала плечами и кивнула, выказывая свою готовность.  
Тимофей покраснел как варёный рак и, взяв меня под руку, быстро увёл в сторону. 
— Ты с ума сошла? Вестись на подстрекательство какой-то... — прошипел брюнет и запнулся, подбирая точное слово. 
— Она прилюдно пыталась тебя оскорбить. 
— Мне плевать. Пусть цепляется к кому угодно, ты не будешь ни с кем драться. 
— Я не пойду на попятную. Это унизительно.  
Тимофей, охваченный диким волнением, выпалил: 
— Ты можешь серьёзно пострадать, не понимаешь, что ли? 
— Тима, уже поздно. Я вызвалась сама и надеру этой козе её наглую задницу, — меня начинало злить, что Тимофей совсем не верил в мои силы, и я ещё больше загорелась желанием доказать, что я чего-то стою. Парень сосредоточенно смотрел на меня, молча терзаясь в сомнениях, наверняка решив, что я окончательно свихнулась.  
Я позвала Клима, и он сопроводил меня в раздевалку. Выдал спортивные вещи, чтобы я переоделась, и помог натянуть защитный шлем и перчатки. Тимофей сел на длинную скамью и гулко выдохнул, кидая на меня нервные взгляды и покусывая губы. 
— У вас пару минут, и жду тебя в зале, — бросил довольный Клим и удалился. 
Я, боясь даже посмотреть на Тимофея, кожей чувствовала его злость. Не выдержав, он вскочил на ноги и подошёл ко мне очень близко. 
— Если с тобой что-то случится, в этом буду виноват только я, это ведь я привёл тебя сюда, — с мрачным лицом произнёс брюнет. — Я не понимаю, что это? Дело принципа? 
Я потупила взгляд в пол и, пораскинув мозгами, ответила:  
— Возможно.  
Он был прав. Это действительно стало принципиально важным для меня. Что-то глубоко затаённое и страстно желаемое наконец-то прорвалось наружу. В моей жизни и во всей нашей истории с ним я — никчёмное слабое звено, беспомощная жертва, не умеющая постоять за себя. Я больше не хочу ею быть. Не хочу бояться и робеть!  
«С меня довольно», — я была настроена решительно. 
— Не знаю, что за внутренняя борьба идёт внутри тебя, что и кому ты хочешь доказать. Но... я рядом, — очень серьёзно произнёс парень, на что я благодарно кивнула и чмокнула его в губы.  
— Я это очень ценю. 
Под тяжёлым взглядом Тимофея через несколько минут я поднималась на ринг. Вокруг уже собралась толпа зевак, слышались возгласы и смешки, и кто-то даже делал ставки — не на меня, разумеется. Я была совсем как воробей в стае ястребов. Только сейчас я ощутила настоящий внутренний мандраж — руки изрядно дрожали, что, конечно, не ускользнуло от окружающих. В этот миг я сильно жалела, что когда-то забросила секцию карате после первой же травмы. Собственно, как и все другие спортивные кружки после года-два посещений. Но отступать было поздно, и я настраивала себя на поединок, посматривая на соперницу и думая о том, что боковым зрением надо следить за её ногами и улавливать любые движения рук. В сторону парня я предпочла даже не поворачиваться — мне и на расстоянии передавалось его сумасшедшее волнение. 
При всей своей внушительной комплекции Клим легко перепрыгнул через канаты и оказался стоящим по центру небольшого ринга. Мы с девушкой подошли ближе, и мужчина продиктовал правила. 
— Ниже пояса не бить, по затылку не бить, по позвоночнику не бить. Щипаться, кусаться, таскать за волосы — нельзя. Бой не до крови, контролируйте себя. Леди? Готовы? — он поочерёдно подставил кулак в мою и Сашину сторону, и мы кивнули, в ответ ударив его по руке. 
«Я правда это делаю?» 
Взмахнув руками в воздухе, давая старт поединку, мужчина закричал: 
— Начали! 
Зрители за секунды оживились, подхватывая и поддерживая всеобщее ликование.  
— Новичок и залётная пташка — вот это веселуха! — прокомментировал кто-то.  
— Не бойся, крошка, сильно бить не буду, — злорадно процедила Саша с мерзкой ухмылкой. 
Я молчала, сконцентрированно наблюдая за девушкой, держа руки у лица в защитной стойке, чувствуя, как сердце пугающе колотилось в груди — то и дело норовило выпрыгнуть. Резкий выпад соперницы, и её кулак разрезал воздух возле моего уха. Я увернулась, и мы поменялись местами. Саша, точно дикая кошка, рьяно кинулась в бой, неистово махая руками и периодически чётко попадая по рёбрам. 
«Чёрт, как же больно», — сжав зубы, проскулила я про себя, не подавая вида. 
Она явно чувствовала своё превосходство, но по её действиям я уяснила, что ногами девушка почти не работает, и прокручивала в голове, как мне это можно использовать. Забитая в углу ринга, уходя от очередного пролетевшего кулака, я резко уклонилась вниз и успела заметить движение слева. Тогда я со всей силы ударила её ногой в живот, скользнув на пол вправо. Саша согнулась пополам и зарычала, словно обезумевший зверь. Через несколько секунд соперница выпрямила спину, её бешеные глаза метали молнии. Она думала, это будет лёгкая победа, но не тут-то было. План девушки, ещё и при свидетелях, дал сбой. Толпа неистовствовала, а серые тревожные глаза выделялись на фоне общей массы людей. 
— Сама напросилась, — прошипела Саша и кинулась вперёд. 
Завалив меня с разбегу, она тоже упала, и мы покатились по рингу, сцепившись и колотя друг друга куда придётся. Клим вмешался и разнял нас.  
— Брейк! 
Я чувствовала, как противно пекло правую бровь, а адреналин стремительно бежал по венам. Собирая по закромам всю свою режущую злость на того урода, который напал на меня, на Аззана, который всё это устроил, и на себя, за то, что позволила всему этому случиться — я устремила внимание на соперницу. Сейчас только она была ядром моей ненависти, центром моих проблем и слабостей, которые я в себе презирала. Не дожидаясь атакующих действий от Саши, я первая кинулась на неё, повалив на ринг и ловко заломив руку, отчего девушка, сжав челюсти, тихонько застонала. Все попытки ослабить мою хватку злобной анаконды не увенчались успехом, и сквозь проступившие слёзы, сдаваясь, Саша наконец ударила по рингу. 
Оглушенная удивлёнными и одобрительными возгласами, я, тяжело дыша, поднялась на ноги и посмотрела на лежащую соперницу. Она держалась за повреждённое плечо и недоверчиво на меня смотрела. Я шагнула навстречу и молча протянула ей руку. Саша опустила глаза, вновь подняла и всё же ухватилась за мою ладонь, чтобы я помогла ей встать. Клим объявил победителя, и все зеваки мгновенно разошлась по своим делам. Для этого клуба спонтанные спарринги были, по-видимому, привычным делом. 
Как только я спустилась с ринга, Тимофей сгрёб меня в объятия, словно мы не виделись десяток лет, и он сильно соскучился.  
— Я чуть с ума не сошёл, — воскликнул парень в сильном возбуждении. 
— Всё хорошо. Видишь, я цела? 
— Не совсем, — он чуть дотронулся до брови и я, почувствовав резкую боль, тут же  зажмурилась. — Бровь рассечена, но не сильно. Шить не надо. 
Эмоции начали постепенно утихать, и теперь-то я в полной мере ощущала на теле каждый пропущенный удар. 
— Эй, — окрикнула нас Саша. — Если вам двоим нужна будет помощь — я к вашим услугам, — она с уважением посмотрела на меня, разминая травмированное плечо, и задержала взгляд на Тимофее, более чем это было уместно.  
— Спасибо, — поблагодарила я, и брюнет согласно кивнул. 
Переодевшись и выслушав восторженную похвалу от Клима, я и Тим отправились домой, заехав по пути в крошечную мастерскую: теперь у нас был мобильный, с которого я тут же набрала маме, а затем Карине. Убедившись, что никто не поднимал панику и не обращался в полицию, я больше начала переживать, что подумают Аида и Феликс, когда я вернусь в их дом с разбитым лицом. Прокручивая в голове сегодняшние события, я притихла. 
— Ты этой девушке — Саше, понравился, — глядя в окно автомобиля, обронила я. 
— Что? — удивлённо усмехнулся парень. 
— Она на тебя так смотрела. Сразу всё понятно. 
Тимофей повернулся ко мне: 
— Ты не поняла, что ли?! Она Падшая. 
— Да ну? — в изумлении уставилась я на парня. 
— Да. 
«Я дралась с Падшей?! И я у неё выиграла?!» 
Тимофей, видя моё искреннее недоумение, улыбнулся: 
— Только не зазнавайся. Она недавно на Земле. Излишняя самоуверенность выдаёт. 
— Я вообще этого не поняла. Поэтому она так сильно хотела, чтобы ты был её соперником? 
— Наверное. Затеяла какую-то игру. Но зачем ты ввязалась во всё это, — парень нахмурился, — для меня большая загадка.  
Я грустно вздохнула и снова отвернулась к окошку. 
— Ты не понимаешь.  
— Ну ты хотя бы попробуй объяснить, — мягко промолвил брюнет. 
В задумчивости я глядела на тёмную дорогу, и предложения сами собой потекли из моего рта. 
— Мне просто надоело быть слабой, — открылась я парню. — Я устала от этого. И сегодня, когда очередная самодовольная напыщенная курица пыталась что-то там вякать на человека, которого я люблю, — я не выдержала. Мне было плевать, изобьют меня или нет, плевать на последствия! Но стоять в стороне я не могла. Всё, что во мне копилось всю жизнь — прорвалось наружу. Я всегда убегала от проблем, от себя самой. Всегда. Но больше я так жить не хочу, понимаешь? 
Брюнет с осмыслением серьёзно покачал головой: 
— Понимаю. 
— Ещё я думаю, что это ты на меня так влияешь. 
Парень уже привычно положил руку мне на колено, и я накрыла её сверху ладонью. Но я вправду думала, что моя зарождающая смелость была как-то связана с ним. Даже тот факт, что я влезла в конфликт Аззана и Тимофея в клубе Фейтфола — мне такое несвойственно. Тим дарил мне внутреннюю уверенность. Как? Не знаю. Но это так. 
— Я горжусь тобой, правда. Ты очень храбрая, — Тимофей нежно погладил меня по ноге, и я улыбнулась краешками губ. Всё же факт победы несколько приподнял мою самооценку. Да и за смелость меня никто раньше не хвалил — это приятно.  
Через несколько минут мы уже парковались у дома в лесу. В окне виднелась напряжённая фигура — Аида с недовольным выражением лица.  
«Предчувствую, ужин будет весёлый». 
 



Арина Зозуля

Отредактировано: 08.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться