(не)военная тайна, или Выжить в тайге и не забеременеть

Глава 27. Интуиция

Раньше я никогда не верила в предчувствие, предвидение и прочую магическую дребедень. Но сегодняшний день я не забуду никогда. 

Ко мне пришел Слесаренко, и дело вовсе не в нем. Я обиделась во второй раз на брата, потому что, кроме него, некому было больше сказать адрес моего временного проживания. Но дело, опять же, было и не в брате.

Я глянула на старинные напольные часы, видневшиеся даже в коридоре, и вышла на лестничную площадку. Скоро должен был звонить Рома, и времени было в обрез.

Разговаривать с бывшим не было никакого желания, но поставить на место этого практически бесплотного для меня человека, потому что я забыла о его существовании напрочь, было нужно.

Прежде симпатичный молодой мужчина показался мне самым настоящим малолеткой, которая только вчера попрощалась с ясельной группой. Как там говорила Вика? Золотые подгузники? Это именно про Слесаренко. 

Так я ему и сказала.

— Ты понимаешь, отец — он... он бы разочаровался во мне, — мямлил этот недоумок, — если бы я уехал так далеко. 

Как я могла на него повестись?

— Ну да, и снял бы с тебя свои золотые подгузнички, ага.

— Что? Настя, ты о чем вообще?

А я ничего не ответила. Со мной случился какой-то необъяснимый взрыв, возможно, то самое предчувствие, в которое я никогда не верила. Но сердце забилось как у испуганного зайца, живот скрутило в необъяснимом волнении, а по спине пробежали мурашки безотчетного панического страха. 

Я развернулась и, громко хлопнув дверью, забежала в квартиру, прислонилась спиной к стене, попробовала отдышаться, но ничего не получилось. 

Услышала звук телефона и тут же рванула к нему. Это было смс, увидев которое я чуть не выронила смартфон из рук.

“Настёна, жутко устал и замерз. Ты не отвечаешь, созвонимся уже завтра, в то же время. Целую)))”. 

Это был не он. 

Ну не он, и все! 

Я сразу же начала ему звонить, но абонент был вне зоны действия сети.

Прикусила губу, стараясь успокоиться, и нашла в телефонной книжке отца.

— Слушаю.

— Папа, папа, мне очень нужна твоя помощь.

Лучше пусть я окажусь чокнутой дурой. Господи, лишь бы с Ромой все было хорошо.

— Что случилось? — в голосе отца появилась сталь.

— Папа, с Ромой что-то случилось! Пожалуйста, поверь мне. Нужно срочно что-то делать.

— Наська, что за бред ты несешь? Пересмотрела «Битву экстрасенсов»?

— Он должен был мне позвонить. Сейчас, в пятом часу, и, видимо, звонил, а я была в подъезде…

— Что ты?

— Папа! А потом прислал смс, которое он не мог написать. Папа!

— Я слишком рано решил, что ты повзрослела! 

— У тебя же там есть осведомитель, узнай, папа. Еще и этот Ливанов — это же он тебе докладывал?

Отец закашлялся.

— Ливанов, о котором я думаю? Твой одногруппник?

— Только не говори, что ты не знал о нем? — Я присела на пол и прижала к груди колени, меня трясло. Трясло от страха и бессилия.

— Нет, и то, что он там, довольно странно, — задумчиво ответил отец, но это все было не то. 

Не вовремя.

— Папа, послушай меня. Пусть я окажусь неправа! Я буду рада, но поверь мне, пожалуйста, Рома должен был позвонить мне с восемьсот семнадцатого километра от заставы.  Просто проверь, у тебя это быстрее получится. Вдруг ему нужна помощь, вдруг машина заглохла? 

— Стоп! А ты сама-то на заставу звонила?

— Нет. Папа, я и правда дура, та-а-акая дура. Но я даже не узнала у Ромы, как звонить на заставу.

Глубоко вздохнула. Все хорошо. Хорошо. 

Ни черта не хорошо.

— Успокойся, я позвоню.

Отец положил трубку, а я уставилась на циферблат часов: почти половина пятого. 

Принялась отсчитывать секунды, вынимающие из меня душу. 

Одна. Вторая. Пятая. Девятая. 

Раздался бой часов, оповещая о том, что минутная стрелка сейчас находится на половине.

Телефон завибрировал в ладони, и я вздрогнула. 

— Ну что?

— Не вернулся еще твой Калинин. Ни его, ни его машины на заставе нет.

— Папа, отправь кого-нибудь за ним.

— Настя, что за бред, как я могу отправить кого-нибудь за ним? Они не мои подчиненные, у них свой начальник имеется.

— С которым что-то случилось!

— Наська, не истери!

— Папочка, миленький, я тебе все прощу! Хочешь, фамилию обратно верну, но только помоги мне, пожалуйста. Я… — слова пропали, потому что я захлебнулась слезами. — Я не знаю, как это объяснить, не знаю, но то, что он написал, — это не он! Понимаешь? Он никогда не называл меня Настёной, никогда! Это не его слова! Не его смс! Не его!