Незабываемая мечта

Размер шрифта: - +

Глава 3

Катена и Мари со смехом воспринимают новость о том, что их доктором теперь буду я. Олег обводит нас непонимающим взглядом, ведь я тоже улыбаюсь, хоть всеми силами стараюсь скрыть это. Интересно, он потом завалит меня вопросами? Ох, надеюсь, что нет.

Нас официально представляют, девочек просят быть спокойнее и не вытворять глупости, и доктор оставляет нас втроем наедине для дальнейшего знакомства. Ага, ага, скорее болтовни. Познакомились мы ночью, а еще узнали о друг друге достаточно много, чтобы теперь чувствовать себя не такими уж и чужими людьми, пусть и совсем мало знающими друг друга.

- Ты уже вчера знала, что будешь нашим врачом? - интересуется Мари с улыбкой.

Она не злится, Катя тоже сидит на постели и болтает ногами из стороны в сторону. Так глянешь на девочек и не скажешь, что они проходят лечение в закрытой клинике. Даже ночные истории на какой-то момент кажутся сказкой. Вот только я врач, психолог, пусть и начинающий, а у них приличные проблемы.

- Ага, - соглашаюсь я. - Поэтому и побежала за вами. Знала, что вы любите творить безумства. А мне за вас отвечать, да и как бы мы познакомились, если б вы смылись от сюда?

- Ты хоть отдохнула? - косится в сторону дверей Марина.

- Ну, как сказать, я уснула на диване, и Олег меня разбудил. Вышло неловко, но вроде выговора избежала. Даже кофе успела выпить и умыться.

- Олег? - сощуривает глаза девочка.

- Олег Сергеевич, - поправляюсь я, отводя глаза в сторону. Неловко получилось. Сомневаюсь, что такое обращение тут приветствуется. Я же принижаю главврача в их глазах.

Девочки переглядываются, но, к счастью, не развивают тему. Удивительно, но такие маленькие человечки оказываются понятливее многих взрослых и состоявшихся людей. Они понимаю, когда лучше промолчать, а когда нет. Эта единственная ночь нас невообразимо сблизила, и теперь нам в разы проще общаться. А значит и моя практика пройдет на высшем уровне.

За следующие две недели я узнаю о них больше и больше. Катя открывается легче, ей нужно выговориться, поделиться своими секретами и тайнами. Ей не хватает заботы и любви. И куда смотрят ее родные? Она тянется ко мне и Мари, будто никого ближе и нет.

А вот Марина оказывается куда сдержаннее и взрослее. Она тоже рассказывает о себе, но может просто замолчать и надолго уйти в себя, потом очнуться и с улыбкой начать рассказывать дальше уже совсем другую историю. Вернее, она будет той же, но какое-то детали и чувства станут иными. Это чувствуется при общении, когда что-то не договаривают, просто не хотят.

Девочка настолько разные, что передать сложно, но в то же время на долю обеих выпала нелегкая судьба. Они тянутся друг к другу как магниты противоположных полярностей. И я оказалась рядом с ними случайно, но так легко влилась в дружбу, что это могло бы испугать.

Девочки больше не сбегали, мне удалось убедить их вести себя спокойнее. Зато мы с ними регулярно выходим на прогулки во двор. Болтаем и гуляем. А еще я позволяю им выходить за территории, пока никто не видит, само собой. Если Олег узнает, он мне голову оторвет, но только так мне удалось заключить с девочками компромисс.

А еще Олег Сергеевич дает согласие отпустить Марину и Катю домой на выходные. И у нас созревает грандиозный план - устроить девичник. Катенина мама ничего не имеет против, предлагая остаться у них на ночь. Она все равно большую часть времени проводит в компании, но будет рада познакомиться с нами всеми даже поздно вечером. И еще мне кажется, что она просто на просто боится сама оставаться с дочкой в большом доме. А оставлять ее одну – тем более. Все же три попытки самоубийства – совсем не мало.

Девочки отправляются домой в еще пятницу вечером. Я же присоединюсь к ним позже. У меня эта суббота дежурная - мне нужно до обеда быть в клинике. Помимо девочек я помогаю и с другими пациентами. На днях к нам поступила очень тяжелая девочка. Ей поставили диагноз - шизофрения. Для такого маленького человечка - это ужасно. Все препараты очень токсичны и опасны, поэтому периодически ей нужно ложиться на обследование. Лекарства помогают ей справиться с галлюцинациями, но медленно убивают.

Она много рассказывает о том, что видит животных, а еще буквы и цифры, которые говорят с ней. Некоторые из них хорошие и практически не доставляют неудобств. Другие же говорят ей делать дурные вещи, например, ударить кого-то или порезать себя. Я в ужасе слушала все это. Нет, я понимала, куда иду работать, но это настолько ужасно и безнадежно, но после первого посещения я еще долго сижу и просто смотрю в окно, чувствуя, как трясутся руки.

Олег лично занимается лечением девочки, но мы все стараемся хоть как-то ему помочь, изучая этот вопрос. Даже я уже проштудировала несколько энциклопедий и научных работ ученых из Америки. Детская шизофрения – очень редкий диагноз, и справиться с ней трудно, так как ребенок не может полноценно развиваться. Даже если она вырастет, то остаться полностью адекватной будет очень сложно.

Сегодня я одна проведываю девочку. Она достаточно сообразительна для семилетнего ребенка, отлично понимает, что больна и что не все, что она видит правда. Я делаю заметки в истории болезни, что плохие цифры ушли, как и кот, который подговаривает ее бить других детей. Это очень важно, потому что надо контролировать дозировки лекарств, чтобы они не в сильно мере повреждали ее организм. Некоторые можно будет исключить на время, у других снизить дозы, а третьи наоборот начать давать… Иначе ей никак не справиться.

Олег приезжает за пару часов до конца моей смены. Он внимательно слушает об улучшениях, вздыхая. Для нас все очень важно добиться хоть небольших улучшений у малышки. Тогда мы сможем отпустить ее домой, к маме, которая не отказалась от ребенка, а продолжила заботиться. Работать с детьми сложнее всего - они не всегда могут объяснить, что их беспокоит. И их всегда безумно жаль…



Касандра О'меил

Отредактировано: 06.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться