Незажженная свеча

Размер шрифта: - +

XVII

Был уже самый конец октября, но снегом и не пахло, хотя по ночам начало ощутимо подмораживать. Все, кроме виргинской сирени, росшей вдоль соседского забора, давно облетело, на сирени тоже колыхалось по пять-семь пожухлых «лягушачьего» цвета пятнистых листьев. И было на улице болезненно сыро, мерзко и неуютно: осень выдалась ветреная, по ночам ветка американского клена, которую у Макса все никак не доходили руки спилить, постоянно колотилась в окно, мешая спать. На работе опять возникла задержка с поставкой леса: пересчитав вчера свою наличность, Макс решил, что в ближайший месяц ни пиво с рыбкой, ни другое какое-либо питание, кроме картошки и круп, причем без мяса, ему не по карману.

Впрочем, пиломатериалы все равно плохо расходились – почти все стройки, что частные, что государственные, в области стояли. Брали только горбыль на дрова.

Вчера он договорился на визит того самого одногруппника (или просто технарского друга, этого Макс не помнил) Ахмелюка, которого замучили навязчивые сны об армии. Самому Максу армия почти не снилась – только в первые месяцы после дембеля два-три раза в месяц снилось что-то на армейскую тематику, и далеко не всегда его в этом сне снова забирали или уже забрали топтать плац. Сегодня утром друг все-таки пришел, точнее, приехал на каком-то покоцанном универсале явно девяностых годов. Он представился Валентином и был немногословен: всю свою проблему изложил, что ладно там, это логично и понятно, снится армия и пусть себе снится, но не каждую же, черт ее подери, ночь – доконало конкретно. Особенно если учесть, что хорошего о ней вспомнить абсолютно нечего.

Примечательно было еще и то, что разговаривать в доме визитер не пожелал. Макс, который был дома не один, вздохнул с облегчением и предложил прошвырнуться по улицам, так как на ходу говорится намного легче. Комолов согласился. Однако, Макс уже на второй минуте разговора выяснил, что собеседник настроен по отношению к нему самому и его методу лечения крайне скептически.

- Нет, - сказал Макс, - если ты (а они сразу перешли на ты) так сразу настроен, то маловероятно, что у тебя это вообще получится.

- Ну вот, и вся суть…

- Ну, чисто логически ты же допускаешь, что такое возможно? Знаешь же физиологию мозга во сне хотя бы в самых общих чертах…

Валентин слегка смутился.

- Знаю.

- Значит, и такая вероятность – осознать во сне, что ты спишь, существует?

- Теоретически да…

- Если бы у тебя это хотя бы раз получилось случайно – а это у многих людей несколько раз в жизни получается само по себе – ты бы сказал, что и практически, но ладно. Не веришь – не верь, тем паче что в твоем случае существует еще один путь.

- Так можно в любую ахинею уверовать.

- В чем-то ты прав, - согласился Макс, - но когда ты спишь, ты ведь себя не обманешь, верно? Во сне из тебя лезет все то, что ты хотел скрыть наяву.

Комолов промолчал.

- Так что оставлю это чисто на твой откуп. Хочешь – пробуй, не хочешь – нет. В любом случае, попробуй представить себе, что такое возможно.

- Но зачем?

- Поймешь, что это существует. Ты пойми, - Макс вынул сигареты, - это не секта, не религия, не какой-то закрытый клуб посвященных. Здесь ты можешь анализировать это явление наедине с собой. Никто ничего не требует от тебя. Но что до твоих армейских снов – здесь есть и другой путь.

- Какой? – покосился Комолов.

- Просто увлекись чем-нибудь. Сильно. Только не бухлом и не прочей какой-нибудь хренью, типа расширяющей сознание, а на деле его еще сильнее сужающей.

- Поясни. Дай закурить, Макс, кстати.

- Ты же вроде не куришь.

- Редко. В армии все скуриваются. Или почти все.

Макс протянул ему пачку. Комолов закурил и продолжил:

- Так вот, я о чем? Мне просто нужно что-нибудь, чтобы я перестал думать, что со мной случилось что-то… не то, что должно было случиться.

- Ты никогда не перестанешь так думать и не вини себя в этом.

- Почему?

- Потому что армия – вещь не для всех. Не могут быть чисто физически все или даже почти все мужики предназначены для военной службы. Призывная армия – вещь весьма сомнительной полезности, потому что мощная армия – это, конечно, хорошо, но вот тебя служба интересовала, скажи, только честно? Вижу же, что нет. И меня – нет. А из-под палки никогда ничего хорошего не получается. Стало быть, в армию идти надлежит только тем, кто увидел для себя призвание быть воином. А система сочла, что побывать солдатом должен абсолютно каждый мужик, и гребет туда всех, невзирая на психологическую и ментальную предрасположенность, пардон за мудреные слова, вот и забрала и тебя в том числе, даже с учетом того, что ты туда идти и не должен был – вон, у тебя спина колесом, что ты там забыл, какой из тебя солдат? Значит, с тобой случилось то, чего при правильном раскладе вещей не должно было случиться. Виноват не ты. Расслабься. Ты ничего плохого не сделал. Это еще и они тебе должны после такого, но никак не ты им. Ты же вот не считаешь, что каждая женщина непременно должна родить?



Федор Ахмелюк

Отредактировано: 17.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться