Незажженная свеча

Font size: - +

I

Впервые за много дней утро было серым и прохладным. Казалось, собирался дождь, которого давно уже просила иссохшаяся земля, но даже при полностью затянутом небе шансы на него казались призрачными. Половина седьмого утра. Серые Воды всегда просыпались поздно, за исключением промзоны. Так было и тут, в самом глухом, северо-восточном углу города, на Кувецком поле, бывшем когда-то отдельным селом.

Кот свалил с тумбочки книжку, и та беспомощно валялась теперь на полу. В углу мигал синим глазком системный блок компьютера: поставив скачиваться фильм, его владелец взял книжку, но буквально через пару минут провалился в сон. Экран сумевшего удержаться на тумбочке мобильника показывал 6:38 утра: такова была привычка – всегда держать часы спешащими на несколько минут, дабы не опаздывать.

Внезапно часы на экране исчезли и появился длинный ряд цифр, а динамик телефона взорвался душераздирающим скрипом: его владелец телефона нашел в какой-то библиотеке звуков и поставил на вызовы от незнакомых номеров, дабы инстинктивно сбросить вызов – на незнакомые номера, как он неоднократно убеждался, лучше вообще не отвечать.

Но в этот раз привычка его подвела: сонно протянув руку за истошно скрипящим мобильником, он нажал совсем не ту кнопку, которую бы следовало.

- Да, - пробормотал он.

- Не спишь? – раздался из трубки смутно знакомый женский голос.

- Нет, конечно, уже обедать собираюсь! Вы кто и зачем звоните в такую рань? – сердито проворчал он, спуская с дивана ноги и отыскивая на ощупь тапки. – И откуда у вас вообще мой номер?

- Это Иветта, - объяснил голос.

- Номер сменила, что ли? – уже менее сердито спросил он, поднимаясь с дивана.

- Да, давно уже!

- Что случилось?

Просто так, по желанию левой пятки, Иветта в такую рань не позвонит, да и никто, кто его знает, не позвонит: таких людей Егор Ахмелюк в кругу общения надолго не задерживал – подобная бестактность выводила его из себя гораздо сильнее, чем многих других людей.

- Слушай, - проникновенным голоском забормотала Иветта: она умела, когда нужно, говорить так, что дальше на нее сердиться было просто невозможно, - я застряла!

- Опять сапоги на размер меньше купила? – фыркнул Ахмелюк. Когда-то уже было с ней такое.

- Нет, я на машине…

- На машине? – удивленно переспросил Ахмелюк. – На какой?

- На своей!

- У тебя машина есть? – еще более изумленно спросил он. – Откуда?

- Оттуда же, откуда и у всех! Слушай, ты можешь приехать и посмотреть, что с ней? С меня…

- Не надо ничего с тебя, - проворчал он, вспоминая, куда вчера вечером зафундолил носки. – Жди, сейчас приеду. Посмотрю хоть на твою машину. Где ты?

- На Георгиевской.

Улицу Георгиевскую водители-чайники просто обожали: ровный асфальт, широкая полоса с твердыми обочинами и довольно слабая загруженность. Зачем на такой маловостребованной улице отличная дорога – никто толком не знал, так как никаких важных учреждений там не было, и улица служила лишь «запасным путем» (потому что добираться до собственно места назначения по ней было не слишком быстро и удобно) к набережной и стоящему поблизости от нее ресторану, двум ночным клубам и прочим увеселительным заведениям.

С Кувецкого поля добираться до Георгиевской улицы было недолго, и через двадцать минут Ахмелюк на первой скорости ехал на своем метисе «Ижа-412» с инженерной мыслью работников «экспериментального автомобильного завода» в соседнем городе, внимательно выглядывая, что творится на обочинах. Он проехал вдоль всей улицы, но ни одного автомобиля, мигающего аварийкой, не встретил, и пришлось ему вновь схватиться за телефон:

- Ты уехала уже, что ли? – спросил Ахмелюк.

- Нет! – раздраженно буркнула Иветта. – Ты что, мимо меня проехал?

- А аварийку включить религия не велит?

- Я включала, - жалобным тоном протянула она, - но она не включается.

- А что-нибудь вообще включается? – переспросил Ахмелюк. – Ну, печка там, дальний свет…

- Как я тебе днем определю, горит ли у меня свет?

- Иветта, - прорычал Ахмелюк, - твоего инструктора по вождению я придушу голыми руками. Он тебе не сказал, что на свете существуют контрольные лампы, которые специально для этого на приборную панель прикручены?

- Что-то говорил, но я…

- Пилила ногти, все понятно.

- Не заставляй меня включать феминистку.

- Чего тебе включать? Ты и так. Так как твоя карета выглядит? – спросил Ахмелюк. – Марка, модель, цвет, желательно еще и номер.

- Синяя девятка. Номер – восемьсот пятнадцать…

Посмотрев в зеркало заднего вида, он заметил вдалеке, где улица начинала скрываться из виду – она имела дугообразную форму – стоящую на обочине синюю «девятку». Ахмелюк развернул свое авточудо и покатил назад, попутно вспоминая, не вынимал ли он для какого-нибудь дела из багажника буксировочный трос.



Федор Ахмелюк

Edited: 17.01.2019

Add to Library


Complain