Нежданное Рождество

3

Мы шли рядом друг с другом по заснеженной улице: я глядела то по сторонам, то на Севу. Парень сунул руки в карманы пальто и смотрел по сторонам, словно что-то выискивая взглядом.

Я же любовалась сразу всем: и моим спутником, и потрясающе украшенным посёлком. Во многих окнах занавески не были занавешены, и можно было смотреть на украшения, что стояли на подоконниках.

Заборы здесь у всех были невысокие, с редкими широкими белыми или коричневыми штакетинами, так что можно было также наблюдать за жизнью людей и убранством дворов. У кого-то росли на участках ёлки, и тогда, сколько бы их ни было, на каждой красовались сверкающие огоньки гирлянд и украшения - скромные, не вычурные и милые. Мы остановились около одного дома и долго рассматривали ёлочные игрушки.

- В Финляндии принято использовать природные материалы, - пояснил Сева, глядя на ёлку, а не на меня. - Пластик считается нехорошим материалом, и им можно накликать бедность. Так что на праздничной ёлке ему не место, - он посмотрел на меня, и я смутилась от того, как горели детским восторгом его глаза: да, он любил эти места и любил Рождество. Ведь здесь, кажется, отмечали именно его, а не Новый Год.

Я тщательно рассмотрела каждую игрушку: деревянные олени, вырезанные не очень аккуратно и подвешенные на войлочную верёвочку, раскрашенные шишки, некоторые из которых собраны в затейливые букетики, соломенные веночки с вплетёнными цветными лентами, крупные орехи, также интересно обыгранные, палочки корицы  - всё действительно было из натуральных материалов и смотрелось на ёлке очень симпатично, по-домашнему и оригинально. На кончиках еловых лап красовались сделанные из керамики, дерева и войлока маленькие птички и очаровательные ангелы.

- Птицами украшают, чтобы обеспечить себе долголетие, - проследив за моим взглядом, пояснил Сева. - А ангелов вешают - чтобы Вселенная и сами ангелы помогали в новом году во всех начинаниях.

Он говорил так здорово: и не умничал, а выходило интересно и познавательно. Он рассказывал мне об обычаях словно невзначай, как бы между прочим, и это ужасно импонировало мне, как и всё, что было вокруг.

Эти украшения можно было рассматривать часами! Хоть и непривычно для глаз - у нас магазины словно соревновались, кто больше намотает на искусственные деревья блестящей мишуры, приправленной цветными пластиковыми шарами.

Впрочем, шары здесь тоже встречались, хоть и не у всех. Наверно, они были стеклянными. Чем-то напоминало ёлки с архивных фотографий моей семьи: тогда не было засилья пластика, и игрушки делали из стекла. Но они стоили дорого, служили недолго, и потому вешали грецкие орехи с расписанной скорлупой, мандаринки, конфеты в ярких обёртках и даже сушки с маком.

Я улыбнулась, вспоминая детство: конфеты на ёлку тогда тоже любили вешать, и мы с двоюродными братьями вечно воровали их. Было здорово!

- Мы в детстве воровали с ёлок конфеты, - призналась я.

- Все воровали, - улыбнулся Сева. - Кстати, здесь тоже вешают конфеты, только не на улице. Придём домой - покажу! В гостиной всегда стоит огромная ель.

Это показалось мне таким милым: прозвучало, словно у нас общий дом, мы живём вместе и всё, что происходит сейчас - обычное дело. Мы вернёмся домой, и он покажет мне конфеты на нашей ёлке...

- Хорошая традиция, - заметила я.

- Мне тоже нравится.

И он замолчал. А мне так нравилось слушать его голос! Он очаровывал ничуть не меньше, чем здешнее Рождество!

- Расскажи ещё что-нибудь, - попросила я, мило улыбнувшись.

- Легко, - улыбнулся Сева, и мы пошли дальше. - Смотри, окна украшены, видишь? - он указал мне на особенно красивое окошко. На подоконнике стоял огромный соломенный олень, украшенный жёлтыми огоньками, над ним на стекле красовались витражи, изображающие тучи, луну и снегопад. Там же, на подоконнике, стояла небольшая ёлочка в горшке, щедро украшенная золотыми шишками. - Считается, что в этот праздник гномы разгуливают по улицам. Они тихонько заглядывают в окна домов и наслаждаются красотой. Чем довольнее останутся увиденным гномы, тем больше удачи и всяких приятностей приготовят они жильцам дома в грядущем году. - Он говорил об этом так тепло и тихо, словно делился сокровенным секретом, будто и сам верил, что гномы будут ходить по этим улочкам и смотреть в украшенные окна. - Если зашторить занавески - гномы могут обидеться. Они - открытый, добрый народ и не любят скрытных людей.

Я слушала с интересом и даже взяла парня под руку, до того было хорошо на душе от этого предпраздничного настроения.

- Смотри! - Сева указал на Санта Клауса, что стоял у кого-то на открытой веранде. - Это Йолупукки. А рядом с ним деревянный козлик - это какая-то древняя фишка, но я не помню подробностей, - виновато улыбнулся он.

- Ты - и не помнишь? - рассмеявшись, поразилась я.

- Да, - кивнул он, тоже засмеявшись. - Я не специалист. Мне просто нравится всё это, - но обвёл свободной от меня рукой вокруг. - Эта маленькая Финляндия мне нравится куда больше настоящей. Здесь нет толп туристов, нет множества лавок с сувенирами и сладостями... Один минус - здесь приходится готовить глёг самим, его не купить на каждом углу, как там... Но здесь душевней. Реально как в сказке! - он посмотрел в небо и заметил, видимо, что оно чистое и на нём много звёзд. - Пойдём к лесу, там тоже красиво, но по-своему!

Я согласилась. Этому парню я стала безоговорочно доверять после общения с тётей Шурой. Раз она считала его за своего, то и мне стоило.

Мы свернули на ближайшей развилке и побрели направо.

Посёлок оказался больше, чем я думала, и, признаться, мы так хорошо шли, что я была бы рада, если б дорога оказалась кольцевой или в форме знака бесконечности. Тогда бы мы так шли и шли, было бы красиво, уютно, а из домов слышались бы мех, пение или просто музыка.

Но дорога была самой обычной, и скоро она привела нас на опушку леса. Мы поднялись на пригорок, до куда была расчищена дорога. В лес она не вела. Судя по следам, грейдер дошёл до первых деревьев и развернулся.