Ничего личного

Часть 1. "Идентификация". Октябрь-декабрь.

Октябрь

До конца второго тайма – что-то около десяти минут. На табло «ДеМартин Стэдиум» горит 2:1 в пользу гостей, но болельщики, заполнившие все свободные места, отчаянно подгоняют своих вперёд. За всё время, проведенное в Ист-Лансинге, я лишь однажды видел такой аншлаг – в нашем матче против Университета Мичигана. Каждый год мы играем с ними одну встречу в рамках своей Конференции, поочередно меняясь полями. В этот раз будет наша очередь – может, и ещё один аншлаг соберем.

Последний год обучения. Последний шанс, последняя возможность уцепиться за собственную мечту. Хотя мечта-то, что уж там говорить, грошовая… Десятки скаутов, вопреки всем правилам, оккупируют кампус, ежедневно наблюдая за тренировками и играми, выискивая будущих звёзд. Каждое движение проанализировано, каждое набранное очко внесено в протокол, каждый тачдаун или слэм-данк уже поражает воображение потенциальных работодателей, набирая просмотры на Ютьюбе. Чем лучше твоя личная статистика прямо сейчас – тем больше будущие цифры в контракте. Но… Это там, где в центре внимания мяч оранжевый и круглый, либо коричневый и овальный. Или же вообще шайба.

Матчи сборных - это всегда привлекает повышенное внимание. Неважно, какой возраст, неважно, какой статус. Заверните любое спортивное событие в звёздно-полосатый флаг, и вы сумеете продать его в несколько раз дороже. 

Детство в Детройте и отцовская философия наложили-таки отпечаток. Считать деньги в чужих карманах – не лучшая привычка, знаю. Тем более что, в отличие от большинства других студентов, кредит за обучение не висит на мне тяжким бременем… Но ладно, бросьте, в конце концов, вы не сможете обвинить меня в жадности. Никто не может сказать, что Джоэл Маршалл – жлоб, я вам гарантирую. Хотя бы из-за моей детской наивности в выборе вида спорта. Судите сами: минимальный контракт новичка в НБА составляет пятьсот двадцать пять тысяч в год, в НХЛ – почти миллион. Самый маленький контракт в НФЛ – честно, вам лучше даже не думать об этих цифрах. И, в качестве десерта, – базовая зарплата новичка в главной лиге соккера составляет пятьдесят тысяч за первый сезон.

Первую любовь не выбирают. Спасибо вам, Брайан Макбрайд и Лэндон Донован. Возможно, если бы не ваши голы Мексике в плей-офф того азиатского чемпионата мира, я бы потратил последние четырнадцать лет на что-то более перспективное.

Розыгрыш возле углового флага, навес в центр штрафной площади, кому-то из игроков удаётся оторваться от опеки и, высоко выпрыгнув, кивком головы отправить мяч точно в дальний угол ворот. Судья свистит и указывает на центр, но девчонки ещё какое-то время празднуют, как и две с половиной тысячи поддерживающих их болельщиков на единственной трибуне. Мы с парнями, стоя в стороне, тоже хлопаем и радуемся, ведь женская сборная США U-17 сравнивает счёт в товарищеском матче против сверстниц из Бразилии. 

Но даже такой смехотворный (нет, ну это, конечно, больше, чем журналистом, но всё же) для лиги высшего уровня контракт ещё нужно заработать. Кто-то сказал, что успех – это всего один процент таланта, а всё остальное достигается только упорным трудом. И в своём последнем сезоне за «Спартанцев» я лучше, чем когда-либо вообще. Этой осенью я тренируюсь, как проклятый. Каждую неделю – место в основном составе. Каждую игру мой соперник по флангу может быть уверен, что всё закончится его досрочной заменой. Я иду за своей мечтой, какой бы нелепой она не казалась. Я – чертов Леброн Джеймс, я – грёбаный Брайан Доукинс. Восемь побед в тринадцати матчах, и в семи из них победные голы забивались с моим непосредственным участием.

Примерно половина зрителей, ликующих сейчас на трибуне, не видели ни одной игры «Спартанцев». Формула успеха сегодня  – это талант и труд, возведённые в степень пиаром. Популярность, имидж, эффектность – вот что действительно открывает дорогу в высший свет. Мы – всего лишь незрелые маркетинговые продукты, которые лига постарается подороже продать своим спонсорам и зрителям. Если ты никому не интересен, то у тебя нет шансов. Именно поэтому МЛС – это коктейль из стареющих европейских звезд и ярких южноамериканских парней.

До конца сезона ещё как минимум семь матчей. До Супердрафта – три месяца. Либо сейчас, либо никогда. На следующий день после товарищеского матча сборных мы разрываем Кливленд со счетом 4-0, и я делаю очередные голевые передачи на глазах у пары сотен зрителей. Статистика – одна из острых граней успешного образа. «Верь в себя, сынок, и у тебя всё получится». И когда Дэймон, кажущийся взволнованным, перехватывает меня на пути с поля в раздевалку и просит задержаться, чтобы встретиться с кем-то – я чувствую себя абсолютно готовым.

Мы пересекаем поле и останавливаемся у ограждения, наблюдая, как пожилой человек в темно-сером пальто неторопливо спускается с трибуны.

– Отличная работа, мой друг! Прекрасно! Просто прекрасно!

Раньше мама часто повторяла, что первое впечатление – самое верное. Нужно лишь внимательно рассмотреть лицо незнакомца при встрече, ещё до того, как он заговорит – и сразу можно будет понять, какие у него намерения на твой счёт. «Слова, сынок, они как туман, обволакивающий и прикрывающий истинное обличье говорящего. Они способны запутать тебя, сбить с толку, и если ты не хочешь, чтобы тебя обдурили – просто сразу смотри незнакомцу в лицо. И ты всё поймешь». 

Впрочем, у мамы есть множество теорий на любые темы.  И да, разумеется, доктор Лайтман – один из её любимых героев. Где-то между доктором Хаусом и доктором Кто.

– Джоэл, знакомься, это – мистер Тревис Айден, – Дэймон выпрямляет спину и напускает на себя важный вид, чтобы мы не забывали, кто главный в этом кампусе.