Ничего личного

Размер шрифта: - +

Часть 1. "Идентификация". Январь.

Январь

По всему полю расставлены оранжевые и синие конусы, датчики движения, напоминающие взбесившиеся светофоры, и маленькие серебристые цифровые камеры на трёхногих штативах. «Любое неверно сделанное движение может быть использовано против вас на драфте» – пытается разрядить обстановку Мэттью, один из старших тренеров национального тренировочного центра в Лос-Анджелесе, специально приглашенный Лигой на этот сбор. Здесь и сейчас он – самый главный. Как и у каждого из нашей группы, на его руке закреплен пластиковый браслет – перед тем, как начать очередной тест, нужно провести им перед датчиком, который зафиксирует данные и начнет отсчет времени на попытку.

«Никто не давит, парни, но каждому из вас не стоит забывать, что тут есть ещё пятьдесят девять претендентов. Шевелитесь».

Шестьдесят здесь, двести пятьдесят в общей сложности. Этот Супердрафт обещает стать одним из самых напряжённых, как и сборы перед ним. Шесть дней, чтобы проявить себя, ещё четыре – чтобы кто-то из больших боссов принял решение. Эти январские каникулы не обещают ничего, кроме стресса, и я рад, что мама не решилась поехать с нами.

«Всё будет очень просто, мой друг. Делай всё, что тебе говорят, лучше, чем другие – даже тогда, когда не можешь».

Первый день – и мы словно подопытные в огромной лаборатории. У всех одинаковая тёмно-синяя форма и белые кроссовки. Мы нервничаем и чересчур пафосно подбадриваем друг друга, пока нас вновь и вновь измеряют и гоняют от одной тренировочной станции к другой. Как высоко ты прыгаешь? Как точно ты отдаешь пас? Насколько ты ловок? Лига пытается копировать своих старших сестёр – НХЛ, НБА, НФЛ – отбирая только лучших атлетов. Все эти опыты над кучкой кроликов, гонящихся за призрачной морковкой на горизонте... Не факт, что условные Месси или Джовинко вышли бы из этой мясорубки победителями – выглядит всё так, будто Лиге нужнее парни вроде Дрогба или Халка.

Вечером, после тестов, тренеры разбивают нашу группу на четыре команды – теперь все знают, с кем и когда придется играть в ближайшие дни. Эта ночь, пожалуй, самая нервная – мы пытаемся лечь спать, зная, что уже завтра главные тренеры и ведущие скауты всех клубов Лиги будут смотреть за каждым действием, мысленно приклеивая к нам ярлыки и ценники. «Номер семнадцать на дистанции выглядит явно быстрее, чем номер двадцать шесть. Номер восемь – самый выносливый, и тесты это подтверждают. Номер тринадцать хорошо реагирует на удары, стоя на линии, но неверно выбирает позицию при выходе из ворот – нужно будет работать над этим». На каждого создаётся характеристика, заново раскрывающая личность игрока. Мы оцифрованы и внесены в общий файл, как в футбольном менеджере. И этот процесс – самый важный в наших, пока ещё несуществующих, профессиональных карьерах.

Идентификация.

На следующее утро мы получаем новую форму. Красные, жёлтые, белые и синие – «Хаос», «Контроль», «Фокус» и «Нитро». Карнавал красок на искусственном вечнозеленом поле, под тяжелыми тучами и при температуре ниже сорока пяти градусов по Фаренгейту. Мне достаётся белая футболка, и в комплекте с ней – всё тот же Мэттью. Мы улыбаемся и перебрасываемся шутками напоказ – «это хороший знак, парни, всё о'кей, главный с нами». Самое смешное заключается в том, что каждый из нас хоть немного, но действительно верит в это.

Почти целый час наш новый тренер показывает простые схемы на интерактивном экране и объясняет то, что мы и так знаем наизусть. Три игры – три тактических рисунка. 4-4-2, 4-3-3, 4-5-1. Как ни крути, но сумма в этих формулах постоянно равна десяти – а это значит, что пятерым из нас предстоит остаться в запасе. Знаете, иногда мне кажется, что вратарём быть не так уж и плохо.

«Шанс проявить себя будет у каждого, не переживайте».

Ага.

«Не бойтесь импровизировать».

Ага.

«Вы должны отработать на двести процентов – за себя и за тех, кто с вами команде».

Звучит красиво. Вот только матчи на просмотровых сборах – это не просто обычная тренировка или даже игра чемпионата. Соперник здесь не только тот парень, на котором футболка другого цвета. Все, кто выходит на поле вместе со мной – мои прямые конкуренты за место в Лиге. Мы – команда, в которой каждый сам за себя. И все наши проблемы начинаются как раз из-за этого. Там, где лучше сразу расстаться с мячом, мы идем в обводку. Удар из неудобного положения оказывается предпочтительнее паса на пустые ворота. Парни идут в такие стыки, что кто-нибудь вместо МЛС может оказаться в инвалидной коляске, если судья не включит режим педантичного берсерка.

«Знаешь, мой друг, почему такие мероприятия называют «комбайнами»? Потому что они перемалывают тех, кто в них участвует, оставляя только самых крепких. Ничего личного – таков футбол».

В таких играх исход решают либо индивидуальности, либо тренер. Один из немногих, кто излучает спокойствие и уверенность на поле – форвард «красных», высокий чернокожий парень из Сиэтла, участник программы «поколение Адидас». Той самой, через которую прошли Клинт Демпси, ДаМаркус Бисли, Джози Алтидор… Короче говоря, этот парень – кажется, его имя Кайл – вошёл в десятку лучших игроков страны, которых опекает сама лига и один из её главных спонсоров. Для него эти сборы – просто очередное маркетинговое мероприятие. Он чувствует превосходство, потому что уже не боится за своё будущее. Это высшая каста, практически гарантированное подписание не позже десятого пика первого раунда Супердрафта – собственно говоря, ради таких вот игроков клубы и совершают сделки по обмену правами выбора.



Алекс Кипер

Отредактировано: 16.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться