Ничего не меняется

Дуэльный клуб

А наверху — всё пески да точки,

Овалы, клетки, щенки химер,

Ты не попал в них настолько точно,

Что аплодировал весь партер.

Дуэльный клуб подкрался незаметно: вчера, вроде бы, еще и слухов о нем не ходило, а вот уже объявление, и первое собрание — прямо сегодня. Мнения слизеринцев по поводу того, чего ждать от клуба, разделились. Одни надеялись, что эти занятия возместят им то, что они не получают на уроках Защиты, напоминали о присутствующем в школе мастере-дуэлянте профессоре Флитвике и смотрели в будущее с оптимизмом. Другие были настроены скептически. Они думали, что клуб организован исключительно для того, чтобы отвлечь всех от нападения на Колина Криви, а то, что выдумано впопыхах и является вынужденной мерой, полезным обычно не бывает. Гермионе хотелось бы примкнуть к первой группе, она очень-очень старалась, но весь позитивный настрой ей перед самым собранием сбила Дафна, напомнив, что в Хогвартсе, кроме всеми уважаемого Филиуса Флитвика, присутствует еще один... мастер. Красивый такой. Интересно, какую мантию он сегодня выберет.

Мантия была лиловой. А тренером в Дуэльном клубе действительно оказался профессор Локхарт. Энтузиазма эта новость ни у кого не вызвала, но когда выяснилось, что ассистировать ему будет профессор Снейп, слизеринцы слегка повеселели, надеясь, что в этом случае из собрания можно будет извлечь хоть что-то полезное. Все остальные, напротив, загрустили окончательно.

Гермионе же больше всего хотелось развернуться и уйти, чтобы не видеть, как Гилдерой Локхарт в очередной раз окажется не в состоянии справиться с тем, за что сам же и взялся, но она понимала, что без сопровождения уходить не стоит. Стояла. Смотрела. Ждала. Усмешка, появившаяся на лице декана, не предвещала ничего хорошего Дуэльному клубу вообще и его организатору персонально. Гермиона заподозрила было, что он заготовил какое-нибудь особенно пакостное и редкое проклятие, но действительность оказалась куда более печальной: для победы ему хватило одного Экспеллиармуса. Причем декан даже произнес его вслух, четко, чуть ли не по слогам, хотя вполне мог бы этого и не делать! В прошлом году, специально для Гермионы, он легко и непринужденно разоружил ее невербально. Видимо, он действительно хотел, чтобы ученики извлекли хоть какую-то пользу из этого вечера. Например, вот, Экспеллиармус увидели, а то профессор Локхарт вряд ли ему учил хоть какой-нибудь курс.

Слизеринцы злорадно хихикали, остальные факультеты не хихикали, но не столько из сочувствия Локхарту, сколько из нелюбви к профессору Снейпу. Гермионе было грустно. Еще грустнее, чем до этой скоротечной дуэли. Только теперь, пронаблюдав полет мистера Локхарта в стенку, она смогла признаться себе, что даже сегодня, после всего уже увиденного, надеялась, что он наконец-то реабилитируется в ее глазах и в глазах всех учеников Хогвартса, что он выступит блестяще. Что вопреки всем фактам он окажется героем из собственных книжек, именно тем человеком, которого он сам описывал. Как она могла в это верить — теперь, после всего? Она сама не знала, а потому до последнего не признавалась себе в том, чего именно она ждала. Увы, ее ожидания не оправдались. Опять. Да сколько же можно-то? Должен же он хоть что-то уметь? И как он побеждал чудовищ, если не смог противостоять даже профессору Снейпу? Неужто тот страшнее вампиров, троллей и снежного человека?

Локхарт, впрочем, не унывал. Стоило ему прийти в себя и поправить шляпу, как он принялся убеждать всех, что специально дал себя разоружить. Для демонстрации. Лицо профессора Снейпа при этом выражало крайнюю степень раздражения, граничащую с подлинной злостью. Видимо, профессор Локхарт вполне верно оценил выражение его лица, поскольку больше не рвался демонстрировать свое мастерство, решив оторваться на учениках. Они стали разбиваться на пары. Гермиона увидела, что Поттер довольно решительно направился к ней, но декан остановил его и поставил в пару с Малфоем. Ей же досталась Миллисента.

Гермиона сильно сомневалась, что все будут следовать инструкциям Локхарта, однако сама она собиралась сделать именно то, что он сказал: разоружить Милли как можно быстрее. Поэтому она начала сразу с Экспеллиармуса. Бустроуд тут же выставила Протего. Гермиона повторила попытку и даже успела до того, как ее противница поставила щит, но позорно промазала и еле успела уклониться от встречного заклинания. И тут Булстроуд начала быстро сокращать дистанцию. Пока она подходила, Гермиона успела выпустить еще три заклинания, от двух Милли уклонилась с легкостью, которую трудно было заподозрить в такой нехуденькой девочке. Третье наконец-то попало в цель. Булстроуд осталась без палочки, но ее это ничуть не смутило. Она продолжала идти вперед, явно намереваясь схватиться с Гермионой врукопашную. А Гермионе этого совершенно не хотелось, так что она начала отступать, попутно пытаясь достать Милли Петрификусом. У нее уже почти получилось, но тут декан скомандовал прекратить. И еще раз. Милли с неохотой подчинилась и пошла разыскивать свою палочку. Гермиона осматривала поле боя. Большинство второкурсников имело вид весьма помятый, а местами даже подпаленный. Уизли шумно извинялся перед каким-то хаффлпаффцем за свою палочку. Поттер и Малфой сверлили друг друга взглядами, обещавшими смертоубийство при первой же возможности. И эту возможность им тут же предоставили.

Стоит отдать должное Локхарту: он хотел выбрать кого-то другого. Но профессор Снейп, практически полностью перехвативший инициативу, настоял на дуэли между Поттером и Малфоем. И пока Локхарт пытался объяснить Поттеру какой-то прием, вряд ли существующий в действительности, декан что-то шепнул Малфою. Что-то такое, что ему понравилось. И что, вероятно, сулило ему победу в этой схватке. Это, конечно, было нечестно. Как и почти все действия декана, так или иначе касающиеся Поттера. Гермиона уже почти привыкла к этому, хотя все еще не понимала причин такого отношения. Поттер, конечно, гриффиндорец и сверх того балбес, но не так уж он ужасен...



Анна Филатова

Отредактировано: 01.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться