Никогда не спорь с судьбой

Глава 4. Медосмотр. Часть 2

     Как оказалось, ничего особо страшного сообщать мне Карлайл не собирался – зря я себя накручивала. Он всего лишь хотел провести медицинское обследование, чтобы побольше узнать обо мне, и попросил на это моё согласие. Поскольку мне самой было жутко интересно, что же я за существо, то я согласилась не раздумывая. А так как многие анализы лучше делать натощак – Эдвард и посоветовал мне пойти к Карлайлу до завтрака.

     У нас сразу же возникли проблемы с забором крови – а ведь именно её доктор больше всего хотел исследовать. Для начала жгут не желал стягивать мою руку, чтобы проявились вены. Точнее, мои вены не желали проявляться, поскольку жгут не справлялся со своей задачей – моя кожа оказалась для него слишком крепкой. А когда его затянули потуже – он просто порвался. Тогда Карлайл попытался взять кровь без жгута – вены всё же были видны. Проблема номер два – иголки гнулись. Проколоть ими мою кожу ему так и не удалось. Тогда я предложила слегка прорезать её – скальпель ведь гораздо крепче иголок. Проблема номер три – кровь не желала из меня течь. Стоило Карлайлу сделать на моей коже небольшой прокол – не без усилий, кстати, – как он тут же затягивался, не давая возможности доктору взять нужное для анализа количество крови. Наконец, мне надоели осторожные попытки Карлайла – он старался причинить мне как можно меньше боли, – я забрала у него скальпель и с размаху всадила себе в сгиб локтя. Кровь брызнула фонтаном. С криком: «Ты же себе артерию проткнула!», Карлайл попытался зажать рану. Но я помотала головой и велела ему брать скорее кровь, пока ещё можно. Через несколько секунд кровотечение прекратилось, но этого времени вполне хватило. Итак, кровь на анализ я сдала.

     А вот сдать желудочный сок у меня так и не удалось. Нет, я честно проглотила зонд – что было  довольно противно, – но сок не пошел. Помучившись какое-то время, Карлайл предположил, что, возможно, зонд где-то в моём организме пережался, поэтому попытался его извлечь. Мы с удивлением рассматривали то, что оказалось у него в руках – нижняя часть трубки отсутствовала. Мой желудок её просто переварил! Какое-то время мы ошарашено молчали, а потом дружно расхохотались. Карлайл сказал, что нет необходимости в дополнительном исследовании – он и так может предположить, насколько же я отличаюсь от остальных людей в плане пищеварения.

     После того, как все анализы, которые желательно сдавать натощак были взяты – точнее, те, которые взять было возможно, – Карлайл отпустил меня позавтракать, поскольку мой желудок начал очень громко требовать еды. Видимо, куска зонда ему показалось недостаточно. В кухне я застала Эсми, которая уже выкладывала из холодильника продукты, намереваясь снова для меня готовить. Я убедила её, что вполне наемся бутербродами, а уже закупленные продукты, требующие готовки, я смогу использовать самостоятельно, когда никого не будет дома – зачем всем лишний раз нюхать то, что вызывает отвращение? На том и порешили.

     Пока я расправлялась с горой бутербродов, которые Эсми мне нарезала, – я говорила, что справлюсь сама, но она утверждала, что ей это доставляет удовольствие, – меня отыскала Элис. Она буквально потеряла дар речи, увидев, во что я одета. Пришлось объяснить, что ничего другого я просто не нашла. Дождавшись, пока я доем, Элис отвела меня в комнату Эдварда и показала дверь в гардеробную, которую я прежде не заметила, приняв за стенную панель. Оказалось, что такие же гардеробные примыкают к каждой спальне, просто Эдвард предпочитает пользоваться небольшим количеством одежды, держа её под рукой в шкафу, откуда я и позаимствовала свой наряд, а в саму гардеробную заходит редко. Тем не менее, Элис заполнила её вещами для него на все случаи жизни и продолжала регулярно пополнять. Там же она разместила и мою новую одежду, благо свободного места оставалось ещё много – гардеробные при спальнях были рассчитаны на супружеские пары, а, как известно, львиную их долю заполняет именно женская одежда. Итак, я уже делила с Эдвардом гардеробную, ванную, спальню и кровать – осталось только разделить с ним жизнь. Но этого не произойдёт, пока я в его глазах ребёнок и не докажу ему обратное. Возможно, что-нибудь в анализах укажет на мой истинный возраст – на тот, на который я себя ощущала, а не выглядела. Мало ли, вдруг есть какие-то медицинские способы точного определения возраста. Надо будет уточнить у Карлайла.

     Быстренько переодевшись в новую одежду, которая мало чем отличалась от вчерашней,  –  ну, удобно мне так, что ж теперь делать,  –  я вернулась к Карлайлу. На этот раз он хотел сделать мне рентген, УЗИ и МРТ. Для этого нам пришлось поехать в Форкс, в больницу, где он работал. Чтобы мне не засветиться там раньше времени, был разработан план, который прекрасно сработал. Когда мы подъезжали к городу, я легла на сиденье – сидела я сзади,  –  поэтому меня никто не заметил. Припарковавшись у задней двери больницы, Карлайл сгрёб меня в охапку и пулей пронёсся по коридорам – на такой скорости нас никто из людей просто не смог бы разглядеть. Закрыв меня в своём кабинете, он с такой же скоростью вернулся назад в машину, откуда не торопясь вышел и снова прошёл в свой кабинет, обычным человеческим шагом, со всеми здороваясь. Якобы ему нужно было поработать в своём кабинете с документами. Его никто не беспокоил, поскольку это была не его смена, а ничего экстренного в больнице не происходило. Таким же способом Карлайл перемещал меня из кабинета в кабинет, когда там точно никого не было, а потом, когда все нужные исследования были сделаны, – обратно в машину.



Оксана Чекменёва

Отредактировано: 05.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться