Никогда не спорь с судьбой

Глава 22. Откуда взялись вампиры. Часть 5

       Ситуация вышла из-под контроля. Гаргульи ослабили надзор и разрешили некоторым своим женщинам появляться среди людей в одиночку. До этого они всегда сами их везде сопровождали, но за прошедшие десятилетия стали им больше доверять.

        – Они позволяли вампирам появляться среди людей? – удивился Карлайл.

        – А почему бы и нет? Конечно, не перед всеми, а только перед жителями тех поселков, с которыми веками поддерживали контакт. Для тех людей сами гаргульи стали уже чем-то привычным, хотя и загадочным, почти божественным. В те времена люди проще относились ко всему сверхъестественному. А уж женщины, выглядевшие так же, как и люди, только очень красивые, тем более вполне вписывались в их мироосознание. Это не были постоянные контакты, но всё же, довольно регулярные. И женщины могли общаться со своими родными, пока те были ещё живы, да и с их потомками тоже. Так что ничего особо странного в том, что жёны постепенно стали более свободны в своих передвижениях, не было.

        – Они начали пить кровь людей? – кажется, Джаспера это ни капли бы не удивило.

        – Нет, конечно же, нет. Это было табу, самый сильный запрет в их жизни. И хотя, пока они были вдали от мужей, их одолевала жажда, но они успешно с ней справлялись. Вы же ведь тоже как-то справлялись с ней до появления Дани, верно? Конечно, не все хотели испытывать муки жажды взамен на свободу передвижения. Часть женщин вообще не видели в этом какой-то необходимости, им было комфортно рядом с мужьями, а те никогда не отказывались сопроводить своих жён к родным. Однако, некоторым всё же хотелось какого-то личного пространства – ведь все люди разные. Но человеческую кровь никто из них не решался даже попробовать. Дело не в этом.

        – Тогда в чем?

        – В очередной цепочке случайностей. Одна из женщин-вампиров решила навестить своих близких, впервые с момента обращения. Она была обращена всего пару  десятилетий назад, поэтому у неё был реальный шанс застать в живых всех своих родных. И надо же было такому случиться, что именно накануне этого дня её брата на охоте покалечил вепрь. Смертельно покалечил, среди прочего – распоров ему  клыками живот. И в момент появления сестры, он умирал в страшных муках. Это был её любимый младший брат, которого она когда-то нянчила. И она должна была наблюдать его страшную, мучительную, нелепую смерть! По рассказам мужа она знала, что первый вампир при обращении был исцелён примерно от такой же раны. А ещё она знала, что тоже ядовита – это выяснилось, когда кто-то из вампиров недопил какую-то зверюшку, и та тоже обратилась. И тогда она решилась на то, что вампирам было строжайше запрещено – она решила сама обратить своего брата!

       Она унесла его в лес, подальше от людей, чтобы своими криками он не привлекал к себе внимания. Там, в лесу, она его и обратила. А когда он переродился, она совершила ещё один роковой поступок. Боясь сознаться в содеянном мужу, который, скорее всего, пожалел бы брата своей любимой жены и взял бы его под опеку, она велела брату бежать как можно дальше. И как ни дик и необуздан был тот новорожденный вампир, остатки самосохранения заставили его бежать, бежать, куда глаза глядят. И, будучи далеко, лишённый сдерживающего влияния гаргулий, он в полной мере проявил свой вампирский характер. Подгоняемый жаждой, он начал убивать людей.

       Это сейчас, в двадцать первом веке, начни вампир открыто убивать – пошли бы слухи, новость мгновенно облетела бы весь свет и стала известна всем и каждому. Но в то время о событиях, случившихся даже в соседнем городе, гаргульи могли узнать только через несколько месяцев. А если он делал это скрытно, убивал одиноких путников и прятал в лесу их тела? В общем, гаргульи весьма не скоро обо всём узнали.

        Дальше пойдут предположения того, как развивались события, точных данных нет. Скорее всего, через какое-то время этот вампир-отщепенец затосковал в одиночестве и создал компанию себе подобных. Те тоже наделали себе кто армию, кто гарем, и пошло-поехало. Когда это превратилось в стихийное бедствие, и человечество, бесконтрольно уничтожаемое, было на грани исчезновения, в дело вступили гаргульи. Понимая, что само по себе всё это начаться не могло, они провели дознание и нашли виновного. Точнее – виновную.

       – Сильно ей досталось? – снова встрял Эммет.

       – Нет. Гаргульи были хоть и строгие, но справедливые, и понимали, что намерения у неё были благими, продиктованными любовью к брату. Да и кто на её месте не поступил бы так же? К тому же, она и сама давно раскаялась и мучилась виной за то, что натворила. Конечно, ей вменили в вину то, что она скрыла всё от мужа, позволив вампирам настолько бесконтрольно размножаться, что промедли гаргульи ещё немного – от людей остались бы лишь воспоминания. Особо её не наказывали – чувство вины за содеянное стало для неё и так достаточно суровым наказанием. Но спасать человечество было необходимо.  И тогда гаргульи ступили на тропу войны. А так же наложили строжайшее и бескомпромиссное табу на создание новых вампиров. Дальше, вы, по-видимому, знаете.



Оксана Чекменёва

Отредактировано: 05.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться