Никто, кроме неё

Размер шрифта: - +

22.

В зале началась суматоха. Кто-то из женщин вскрикнул. Мужчины потянулись к месту конфликта, чтобы выяснить, что произошло. А Элен застыла на месте, глядя на Кинберга, всё ещё сжимающего кулак и Николса, которому уже помогали встать.

- Боже мой!

- Какой кошмар!

Наперебой причитали Луиза и Хлоя.

- Что там произошло? Ты видела? Граф Кинберг ударил барона Николса!

- Не слыхано! Что на него нашло?

В это время Николс пришёл в себя.

- Как вы смеете? – произнес он в бешенстве, вытирая предложенным кем-то платком расквашенные губы.

- Как ВЫ смеете порочить имя женщины, не имея никаких оснований? – зло спросил Эдвард.

- Не имея оснований? Значит, вы сомневаетесь в моих словах? Тогда возьмите и спросите мисс Роуз, её ли это подвязка, - он швырнул её в лицо графу. – Я думаю, она узнает свою вещь.

Окружающие мужчины напряглись, готовые разнимать двух спорщиков, понимая, что граф вряд ли стерпит такое поведение Николса. Но к их удивлению, Кинберг уже взял себя в руки.

- Не знаю, откуда у вас могла взяться подвязка, насколько мне известно, женщины (граф выделил это слово), которых вы предпочитаете, такими предметами туалета не пользуются.

- Что вы имеете в виду? – подозрительно спросил Алан.

- Я думаю, вы, барон, меня прекрасно понимаете, - с нажимом произнес граф. – Или вы хотите обсудить это публично?

Несколько долгих секунд мужчины смотрели глаза в глаза. Хищный взгляд Кинберга и настороженный Николса.

- Я, право, не знаю, о чем идёт речь, - наконец вымолвил барон. – Но в любом случае не считаю правильным обсуждать мою личную жизнь.

- Ваша личная жизнь останется личной, если вы признаетесь, что мисс Роуз не оставляла у вас эту подвязку.

Вспотевший Николс обвел глазами окружавших их мужчин. Сейчас за разгоревшимся спором наблюдали не только те, кто был свидетелем начала конфликта, но и другие гости, которые движимые любопытством присоединились к их группе.

- Барон, господа ждут правды. Вопрос в том, кто им её расскажет – вы – Эдвард сделал паузу, - или я?

Все затаили дыхание, в зале стихли разговоры. Взгляды гостей вечера были обращены на группу мужчин, от которой явно веяло напряжением.

- Прошу простить меня, господа, - наконец с усилием произнес барон Николс. – Хотел произвести впечатление. Ведь я побился об заклад, что разгадаю тайну дамы в вуали. Но мне стало известно только её настоящее имя.

Николс замолчал, но Кинберг не думал оставлять его в покое.

- Вы забыли объяснить про подвязку, барон.

Николс бросил злой взгляд на графа, но тот был непреклонен.

- Она действительно принадлежит мисс Роуз. Но мне её дала служанка… по моей просьбе.

- И теперь, барон, вы, наверное, хотите попросить у меня прощения, - вдруг раздался женский голос и мужчины расступились.

Элен не сделала ни шагу, чтобы приблизиться к Николсу. Глядя на её прямую осанку и слыша холодные нотки в голосе, никто и не догадывался, какая буря эмоций сейчас бушевала в оскорбленной девушке.

- Мне жаль, что вы это услышали, мисс Роуз, - произнес сконфуженный Николс. – Я бы не хотел…

- Барон, мне кажется, вы плохо поняли мисс Роуз, - прервал Эдвард неуместные попытки оправдаться. – Она требует ваших извинений.

Николс сузил глаза, было видно, как сейчас он всей душой ненавидит Кинберга. Барон снова долго вытирал платком губы, оттягивая время, прежде чем, наконец, произнести слова, которые от него ждали.

- Прошу прощения, мисс Роуз. Я очень сожалению о своем поступке и… словах.

Говорил он это гораздо тише, чем когда хвастался своей «победой», но Элен было достаточно.

- Я удовлетворена, барон Николс.

Развернувшись на каблучках, Роуз пошла к выходу из зала, чувствуя взгляды десятков направленных на неё глаз. Дорога казалась ей бесконечной. Она стремилась уйти, чтобы в укромном уголке дать волю слезам, но не позволила себе ни на секунду ускорить шаг.

Едва покинув дом герцога, Элен уже больше не могла сдерживаться. Слезы брызнули из глаз, и девушка сорвалась на бег. Миновав улицу, она свернула в парк, где можно было легко затеряться среди деревьев. Прижавшись к раскидистому дубу, Элен сорвала вуаль и зарыдала. Ещё никогда в жизни она не испытывала такого унижения. Она не слышала о том, что говорил барон вначале, но, когда увидела, как Николс швыряет подвязку в лицо Кинбергу, называя её имя, догадаться, о чем идет речь, было несложно.

Кто-то сзади мягко обнял её за плечи. Испугавшись, девушка рванулась, но крепкие мужские руки держали её надежно.

- Не надо, Элен…

Узнав голос, она обернулась и уткнулась в грудь Эдварда. Даже если бы девушка захотела сейчас остановить слезы, она бы не смогла. Элен рыдала почти беззвучно, и словно понимая её печаль, заплакало и небо. Когда первые капли дождя упали на них, Эдвард, мягко отстранил девушку, снял сюртук и набросил ей на плечи. Он ничего не говорил, лишь успокаивал её легкими движениями, словно маленькую девочку, гладя по голове, вытирая со щёк слезы…



Lyana

Отредактировано: 06.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться