Нина

Глава 6

Выехал Ануфриев рано утром. На эти два дня было намечено много важной и серьёзной работы. А ещё, она – эта самая работа, обещала быть не очень уж и приятной.

Дело в том, что ему предстояли два собрания. И если одно – первое здесь, в райцентре, то вот второе – в области. Поэтому сейчас, едя в райцентр, он здорово задумался. Сумеет ли отстоять свою точку зрения? Разрешат ли ему в этом году оставить под пары больше земли? Или снова, как и в предыдущие годы нужно будет делать так, как скажут сверху?

Он уже выехал на дорогу, и машина шла ровно и спокойно. Всё-таки ехать на легковой машине было куда комфортнее, чем на грузовой. Жаль только, что когда Нину забирал, эта машина была сломана. Но ничего, видно, что девушка к тяготам и невзгодам привычная. Оно и не удивительно, если учесть, что из семьи спецпереселенцев. А он ведь очень хорошо знал, как жили семьи переселенцев. И ещё он знал, как к ним относились некоторые. Не сладко им приходилось. Хорошо хоть, что несколько лет назад реабилитацию начали. И ослабили людям пояса. А то уже совсем нехорошо получалось: вот живут бок о бок обычные семьи и семьи спецпереселенцев, и разницы между ними подчас совсем никакой нет. Даже часто так бывало, что сосланная семья и трудилась и старалась в разы лучше и больше, нежели семьи обычные. Только вот отношение к ним было другое. Сам ведь был свидетелем того, как талантливый парень из такой семьи поступить в институт хотел. Так не разрешили ведь. Сказали, что не положено. Вот и Нина, тоже ведь, не сразу после школы учиться в институт пошла. Где, интересно, она до этого работала? Нужно будет, как вернусь, непременно у неё об этом расспросить. Да и вообще о семье и родных девушки нужно побольше узнать.

Так думал Иван, въезжая в посёлок. И таких как он, директоров, здесь было не мало. И все они приехали на это собрание каждый со своими отчётами и планами. Намётками на будущую посевную. У каждого из них были свои дела и заботы. Но все вместе они делали одно великое дело – продолжали осваивать целину. И если в первые годы, ещё когда всё только-только начиналось, были одни проблемы, то теперь появились совсем другие. Только вот получится ли доказать вышестоящему начальству необходимость перемен?

Собрание затянулось до полудня. А после, пообедав, Иван уже собрался ехать дальше – в Кокчетав. И в это самое время к нему подошёл его хороший знакомый – директор одного из соседних совхозов. Это был Ахметов Жалел Ахметович. Мужчина очень серьёзный и неразговорчивый. Но с Иваном у них были очень хорошие отношения. Не в пример многим остальным директорам, чему эти самые директора и удивлялись. Совхоз у Ахметова был образцовый. Он стоял почти на одном уровне с совхозом самого Ануфриева. Только была и разница: Ахметов кроме зернового направления делал ставку и на животноводство. И нужно сказать, что и это у него здорово получалось. Оно было и не удивительно: ведь Жалел был прирождённым животноводом. Он так искусно владел мастерством по выращиванию скота, что Иван уже не один раз отправлял своих людей к нему. Чтобы поучились мастерству. Ведь когда совхоз более или менее стал на ноги, то тут и возникла необходимость в своей ферме. А так как и партия к тому же не только на это своё добро дала, но и сама стала навязывать всем зерновым совхозам непременно иметь и животноводческие базы, то и тем более.

- Иван Ильич! – обратился к нему Ахметов, - рад вас видеть! С утра видел, но подойти и поговорить так и не успел.

- И вам доброго дня, - ответил Ануфриев.

- Иван Ильич, вы же тоже в Кокчетав едете, да?

- Еду. Уже выезжать собирался, чтобы засветло доехать. А что вы хотели?

- Да у меня с транспортом в этот раз неувязочка вышла. Моя машина сломалась, и починить не успели. А здесь думал с одним знакомым уехать, а он меня не дождался – уже в город укатил. Так что выручай!

- Да какой вопрос?! Садитесь.

Так и попутчик Ануфриеву нашёлся. А вдвоём оно и ехать веселее.

Пока ехали, разговаривали. И, конечно же, разговоры все были на рабочую тему. Так слово за слово, километр за километром и ехали.

- Жалел Ахметович, а вы как считаете, нужно ли увеличивать количество земли под пары?

- Я, если честно, не знаю. А что это может дать?

- Вы знаете, я вот тоже сначала об этом не задумывался. Но потом, когда на полях всё больше и больше стало появляться сорняка, то стал усиленно думать над причинами этого. И вспомнил, что у меня на Родине, на Украине, таких проблем особо и не было.

- А как такое может быть?

- Вот и я сначала не знал. Только потом сообразил, что если землю под пары не оставлять, она не отдохнёт. А вот сорняки успеют здорово рассеяться. А по парам ведь сорняк и убрать можно!

- Да, Иван Ильич, ты прав. Слушай, а у тебя на полях какой сорняк преобладает?

- Овсюг, молочай и сурепка.

- И у нас та же напасть. А ещё берёзка.

- Да, проблемы у всех нас одинаковые. И решать их непременно нужно. Иначе через несколько десятков лет совсем загонят они наши поля.

Так они и ехали. И время от времени Жалел Ахметович замолкал и тихо себе под нос произносил какую-то молитву и делал характерные движения ладонями по лицу. Иван уже к этому привык. Многие знакомые казахи, в особенности те, кто был постарше, так делали. Они тихонечко продолжали исповедовать свою веру. И Иван относился к этому достаточно спокойно. Он и сам в детстве был крещён. Только вот времена изменились и теперь он о вере и Боге почти не вспоминал. Не жаловали религию сейчас. Но когда другие проявляли признаки веры, делал вид, что его это не касается. Всё-таки вера в Бога не совсем заснула в его душе.

И поэтому, когда Жалел Ахметович попросил его свернуть в сторону, чтобы посетить один мазар, Иван очень удивился, но согласился. Они проехали совсем немного и остановились.

- Пойдёшь со мной? Или тут посидишь? Я недолго. Просто место здесь сильное, святое. С самой осени здесь не был. А недавно родители приснились. Вот и хочу помолиться, - сказал Жалел и посмотрел очень серьёзно на Ивана.