Нити аксамита

Размер шрифта: - +

1.3. Роза

      Башня Фактории выглядела такой же угрюмой и одинокой, какой её помнила Роза. Правда, полвека назад, совсем юная ханнарийка, ещё не привыкшая к этому чужому прозвищу, не могла заснуть в ожидании переезда и назначения, предполагая, что новое место станет для неё интересной головоломкой, которую надо разгадать или сундуком с тайными знаниями, к которому нужно будет подобрать ключ. 

      На деле «Адуляр» оказался не таким живописным, каким его рисовало воображение. Такая круглая башня стояла почти в каждом городе Вольры, но посольство же умещалось в неё одну. Она могла произвести впечатление только своим диаметром, да и высотой тоже была не велика — метров пятнадцать, а то и меньше. Поэтому со стороны напоминала консервную банку, как если бы кто-то надавил на неё пальцем, и она стала бы громадной монетой. Снаружи же никаких изысков: рельефов, лепнины, скульптур — лишь голые белые камни да грубо вырубленные окна и дверь. Внутреннюю площадь портили несколько заброшенных и запылённых сооружений, которые в зиму почти не использовались из-за холода, а летом — из-за лютой жары. И всё это обнималось высокими зубчатыми стенами, которые не всегда удачно, но всё же защищали нутро от возводимых ветрами барханов и высокомерных змей, не следившими за своими хвостами. 

      Розе вспомнилось, что когда-то, в молодости, она часто гуляла за стенами Фактории. Её поражало то, что, несмотря на знойное лето, песок был прохладным, и по нему можно было ступать босыми ногами. Поражали и невообразимые дюны, похожие на снежные холмы. 

      Она восхищалась, как их природа возводила песчаные насыпи по всей Вольре, которые были похожи на сказочные зимние пейзажи из-за особого белого и мерцающего песка. А на юге из-за частых дождей, во впадинах между ними, наливались небольшие лагуны по чистоте и прозрачности, не уступающие морю Зердоран, через которое проходила граница между Вольрой и лесистым Тхором. 

      И с течением времени, Роза осознала, насколько ошибалась, судя слишком поверхностно. Она жаждала новых знаний, открытий на этой земле, но на самом деле они таились глубоко под нею. И ни одна из четырёх стран Конфедерации Тунара не могли похвастаться такими дарами, какими была богата, кажущаяся на вид обманкой, пустыня. Роза побывала в трёх из них, и как бы не была красива каждая, возвращение в Вольру она всегда принимала за долгожданное возвращение домой. 

      То, что было неприметно или уродливо в этой стране, всегда неожиданно оборачивалось небывалой драгоценностью или редчайшим созданием. Так случилось и с башней посольства. Казалось, сиротливое здание посреди необъятных песков, словно древо саксаула, на самом деле пускало корни так глубоко, что не могло не восхищать того, кто впервые опускался в его недры. 

      Башня, как и другие, строилась двумя каменными кольцами. Внешнее срасталось с внутренним лепестками, по спирали уходящими вниз, в них же располагались ячейками комнаты, а к ним, уже в сердцевине, пристраивались двери, крутящиеся над бездной вместе с лестницей, которую сейчас пересекал и свято ненавидел новый король Белых песков. 

      Вольду спускался вниз, через раз обзывая ступени сэнарийской пыткой. Чтобы избежать ковыляющего позора, он приказал подданным подготовить стол и покои, затем всех отослал, оставшись наедине с дуайеном. Ханнарийка была единственной, помимо покойной жены, кого тот без стыда мог терпеть рядом. 

      Она мрачно смотрела на хромающего друга, но не выдавала жалости, которую не испытывала бы, если не знала как Вольду получил эту травму. Предлагать подъёмник — равно разбередить старую рану, от этого способа он раз и навсегда отказался. Но всё же через попутную беседу, ей удалось схитрить и убедить его остановиться на десятом круге, якобы ругая ожог. Да и на этом круге обосновалась семья Димирта, которая точно не отказала бы им в просьбе занять их комнаты на одну ночь. 

      Согласившись, Вольду решил перевести дух. Несмотря на холод и влажность, он скинул свой хук, расстелил на ступеньки и присел, с блаженным стоном вытянув больную ногу. 

      Роза подошла к стене и выхватила из кованого кольца факел, из-за вибрирующего комка силы напоминающий рожок с мороженым, вернулась к перилам и, вытянув руку, посмотрела вниз, в кажущуюся пропастью, внутреннюю пустоту. 

      — Всё ещё боишься змея? — ухмыльнулся позади Вольду. Показав, наконец, усталость, он перешёл на тунарийский.

      — Нет, просто вспомнился первый день тут, — ответила Роза и, чуть оттаяв, добавила: — Ну, и змею симпатии не выказываю — это у нас взаимно. 

      И словно почуяв, что о нём говорят, внизу, на дне гигантского колодца, мелькнул белой нитью хвост дварсиба, но тут же исчез в подземных водах. Внизу, в отблесках света, виднелись сияющие кучки белой чешуи, которые, видимо, Алабастрос из вредности раскидал на камнях. 

      — Я знаю, что она была твоим ментором, когда ты попала к нам.

      — Да, — Роза повернулась лицом к другу, и мрачно улыбнулась. — Я, одурев от страха, отказывалась спускаться. Арзулла терпела и, шутя приговаривала, что страшнее колодца я в жизни больше не увижу, но после блужданий на вольрийском пекле, когда-нибудь прыгну даже в него, — улыбка исчезла с лица Розы, усталость навалилась с новой силой: — Тогда я не осознавала, что лишь немногие в её возрасте способны на понимание. Димирт без зазрения совести пнул бы трусиху под мягкое место или же прокатил в подъёмнике над бездной.

      Вольду хрипло засмеялся:

      — Благо он вырос под твоей управой и теперь себе не позволяет пакостничать. Говорят, его жена похожа на тебя. Я так-то её плохо знаю.

      — Нет. Мы разные, — слишком категорично отмахнулась Роза. — Селенис — грубая женщина даже по сравнению со мной.

      — Да и Арзуллу с тобой не сравнить, — не упустил возможности шутливо поддеть старик. 

      — Конечно. Она иного склада, — подтвердила Роза. — Я била так, а она — ментально, что гораздо мучительнее. 

      На этот раз они засмеялись вместе. В молодости они делали это чаще, но обычно их смешил другой человек. И сейчас, видимо, вспомнив о нём одновременно, оба неловко осеклись.

      — Ох, в последние дни я совсем очерствел. Не думал, что советники в короли выберут хромого бесстрастного консорта, — вдруг сказал Вольду. — Знала бы жена — не завещала бы Собор, думала б над наследником. 

      — Никто не любит перемен. Восхождение малознакомого человека — большой стресс для народа и государства. Я бы тоже выбрала тебя.

      — Разумом-то понимаю, ну, а сердце предпочло бы спокойно дожидаться своего танца, — почти, что обречённо выдохнул король. — Снова путаться в змеиных интригах и вешать на себя грехи. Мне уже заработанных хватает.

      Роза понимала усталость человека, более половины жизни простоявшего за спиной королевы. Становиться, когда надо её руками, голосом и разящим мечом, одновременно оставаясь любящим мужем, заботиться о её сердце и душе — не просто тяжкая, а больше смелая и самоотверженная ноша. Но другого ответа она дать не могла.

      — Мы должны следовать пути Арзуллы. Мы не подведём её. 

      — Разумеется, — вздохнул Вольду и встрепенулся: — Кстати о долгах. Давай спустимся вниз и поговорим о насущных проблемах, пока я здесь. Короли не смогли прибыть на похороны из-за недавнего инцидента. Поэтому сегодня я получил приглашение в Драгмедар — завтра будем обсуждать сборы с монархами. Якова и тебя мы должны были оповестить сразу после решения, но случилось то, что случилось.

      — Думаешь, при данном положении дел проводить отбор — это мудрое решение? — удивилась дуайен.

      — Не думаю. Многие свято верят, что если мы его не проведём, враг может нас опередить, а так мы обеспечим им защиту. Я же склоняюсь к тому, что мы лишь указываем ему на новых жертв, облегчая работу его приспешникам. Но проголосовало большинство, и я тут бессилен. Остаётся лишь наблюдать насколько будет разрушительна эта коллективная глупость… — Король поманил к себе, призывая помочь ему встать. Роза повесила факел на место, подхватила друга под локоть и, кряхтя, приподняла. Вольду зацепил пальцами хук, выпрямился и накинул плащ на плечи. 

      — Пойдём внутрь. После ужина поговорим обо всём, что нас тревожит.

      Под руку они спустились ещё на пару десятков ступеней, пока не увидели счастливую цифру десятого круга и нужную под ней дверь. Роза потянула ручку, и из проёма повеяло теплом очага и тающего воска. Она пропустила вперёд короля, и молча шагнула следом. 

      



Кая Ли

Отредактировано: 14.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться