Ночная радуга

Глава 4. Там, где нежность сердца...

Я вспоминаю детство,
и у меня заболевает нежностью сердце.
Анатолий Мариенгоф
Первое правило детектива:
хорошая зацепка ведет к другой зацепке.
Облачный атлас (Cloud Atlas)

- Надо сказать Максиму, - робко предлагает Варька, у которой мы собрались на поздний завтрак, чтобы не потерять ни минутки из последнего дня моего пребывания в родном городе.
- Ни в коем случае! - не разрешаю я, поливая сметаной горячий сырник.
- Ага! - дуется Варька, тряся кудрями. - А меня всю испилили за мои тайны. За то, что помощи никогда ни у кого не прошу!
- Глупо втягивать Макса, - трезво спорю я с подругой. - Что я ему расскажу? Про папки? То, что отец собрал информацию на всех моих друзей и даже их родственников, это абсолютно логично. Макс даже не удивится. Сашка верно говорит: у самого Макса на нас еще больше информации, причем из первых рук. А отец за мной всю жизнь третьим глазом наблюдает.
- Дело не в папках на нас. Дело в восьмой папке! Почему мужик из этой папки материализовался возле тебя? Не просто же так? Что за триллер? Смотрит. Молчит. Не подходит - прячется. Надо попросить Макса что-то узнать об этом человеке. У Макса связи и возможности! - горячо убеждает меня Сашка. - А мы доморощенные сыщики. Тем более, тебя везде этот Виктор Сергеевич пасет!
- Кому-то надо было, чтобы ты эти фото увидела, - повторяется Варька, но она права. - И твой Виктор Сергеевич - ключ к этой информации. И разговор его телефонный с кем-то о тебе и фотографиях совершенно однозначен.
- Вчерашний кипиш в клубе - проверка действий Виктора Сергеевича. Он мне сам сказал, - вспоминаю я важное.
- Так и сказал? - поражается Варька.
- Значит, что-то знает точно! - Сашка решительно отправляет в рот кусочек горячего сырника. - Хочешь-не хочешь, а надо с него и начинать!
- Я пробовала - бесполезно! - сокрушаюсь я. - Вчера перед сном вывела его на разговор о случившемся, напомнила его собственные слова.
- А он? - Варька от любопытства чуть на падает со стула.
- А он ответил: "Вам, Валерия Ильинична, совершенно незачем опасаться чего-либо. Это была проверка моей способности вас защитить", - делюсь я самой свежей информацией. - А на мой вопрос, кто же его проверяет, осторожно ответил, что отец.
- Но ты не веришь? - уточняет Сашка. - Варька! Сырники - блеск! Георгошины?
- Сама! - трясет кудрями довольная Варя. - Галина Семеновна научила, конечно, но я всё сама: от теста до жарки.
- Умница! - хвалит Варьку Сашка. - Я тоже умею, но так вкусно не получается. Научи теперь меня - буду Ваньку баловать.
- Первый секрет - идеальная консистенция творога, - смеется довольная комплиментом Варя. - Второй - форма в виде маленьких шайбочек. И надо именно жарить, а не запекать. Еще добавлением муки или манки не увлекаться.
- Не увлекаться добавлением... - задумчиво повторяет за Варькой Сашка. - Это знак! Реально! Не надо пока никого привлекать. Надо выяснить, с кем твой охранник разговаривал.
- А это может быть маньяк? - вдруг пугается Варя. - Как твой Сергей-Филипп?
- Не мой, - привычно отрицаю я.
- Не-е-ет! - решительно вмешивается Сашка. - Я насчет Сергея давно передумала. Он не маньяк. Он несчастный мужчина, влюбившийся не в ту женщину. Он за столько лет Лерку пальцем не тронул. Даже целоваться не лез! Ведь не лез?
- Не лез, - подтверждаю я. - Но он меня очень напрягает!
- Остается только следить за твоим Виктором Сергеевичем, - резюмирует Сашка. - А что еще придумаешь? Что-то где-то скажет, проболтается... Как-нибудь себя выдаст.
Проболтается - это не про Виктора Сергеевича. Его статус - "непоколебимо невозмутимый". Только если случайно, как в первый раз.
- Какие планы на день? - живо интересуется Сашка, отвлекая себя и нас от темы разговора.
- Обедаю с мамой, - рассказываю я. - Ужинать надеюсь с вами.
- Я попробую всех собрать! - обещает Сашка. - Когда еще по-нормальному увидимся?
- Давайте только не в клубе! - просит Варя. - Давайте прогуляемся по местам боевой славы!
Глядя на наши удивленные лица, Варька довольно хихикает:
- По городу погуляем! К школе сходим. В "Пельменную". На лавочке в сквере посидим! - и с лукавой улыбкой читает стихи. - Чем пахнет детство? — мы забыли. Ириской, смехом, молоком… Чем пахнут взрослые? — банально. Парфюмом, грустью, коньяком.
- Твои? - смеется Сашка. - Я пахну Ванькой, цирковой лошадью и недосыпом.
- Нет. Не мои. Прочла где-то, не помню даже, где именно, - зеленые Варькины глаза сверкают нежностью и юмором. - Тогда я... я пахну...
- Максимом, фарфором и снова Максимом! - перебивает Варьку Сашка. - И по поводу фарфора Макс будет не согласен. А ты, Леруся?
Я? Я теряюсь, не зная, как ответить на этот вопрос. Сашка - молодая мама, в одиночку растящая сына. Она работает в нескольких местах, еще и подрабатывает по мелочам. Помощи ни у кого не просит. Варя - тонкая творческая натура, человечек, которого мы все, не сговариваясь, всю жизнь оберегаем. От чего? Да от всего, что может ей навредить. Как так получилось - мы и сами не знаем. Как говорится, исторически сложилось. Они с Максом с двенадцати лет влюблены друг в друга. А "запах" фарфора у нее от коллекции, которую всю жизнь собирала ее бабушка Елизавета Васильевна с другом Михаилом Ароновичем. А я?
- Лерка пахнет хрусталем, надеждой и одиночеством... - вдруг говорит Варька, испугавшись того, что сказала, и покраснев.
- Почему хрусталем? - недоумеваю я. Надежда и одиночество меня никак не задевают. Это абсолютная правда. Я никогда не вру лучшим подругам.
- Ты прозрачная, - быстро объясняет Варька. - И фигура хрупкая, и глаза хрустально-серые. И потом... Кто с хрусталя ежедневно ест и пьет? Только по праздникам.
- Разве что... - усмехаюсь я. - Надежный одинокий хрусталь. Так бывает?
- Ну ты же есть, - пожимает плечами Варя. - И не надежный, а надеющийся. Это разные слова.
- Правда, Лерка, - серьезная Сашка отставляет кофейную чашку и утыкается подбородком в сложенные замком руки. - Сколько мужчин вокруг! Неужели ни разу сердечко не екнуло?
- Не помню, - искренне отвечаю я.
- Значит, ни разу! - Сашка грустно смотрит на меня. - Так и останемся мы с тобой старыми девами.
- Старая дева - мать-одиночка? - смеюсь я печально.
- Старая дева - это состояние души, а не физиологический недостаток, - насмехается над самой собой Сашка. - Я статистику смотрела: каждая третья семья с матерью, одной воспитывающей ребенка. А ты старая дева, потому что довериться никому не хочешь.
- Не могу, - коротко объясняю я.
- Вы меня расстроили, - обижается на нас Варька и, покраснев, спрашивает у Сашки. - Ты нам когда-нибудь расскажешь про отца Ваньки? Ой! Баба Лиза ругает меня за этот вопрос, чую левой пяткой!
- Расскажу, - угрюмо врет Сашка. Точно врет! Я ее двадцать три года знаю.
- Ты, Сашка, пахнешь, конечно, Ванькой. Но еще ответственностью и доверием! - важно заявляет Варька и начинает нас тормошить. - Ну так как? Гуляем?
- Гуляем! - дружно отвечаем мы с Сашкой, приводя Варьку в восторг способностью синхронизироваться.



Жанна Володина

Отредактировано: 12.12.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться