Ночная радуга

Глава 21. Приключения. Продолжение

В любви и на войне одно и то же:

крепость, ведущая переговоры,

уже наполовину взята.

Маргарита Валуа

Любовь - битва двух полов.

Женщине надо защищаться сперва,

мужчине надо защищаться после,

и горе побежденным!

Александр Дюма-сын

- А если здесь есть мыши? – дрожащий голос Вари заставляет нас с Сашкой пристально всматриваться в темные углы.

Сашка начинает насвистывать мышиную тему из «Щелкунчика» - Варины глаза увеличиваются до неприличных размеров, и она становится похожей на героинь современного японского аниме, у которых глаза занимают практически всю площадь лица.

- Дом чистый и мышей здесь нет! – нарочито строго говорит Сашка.

И мы с сомнением тремя парами глаз еще раз осматриваем комнату в старом деревянном доме, в котором нас закрыл Сергей-Филипп больше часа назад. Скорее всего, больше часа, определяю я по ощущениям, потому что сумочки и телефоны у нас опять забрали.

Забрал. Мрачный и молчаливый Сергей-Филипп. Они привез нас на берег какого-то водоема: в темноте было не понятно, какого именно, не то пруд, не то озеро, не то река. Без единого слова завел в старый бревенчатый дом и закрыл в большой комнате, так и не издав ни звука. Мы, не сговариваясь, тоже молчали.

- Чёрт! – устало ругается Сашка. – Теперь мы потеряем время – и все начнут нас искать!

- Это же хорошо? – удивленно спрашивает Варя. – Или нет?

- Для Виноградова плохо, - огорченно сознаюсь я. – Он изо всех сил старается скрыть абсолютно всё: и настоящее, и прошлое. Я думала, что у него получится и что он не учел только Варьку, а его теперь подведет Сергей-Филипп.

- Девочки! – Варя осторожно двигается по периметру комнаты, слабо освещенной отсветом фонаря, подвешенного на крыльце. – Он хороший!

- Кто из них? – ехидничает Сашка. – Виноградов? Верещагин? Перевалов?

- Кто такой Перевалов? – не понимает Варя, остановившаяся перед старым платяным шкафом с зеркалом во всю дверь.

Зеркало потемнело от времени, покрылось сетью трещинок, россыпью пятен.

- Сергей-Филипп, - отзывается Сашка, вставая рядом с Варей. – Он Перевалов. Не помнишь?

- Не помню… - завороженно вглядываясь в мутную поверхность, шепчет Варька. – Про Виноградова ничего сказать не могу. Но и Верещагин, и Перевалов мне нравятся. Как мужчины.

- Осторожнее с откровениями, подруга! – смеется Сашка. – Быстров их сортировать не станет. С обоими расправится. Кто тебе разрешил симпатизировать чужим мужчинам?

- Никита сильный, - не поддерживает Сашкину шутку Варя, осторожно проводя пальчиком по зеркальной поверхности. – Такой сильный, что страдает от этой силы, жесткости, неумения расслабиться, забыть, простить. Ему кажется, что если он это сделает, то сразу же станет слабым и беспомощным.

- Согласна! – выбрасывая руку вверх в голосующем жесте, говорит Сашка. – И свою любовь к тебе, Лерка, он считает слабостью, проигрышем. Нет, не считает. Считал.

- Но в чувствах Никиты нет безнадежности, - продолжает философствовать Варя, не в силах оторваться от собственного отражения. – А в глазах Сергея-Филиппа полная безнадёга.

- Как он вообще оказался здесь? – размышляю я, подходя к подругам и тоже отражаясь в зеркале. – Почему помогал Виноградову? И помогал ли?

Наше общее отражение кажется в тусклом свете таинственным, почти волшебным. Мы такие разные: зеленоглазая Варька с темно-каштановыми кудрями, кареглазая Сашка с короткой стрижкой, платиновая блондинка, и я. Темная коса, которую очень крепко, надежно заплела мне Сашка, в полном порядке. Не пострадала ни от быстрой езды, ни от перехвата Сергея-Филиппа, ни от волнений этой ночи, постепенно уступающей место занимающемуся утру. Я кажусь себе осунувшейся и несчастной. И еще ждущей и надеющейся.

- Что он от тебя хочет? – спрашивает Сашкино отражение моего зеркального двойника.

- Кто из них? – копирую я ее интонацию.

- На этот раз Сергей-Филипп, - улыбается Сашка. – Я всегда знала, Лерка, что тебя ждет блестящее будущее!

- Ага! – соглашаюсь я. – Голливудское.

Скрип двери застает нас врасплох и заставляет синхронно вздрогнуть. В открытом дверном проеме высокая темная фигура – Сергей-Филипп. Он некоторое время не двигается, потом машет рукой, показывая на выход. Мы так же синхронно втроем делаем шаг вперед, когда раздается глухое:

- Нет! Только Лера!

- Сергей! Не дури! – закрывает меня собой Сашка. – Не пугай нас!

- Ничего не бойтесь, - спокойный, размеренный голос, действительно успокаивает. – Я не сделаю вам ничего плохого. Мне нужно просто поговорить с Лерой.

- Просто поговорить?! – злится Сашка. – А других способов не нашел?!

- Мы не боимся тебя! – наивная Варя вкладывает в свою фразу и беспокойство, и напряжение последних часов и останавливает Сашку мягким протестующим жестом. – Мы так давно тебя знаем! Ты очень хороший человек!



Жанна Володина

Отредактировано: 12.12.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться