Ночной Охотник

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 3. На дно с ветерком!

1

 

Толпа поредела, мы выбрались на свободное место. Впереди я увидел частокол и деревянные ворота, оббитые ржавым железом. Одна створка ворот приоткрыта, мимо часовых то и дело проводили рабов.

Почему-то эти невзрачные с виду ворота производили угнетающее впечатление. Нет, не концлагерь, чьи фотки видал на старых фотографиях, но что-то вроде, что-то вроде. Смерть и муки под замком, скрытые простыми на вид заборами и воротами…

— Этого куда? — крикнул часовой моему конвоиру.

— На каторгу. Определили на нижние уровни, в Обитель проклятых.

Часовой бросил на меня удивленный взгляд, оглядел с ног до головы.

— Что-то он не похож на бунтовщика или матерого убийцу.

Озлобленный жарой и собственной скотской работой конвоир огрызнулся:

— С каких это пор ты стал разбираться в ублюдках, Жар? Твое дело записать и пропустить! А мне нужно эту тварь вниз доставить. Сечешь?

Часовой пожал плечами, записал мое имя на пергаменте, от старания высунув кончик языка. Конвоир, не дождавшись окончания процедуры, потянул цепи.

— Вперед! Вперед, ублюдок.

Мне туда, за ворота, очень не хотелось, но теперь в моем восприятии слишком многое изменилось. Узнав о перманентной гибели (что бы это, черт подери, ни значило!), поневоле решил действовать осторожней. Тем паче, как сообщила система, профиль и его настройки разблокировались. Надеюсь, когда доставят на место, мне дадут время, чтобы во всем разобраться и прочесть все доступные гайды и энциклопедии. Иначе слишком уж хардкорно получается…

С полминуты мы шли по коридору, образованному двумя заборами. Он вел по очень длинной спирали. Я сообразил, увидев наверху часовых с копьями и дротиками, что это своеобразная «полоса жизни»: беглецы, если таковые здесь есть, будут вынуждены бежать по открытой местности, а на головы им полетит все, что умеет убивать или калечить.

Потом «коридор» резко сменил направление, мы прошли вторые ворота. И…

Замешкавшись, я едва не упал.

— Осторожнее, болван! — рявкнул конвоир, но без особой злобы. Чуял, что открывшаяся взгляду картина сбивает с ног не хуже доброго удара в челюсть!

Мы оказались перед громадным… нет, не так, — перед ГРОМАДНЫМ кратером!

В диаметре он, наверное, километра три! Дух захватывало при виде этой дыры в земле! Сколько же людей понадобилось, чтобы прорубить ее?!! Сколько народу здесь перемерло?!

Кратер уходил вниз на несколько десятков, а то и сотен уровней. Вдоль его стен протоптаны дороги по кругу, но ни одна не уводила на нижний уровень. Все сообщение между «этажами» велось по специальным лесам или подъемникам, у которых караулили десятки тяжеловооруженных стражников.

В стенах каждого уровня прорублены норы, в их тьме угадывались факелы и лампады. Кажется, там целые шахтные города!

Специальными механизмами, вроде древних подъемных кранов на рычагах и противовесах, поднимали на поверхность странный камень. Я успел заметить и белые, как сахар, блоки; и прозрачные, как стекло, розоватые полосы; и черные с красными прожилками плиты.

Внизу сновали люди, отсюда они напоминали оглушенных муравьев. Толкали тележки, ныряли и выныривали из нор. И при этом никто не поднимал головы, словно один вид чистого и свободного неба мог убить, как убивает долго голодающего человека сытный ужин.

— Не сильно-то оглядывай, — посоветовал конвоир. — Это рай в сравнении с тем, куда определили тебя.

В его голосе мне почудилось сочувствие.

— Что же… — Мой голос против воли дрогнул. — Что же там меня ждет?..

Конвоир пожал плечами.

— Говорят, что ублюдки в Обители проклятых дольше недели не живут. Так что… если у тебя хватит духу, можешь прямо отсюда, пока за тобой принудительно Знак воскрешения не закрепили, с краю броситься.

Я с дрожью посмотрел вниз. И, несмотря на огромный диаметр Рудника, даже намека на дно не заметил. Лететь там столько, что… у-ух!

Но…

— Если внизу мне дадут Знак реинкарнации, — проговорил я задумчиво, — как же тогда другие ухитряются погибнуть за неделю? Их не оживляют?

Конвоир оскорбленно вскинулся.

— Думаешь, я вру?! Дурень! Ублюдки не выдерживают, и сами к Ночным в лапы отправляются! А это куда хуже смерти.

Я покачал головой.

— Как знать… Но летать мне сегодня точно не хочется.

Конвоир сплюнул разочарованно. Видно, очень не хотелось ему со мной возиться. Раздраженно дернул цепь.

— Тогда чего встал, урод?! Двигай вперед!

«Вперед» — оказалось одной из многочисленных клетей у края кратера.

Дощатый пол, проволочная сетка вместо стен, и толстый, но гнилой от времени канат: вот и вся конструкция местного лифта. В свете непрерывно довлеющего над моей Кармой проклятья, кататься на этом выкидыше механики не хотелось от слова вообще!



Николай Трой

Отредактировано: 13.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться