Ноша презренных

Глава 1. Проект бутика. Понедельник.

Я мёртвый человек. Я просыпаюсь утром, и мне нестерпимо хочется одного – спать. Я одеваюсь в чёрное – ношу траур по себе. Траур по человеку, которым не стал.

Фредерик Бегбедер.

«Любовь живёт три года»

Терпеть не могу шум. Как они понимают друг друга, если говорят все и сразу? Всего семь человек, а гул, как от пятидесяти. Ещё и матерятся на всю аудиторию, что за люди…

Проект бутика давно идет под откос. Преподаватель не в восторге от моей идеи нежного ванильного интерьера с латунными каркасными витринами, поэтому я немного расслабилась и с мыслью о том, что мне светит два с половиной, решила почитать на паре книжку. Минут десять сидела и ни как не могла дочитать абзац из-за крика одногруппниц.

-Я вчера, наконец-то, выкроила время для встречи с сестрой. Купила бутылку красного вина, конфетки, прихожу к ней, а у неё какие-то два наркомана сидят. Так неловко было. А один ещё и спрашивает: «Все художники бухают?»

-Нет, Ян, не все.

-Оля, - крикнула ей подруга-тёзка. – Это ты кому там заливаешь!? Портвейн «Три семёрки»

-Ну, - протянула та. – Это когда было-то…

-Вы только посмотрите на неё! Она хочет откреститься от своих подвигов!

-Каких?

-Не бойся. – Сказала Яна. – Если что, мы тебя закодируем.

-Да вы что? – обозлилась Ольга. – С преподом под одной низкой полкой ходили?

Это она к тому, что наш преподаватель по проектированию отсутствовал неделю по болезни, а потом пришёл с пластырем на лбу. Что с ним случилось, нам так никто и не рассказал. И вообще, проектирование скучный предмет. Категорически не могу работать в университете (из-за шума) и откладываю работу на дом, где есть чай, пирожные и музыку можно включить. Здесь же остаётся только создавать видимость работы и рисовать котов в скетчбуке.

-Слушайте, - крикнула Сёма. – А я вам рассказывала, как я присутствовала на обыске наркоманки?

-Нет! – заверещали все.

-Так вот, иду я, значит, из магазина, вся такая в домашнем, просто за хлебом вышла, и тут ко мне подбегает мужик в потертых джинсах и кислотно зелёной футболке.

-Здравствуйте, говорит он. Нам нужна ваша помощь. Да вы не бойтесь, я из полиции.

Я ему отвечаю: «По вам видно!» Он достает удостоверение и тыкает мне в лицо, а у него там на фотографию ещё автобусный билетик налип.

-Ты бумажку-то с фото убери. Дуру-то из меня не делай!

Он убирает билетик. Смотрю, вроде похож. Ну ладно, иду за ним. Привёл он меня в участок, и там какая-то неприятная дама в драных колготках лицо пакетом из «Ашана» прикрывает. Записали там моё имя, телефон, адрес, все дела, и начинают осмотр. Достают её сумку, а в ней три айфона, два планшета, куча всяких украшений, пачка денег и пакетик с белым порошком весом три грамма.

-А наркоманка эта что сказала?

-Притворилась, что подкинули…

Они ещё долго о чём-то спорили, кричали, махали руками… А я всё никак не могла дочитать несчастный абзац. Потом они начали перемывать кости первой группе, жалуясь и вздыхая. Потом добрались и до своих. Сегодня снова не пришла Юля, ссылаясь на то, что она в больнице, но по прошлому опыту все прекрасно знали, что она либо валяется дома и страдает дичайшим похмельем, либо девочка, которая делает за неё проект, не успела в срок из-за личной занятости. Дело дошло даже до того, что одногруппницы начали искать все способы оградить себя от неё, чтобы не попасть под её влияние… Как, например, я в прошлом году. Я не спала три ночи, клеила макет детской площадки, вырисовывала чертежи, красила их… Я пришла в университет раньше всех, выставила свою работу и с наслаждением стала осознавать, что всё закончилось, но потом появилась Юля с абсолютно пустым планшетом и детской поделкой из бумаги, которую она назвала макетом. Юля попросила помочь ей закрасить планшет. Меня, закрасить ей планшет. Сделать проект за неё, короче говоря… В силу своей слабохарактерности и безволия я не могла высказать ей всё, что о ней думаю, и с камнем на плечах трясущимися руками начала красить… Никогда так не делайте! Не бойтесь людей! Не думайте, что если вы им сейчас не поможете, то они потом откажут в помощи и вам! Таких, как Юля, надо бросать в реку, потому что они настоящий балласт. Такие люди тянут вас назад, они втягивают вас в свою плохую компанию, стараются переделать под себя… Гордо и резко говорите «нет». Нет, я не буду делать за тебя твою работу! Я могла бы тебе помочь, но делать твою работу я не буду! Мне никто не помогал, и я всё сделала, а если у тебя так не получилось, то это твои проблемы!

Одногруппницы придумывали планы ограждения от ненавистного балласта и стали говорить тише, словно Юля за дверью и войдёт в любой момент. Хорошо, что я для них пустое место, а то ещё и меня бы за моей спиной обсуждали. Но мне кажется, что я для них воздух; я ни с кем не разговариваю, держусь ото всех подальше, не выскакиваю…

-У нас сейчас что?

-Рисунок.

Академический рисунок… Опять сидеть три часа и создавать видимость работы… Ладно бы поставили какой-нибудь уродливый натюрморт и приказали рисовать, но нет, мы же дизайнеры… Придумайте-ка решетку для забора из элементов скрипки, тенора, чайника и лампы. Не хотите? Тогда из элементов гитары, тубы, гипсового канделябра и зеленой стеклянной бутылки. Вот, сижу и мучаюсь, не зная, куда запихать эту скрипку. А мучаюсь три часа.



Серова София

Отредактировано: 16.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться