Ноша презренных

Глава 2. Невозможно.

Его повесит толпа, если он заставит её ждать, его повесит кардинал, если он его не дождётся; куда ни повернись, перед ним разверзалась пропасть, то есть виселица.

Виктор Гюго

«Собор Парижской Богоматери»

Я словно окаменела в этот момент. Это было действительно невозможно. Я даже, совершенно не поверив своим глазам, как-то попятилась назад, словно увиденное было миражом, секундным помутнением. Я не хотела смотреть в эту сторону, я не хотела даже думать об этом. Я хотела убежать, но Фея снова оглушительно залаяла, и было уже совершенно поздно.

Без верхней одежды, он лежал белым пятном на черной земле, странно скрючившись, сложившись пополам, словно сломанная кукла. У меня подкосились ноги и я, ничего не понимая, села на холодную землю. Фея почему-то начала жалобно скулить, сидя на месте.

Прямо передо мной лежал труп. Такой странный, бледный, непонятный. Жизнь покинула его, осталось одно тело, всё ещё напоминавшее какое-то прежнее величие и человеческое существование. Мне стало так грустно от того, что это тело лежало здесь, всеми покинутое и забытое. И кто же сотворил с ним такое? Кто мог пожелать ему зла и оставить здесь? А мертво ли оно?

Неохотно стянув перчатку с руки, я медленно потянулась к его шее, чтобы попытать счастья нащупать пульс. Мысль была совершенно невероятная, но я хотела, чтобы она оказалась правдой. Кожа у него была ледяная и серая, почти синяя. Жизни под ней явно не было. Тело было действительно мертво, но как только я попыталась одёрнуть руку, оно зашевелилось. Два стеклянных глаза посмотрели на меня.

Я отпрянула в сторону, вскочила и была готова убежать, а труп странно замычал, моля о помощи. Меня затрясло, я с огромнейшим трудом заставила себя снова посмотреть на него. Тогда я и обернулась, и почувствовала на себе его взгляд, такой колкий и пронзающий, цепляющий за душу, взгляд, полный какой-то невыразимой боли и отчаяния, полный надежды и жажды жизни.

Фея снова залаяла.

-Тихо!

Человек снова задёргался и, словно пытался заговорить, но почему-то не мог. Я нашла в себе силы приблизиться, чтобы понять и разобраться, в чем дело, и по моей спине пробежал холодок.

-Вот чёрт… - пробормотала я, словно про себя, и слова странно застряли в горле.

Может мне и захотелось бы вскричать, но я не могла и, возможно, даже просто не была способна на подобное, хотя ситуация на это и не влияла. Я не была таким человеком, который стремиться всех оповестить о своём горе. Я всегда привыкла решать своим проблемы сама, какими бы сложными они не были. Но сейчас меня скосило, словно серп пшеницу, и я была готова упасть рядом и, словно, умереть. Лежать, не двигаться, о чём-то думать…

Рот этого человека был зашит черными нитками, поэтому он не мог внятно говорить, а каждое движение приносило ему боль. Поза у него была ужасно искаженная; он смотрел на меня снизу вверх, лёжа на спине, опираясь на голову. Он смотрел на меня, а я смотрела на него, тяжело дыша, сглатывая воздух.

Из страшных раздумий снова вывел собачий лай и я пришла к выводу, что нужно было срочно что-то предпринять, срочно что-то сделать, чтобы это всё уже поскорее закончилось.

И всё таки я вдруг нашла в себе силы и подползла к человеку поближе, села прямо на землю, аккуратно положила его голову себе на колено и достала из кармана свой нож.

-Сейчас всё сделаю…

Руки мои дрожали, дыхание прерывалось, из глаз вдруг, ни с того ни с сего, потекли слёзы. Это явно было бы страшнее, чем то, что если бы этот человек в действительности оказался мертвецом. Многие боятся умерших или убитых, полагая, что те покинули мир не до конца, и могут вдруг проснуться. Так со мной и случилось. Это явно был один из тех случаев, которых все бояться. Хорошо, что он меня за руку не схватил, иначе моё сердце бы могло остановиться…

Мне срочно следовало себя успокоить. Это был вовсе уже не труп, а просто человек, попавший в страшную беду, и я должна быть очень рада, что имею шанс ему помочь, но какой-то неведомый страх вдруг сковал меня и я, словно превозмогая сильнейшую боль на свете, пыталась что-то сделать, пыталась заставить свои руки работать.

Нитки разрезались плохо; я делала это аккуратно, боясь причинить боль, а он, наоборот, только мучился от этого.

-Больно?

-Да… - наконец, выдавил он.

-Терпи, пожалуйста…

Закончив, я тяжело и громко выдохнула, откинувшись спиной в листья.

-Ты умеешь открывать замки без ключа? – спросил он.

-Что? – не понимая спросила я.

Человек больше ничего не ответил, а поднявшись с земли, я увидела, как его руки опутывали цепи с небольшим замочком. Цепь эта была длинной и тянулась куда-то за деревья. Я последовала туда и услышала тихое попискивание. Раздвинув колючие голые ветки я увидела какую-то небрежно брошенную коробочку. Звуки исходили от неё.

-Вот чёрт! – вскричала я.

-Вот и всё… - бормотал человек. – Спасайся, кто может…

-Я видела там скрепку… - говорила я дрожащим голосом, привязывая Фею к дереву.



Серова София

Отредактировано: 16.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться