Носительница Сути - Свет

Глава 3 - Что бывает, если согласиться на странный ритуал

Холодно… Как же здесь холодно. И страшно. Безумно, просто удушающе страшно. Только вот страх этот не мой. Не знаю, как и почему, но я была абсолютно точно уверена, где находится тот, кто испытывает все эти эмоции, витающие в воздухе и окутывающие меня словно колючим покрывалом. Боль, вновь страх… Тоска и удушливое, беспробудное одиночество, от которого только и остается, что выть в голос…

Где же я? Последнее, что помню, — это беседа с так называемой «богиней» и потеря сознания. Неужели все это был только сон? С другой стороны, как иначе, если сейчас я бреду по пустынному серому полю, вместо того чтобы находиться у себя дома. Выходит, мои практики по осознанным сновидениям увенчались успехом, и я смогла-таки осознать себя во сне? Юху! Правда, восторг быстро спал, так как, помимо утопических эмоций, над серым полем раздался чей-то тихий, обреченный и очень усталый плач.

— Да что же это за сон такой стрёмный-то? Нет, чтобы осознать себя в самый разгар какого-нибудь крышесносного приключения!

Покружившись на месте, я постаралась максимально определить то направление, откуда раздавался плач. Стоило мне только понять, куда идти, как плотный туман, сквозь который я брела до этого, слегка рассеялся, словно одобряя мое решение.

— Я так понимаю, это своего рода приглашение, — уточнила, обращаясь то ли к самой себе, то ли к туману. — Ну, мне в принципе без разницы, куда идти. Кто-то же когда-то сказал, что жизнь — это движение? Ну, так будем двигаться, что ли…

Я медленно побрела в выбранном направлении, время от времени прислушиваясь к все еще раздававшемуся плачу, и внимательно глядела себе под ноги. Внизу туман был до того густой, что я даже собственных ног не могла различить. А перспектива споткнуться и пропахать тут все носом и коленями совсем не прельщала.

Не знаю, сколько я так шла, но спустя какое-то время плач стих. Зато где-то в непроглядной дали забрезжил свет. Или намек на него. В общем, ориентируясь на слабое свечение, я двинулась чуть быстрее, желая уже либо проснуться, либо сменить наскучившую обстановку сна. Да и окружающее пространство, мягко говоря, не радовало глаз. Хоть душераздирающий плач и затих, эмоции, наполняющие это место, никуда не делись. Просто я на какое-то время отвлеклась и перестала их ощущать. А стоило только сосредоточиться на собственных ощущениях… Казалось, что страх составлял саму суть этого странного места. Серый, липкий, удушливый и всепоглощающий. Прямо как туман, который был повсюду. Еще была грусть… Она иногда гремела громом в сером небе над головой, мешая слушать и слышать остальное. О да, она в прямом смысле слова «оглушала». Боль… Ее я тоже ощущала. Как это ни странно — холодом. Только сейчас, сосредоточившись на своих ощущениях, я поняла, до какой степени замерзла. Подув на онемевшие пальцы, я с ужасом уставилась на слегка посиневшие ногти.

— Однако сильно, ничего не скажешь. — Как это ни странно, но я даже не удивилась, лишь ускорила шаг, все ближе и ближе приближаясь к загадочному источнику света.

Шаг, второй, третий. Туман постепенно рассеивается, редеет, опускается к земле все ниже и ниже, пока совсем не впитывается в нее. И вот я уже стою на небольшом каменном островке, а вокруг, куда ни посмотри, зеркальная гладь воды. Море, озеро, океан? Кто знает… Главное — вода хоть что-то мне подсказывает, а ведь она не морская. Слишком уж цвета странного — почти черного, как ощущение безысходности, витающее в воздухе. Получилось так, что я вышла из тумана прямиком посреди этого островка.

— Здравствуй, Милания, — раздался мелодичный голос у меня за спиной. Подпрыгнув от неожиданности и чуть не споткнувшись, я резко обернулась. Впрочем, никого не заметила. Лишь небольшая каменная площадка, на которой я, собственно, находилась, и вода вокруг. — Прости, что напугала, — повинился голос, вновь раздаваясь откуда-то из-за моей спины. Да-да, именно так. Просто голос. Потому что, обернувшись вокруг себя пару раз для надежности, я так никого и не обнаружила.

— Я, конечно, все понимаю, но с кем имею честь беседовать? — решив быть максимально вежливой, я продолжала украдкой оглядываться. Вдруг чего-то или кого-то не заметила на этом клочке камня?

Светлый и радостный смех рассыпался колокольчиками вокруг так, что даже спокойная до этого водная гладь подернулась веселой рябью.

— Прости мне мои манеры, а, точнее, их отсутствие. Я слишком давно ни с кем не общалась. Позволь представиться — Ильнемиррэя. Точнее то, что от нее осталось. Если ты оказалась здесь, значит, ты уже слышала обо мне, не так ли? — Удивилась ли я? Конечно же, нет. Мне вообще начинает казаться, что в этом странном месте мои эмоции как-то не так функционируют. — Ты не далека от истины, дорогая. Прости, но так сейчас будет лучше для всех нас. Слишком уж ты эмоциональна и импульсивна. А мы сейчас не можем себе этого позволить.

И вновь ни капли удивления от того, что невидимая богиня копается у меня в голове. Хотя… Она же богиня, хоть и бывшая. Им, наверное, положено знать, о чем думают простые смертные.

Раздавшийся вновь смех был уже вполне предсказуем, так что я лишь неопределенно пожала плечами. Помявшись еще какое-то время, я все-таки уселась на теплый и шероховатый камень. Не Бог весть как удобно, но хоть что-то. А эмоциональна я или нет… Даже не знаю, никто до этого не жаловался.

— А я и не говорю, что это плохо. Просто у нас действительно мало времени. Поверь, я бы с безграничной радостью пообщалась бы с тобой много, много дольше, но время, как песок, утекает сквозь пальцы Хаоса, с каждой секундой уменьшая тот крохотный шанс, который еще остался у Паутины.